— Ни то, ни другое, Спензи. Я просто хочу сохранить себе на память фотографии, которых ты меня сам лишил, оставив телефон в номере отеля! — я огрызнулась, начиная выходить из себя.

— Ладно, поехали. Только зови меня Стивеном или любимым, пожалуйста, а то слышать постоянно свою фамилию мне порядком поднадоело, — на этих словах он помог мне забраться на скамью, закрепленную на спине слона. Тайский мальчик сел впереди верхом, удерживая величественное животное в лежачем положении. Спустя мгновение Спензи, хотя пусть будет «Стивен», запрыгнул на соседнее со мной место, слон поднялся и двинулся неспешным шагом вдоль берега.

Как же высоко я сидела! Как же страшно и восхитительно одновременно!

Стивен заметил мой страх и нежно взял за руку:

— Боишься высоты?

Я выдернула свою руку из хитрого захвата и нервно сглотнула.

— Не переживай, моя бунтарка, через пару минут привыкнешь. Смотри по сторонам — какая красота вокруг! Сейчас мы проедем вдоль всей береговой линии, где стоят бунгало, а потом проберемся по тропам через джунгли в сердце острова. Там расположен небольшой комплекс с отелем и спа. Мы туда как-нибудь сходим, понежимся на пару, — мой спутник описывал наш маршрут, отвлекая меня от боязни высоты.

Проезжая мимо всех бунгало, я заметила немногочисленные группы людей, купающиеся в море. Все же, не мы одни были на этом острове, и это успокаивало. Знакомая нам пара Джереми и Лейлы махнула нам рукой, весело приветствуя.

Воспользовавшись моментом, Стивен снова сделал снимок нас двоих, получив от меня толчок в бок. Обидно признаваться, но с Уильямом, «моим парнем», у меня нет ни одной совместной фотографии, если не считать той, что была сделана на выписке Сью и Евы из роддома.

Стивен заметил мою задумчивость и неуверенно спросил:

— Тебе же нравится проездка, верно? — он небрежно накинул мне на голову белую кепку, какую я до этого не заметила.

— Да, конечно. Все так непривычно для меня! Я просто не могу привыкнуть.

— Я сам живу здесь больше месяца и никак не привыкну, но такое тихое экзотическое место мне больше нравится, чем кишащий людьми отель.

— Полностью согласна. Отель меня поразил своей роскошью, но также и испугал такими объемами, от которых невольно съеживаешься, — я зачем-то разоткровенничалась.

— Значит, я тебя хорошо знаю, мой любимый королечек, — засмеялся он.

— А ты не можешь меня просто звать по имени без всяких там «любимых птичек» и прочего? — злость меня не покидала.

— Я не могу называть любимую девушку своими словами? Если я тебя люблю, а это так и есть, то вполне закономерно называть человека «любимым». Если ты вредная, ершистая и злая, то почему не выбирать эти точные слова?

— А ты зато ангел! — я вскинула руки, еле удержавшись на скамье, когда мы достаточно круто повернули на тропу среди островных джунглей. Стивен успел меня схватить за талию, с укором проговорив:

— Бекки, будь же внимательной! Я не всегда рядом, чтобы уберечь тебя.

Буркнув слова благодарности, я переключилась на окружавшие нас пальмы, прислушиваясь к звукам дикой природы.

— На нас же никто не выпрыгнет из кустов? — неуверенно проговорила я.

— Не переживай, это маленький остров, где все безопасно. На днях я тебя свожу на прогулку по популярным тропам, которые выводят к небольшому водопаду. Вид обалденный! А пока расскажи мне, как ты досидела до двадцати шести лет одна, будучи такой…

— Какой «такой»?

— Манящей, сексуальной, непосредственной? Неужели после своего университетского романа у тебя не было ничего серьезного все последующие годы?

— Мне кажется, что мы не играем сейчас в «Правда или действие»?

— Мы просто с тобой общаемся, чтобы узнать друг друга лучше.

— Да, я была все это время одна и неплохо себя чувствовала. Для счастья человеку не нужны другие люди или обстоятельства, главное, что он сам посчитает для себя за счастье.

— Но Уильяму ты дала шанс, хотя он им до сих пор не воспользовался.

— Уилл — просто нерешительный человек, он другой, — задумалась я, — но не исключаю, что я для него ничего не значу.

— А тебе самой кто-нибудь нужен рядом? Складывается впечатление, что ты всех отбраковываешь, даже не разобравшись. И я не говорю о себе, понимая, что сам оплошал, связавшись с Джессикой в отместку.

— Возможно, я просто никому не верю. Не верю в искренность любви, симпатии. Я не понимаю, почему все прекрасные парни что-то мне предлагают, когда вокруг такие красивые девчонки. Я же объективно понимаю, что та же Джесс и Хелен меня красивее и эффектнее.

— У-у-у, — нетерпеливо выдохнул Стивен, — ты, красотка, безнадежна! Любовь всегда в глазах смотрящего с горящим сердцем. Для меня ты самая красивая, самая-самая, честно! И уверен, что и для всех твоих дружков ты была и остаешься очень желанной. Разве тебя кто-то бросил, обманул из парней? Сдается мне, что и твоя первая детская любовь в виде Джейсона (если я не ошибаюсь) тебя не бросала. Откуда такое неверие?

— Не знаю, мне сложно переварить ту правду, которая раскрылась на встрече выпуска, но я не жалею. Значит, так и должно было быть. На Джейсона я смотрю спокойно, это была «детская любовь», как ты выразился, мы были молоды и незрелы, мы не полюбили друг друга уже в осознанном возрасте, когда человек понимает, что ему нужно для счастья, и кого он хочет видеть рядом с собой по жизни. А ты сам разве не любил кого-то еще? — я повернулась к Стивену, вопрошающе глядя в его глаза небесного цвета.

Он нервно заерзал на скамье, с осторожностью выбирая слова:

— У меня тоже была «детская любовь», а потом пустота. Одни отношения, сменяющиеся другими, но все абсолютно пустые и бессмысленные.

— А что же вас разлучило с первой любовью? — мне стало интересно узнать больше об этом загадочном человеке.

— Я не предал ее, как и она меня, если ты так думаешь. У нас не было шанса проверить эти детские чувства временем, потому что моя девушка однажды попала в автокатастрофу, — Стивен с усилием закончил предложение, отвернувшись от меня в сторону.

— Я не знала, прости меня, — мне стало жутко стыдно за свои подозрения, отчего я невольно схватила его за руку, чувствуя от нее непривычный холод.

Он резко повернулся ко мне, схватив второй рукой за подбородок и внимательно рассматривая мое лицо.

— Бекки, ты не виновата. Я не знаю, что было бы со мной, если