— У тебя так часто бьётся сердце, — с улыбкой сказала Ева.

— Вот я и говорю, что так и до инфаркта недолго.

— Это ты так радуешься данной новости, или мне только кажется?

— Вот какая же ты, однако, прыткая, не даёшь даже опомниться.

— Никогда бы не подумала, что тебя можно сконфузить, — весело сказала она.

— Только тебе так удаётся. Как же это у нас так получилось… — всё так же пребывая под впечатлением, озвучил вслух свои мысли.

— На озере, помнишь?

— Ну конечно, помню, — сказал, чуть отстранившись, чтобы заглянуть в глаза Еве, и нежно коснулся её лица. — В тот день моя русалка проявила свои первые чувства.

Улыбнувшись моим словам, она скромно опустила глаза. Я потянулся, чтобы сорвать поцелуй, но Ева не позволила, накрыв ладонью мне рот.

— Извини, Ильхан, но если ты меня поцелуешь, то меня снова стошнит.

— Не понял… — пробасил, насупившись, я, сведя густые брови у переносицы.

— Я имела в виду, что от тебя сигаретами пахнет, а меня и так подташнивает. Сигаретный запах ощущаю во всей в комнате, а поцелуй я точно не перенесу.

— Вот оно что, а я уж было подумал… Чёрт возьми! Что же ты сразу не сказала! — воскликнул, спохватившись, и ринулся к окну, раскрыв его настежь. — Тебе надо одеться, заболеешь ещё.

Глава 32. Ильхан

В горле образовался ком. Я на минуту вернулся к недавним событиям. А если бы… «Тварь», — мой внутренний зверь зарычал. «Я сотру Ангизу в порошок», — сказал себе и, сжав зубы, подошёл к гардеробу. Не хочу, чтобы Ева заметила перемену в моём настроении. Одно знаю точно — никаких больше родственников в моей жизни.

Открыл дверцы гардероба, выбрал одежду для Евы и, отложив мысленно в голове, что надо бы ей пополнить гардероб — для девушки это слишком скудный выбор.

После такой новости, которую мне преподнесла русалка, я всё ещё ощущал, как волнение витает в воздухе. Но прекрасно знал, что надо делать в первую очередь.

Не раздумывая, отодвинул все свои дела на задний план, если не дальше. В моей голове все мысли вращалась только вокруг Евы и её положения, остальное подождёт.

— Мы куда-то собираемся? — робко спросила она, видя, что я взял её брючный костюм.

— Да, мы едем к гинекологу, — безапелляционно сказал я.

— Вот так сразу? — надев нижнее бельё, удивлённо улыбнулась мне.

— Да, не будем откладывать, твоё здоровье превыше всего.

— Ильхан… это так неожиданно, — её лицо немного порозовело, и русалка, поддавшись чувствам, прильнула к моему телу.

— Знаю, знаю, — поглаживал хрупкие плечи русалки, — я не умею выражать в полной мере своих эмоций, но, поверь, чувство, которое я сейчас испытываю… оно не похоже ни на одно, испытанное мной ранее.

— Я чувствую, глаза ведь зеркало души.

— Ты у меня ещё и мудрая. — «Не многовато ли для меня, неужели я всё это заслужил?», — задумчиво вздохнул, спрашивая себя, глядя в одну точку.

— Иль… Всё хорошо? — разомкнув объятия, отстранилась от меня.

— Да, всё в порядке.

— Ты такой напряжённый. Может, поторопился с выводами и не желаешь этого ребёнка? — сбивчиво спросила меня. Волнение читалось на её бледном лице.

— Да о чём ты говоришь? Как можно не хотеть ребёнка от любимой женщины. Давай ка одевайся, и идём завтракать, а то в твою светлую головку ещё и не то придёт, — и подал ей костюм.

— Ты правду говоришь? — уголки губ Евы чуть приподнялись.

— Я не понял, мне тебя самому одевать, что ли? — нахмурив брови, спросил я.

Она поняла, что её домыслы беспочвенны, и сказала:

— Да ты и сам оделся бы, — усмехнулась. И действительно, я же в одних боксерах стою. — Идём, примем душ, а уже после оденемся, — предложила Ева. Согласившись, я последовал за своей женщиной в ванную.

Минут через сорок мы спускались по лестнице к завтраку.

— Ильхан, позволь Азиза взять с собой, — предложила русалка.

— Мы же к доктору едем, — ответил я.

— Но ведь после можем и прогуляться, всё-таки в город выезжаем. Азиз всегда проводит время с няней, он если и гуляет, то только во дворе.

— Что ты предлагаешь? Сводить его в парк? — интересуясь, предположил.

— Было бы неплохо, — оживилась Ева, — а ещё можно покатать на каруселях и в кафешку сводить, мороженого поесть. Представь, сколько у него впечатлений будет, — возбуждённо предложила Ева, но мне пришлось перебить её.

— Ева, он боится громких звуков… Что, если мальчик испугается, и с ним случится нервный приступ?

— Я об этом не подумала, — нахмурив светлые брови, она остановилась у входа в столовую, — но ведь если думать всегда о том, что с ребёнком случится нервный срыв, он так и будет до подросткового возраста сидеть дома безвылазно, ни с кем не общаясь. Иль, давай рискнём, а?

— Я, к сожалению, пока не умею ладить с детьми, а успокаивать — тем более. Но если роль матери возьмёшь на себя, то я готов рискнуть.

— Такой большой, а боишься детского плача, — улыбнулась Ева, поддев меня, и добавила: — Я готова взять на себя роль матери и положу успокоительное в сумочку для подстраховки.

— Уверен, из тебя получится прекрасная мать.

Ева повернулась ко мне и, глядя в мои глаза, с убеждением сказала:

— А из тебя — лучший в мире отец.

— Кто, как не любимая женщина, поддержит своего мужчину. Если быть откровенным, я до сих пор как в тумане. По крайней мере, постараюсь стать не худшим отцом.

— Где… где Ильхан?! — до нас донёсся голос Азиза. — Тётя Зулнара, а он точно приехал?!

— Он по тебе очень скучал и всегда спрашивал, когда ты приедешь, — тихим голосом поделилась со мной Ева.

— Тогда идём, не будем заставлять мальчика волноваться.

Придерживая русалку поверх поясницы, мы вошли в столовую.

— Ильхан! — воскликнул Азик и подбежал ко мне. Хотел обнять, но резко притормозил и деловито протянул руку для рукопожатия. — Я помню, как ты учил меня: «Мужчины всегда здороваются за руку».

Я по-доброму усмехнулся, пожав его маленькую ладошку.

— Сжимай покрепче. Или ты мало каши ешь? Тебя что, не кормили, пока я отсутствовал?

— Кормили, и я ел всё, чтобы быть сильным как ты, — заверил меня.

— Рукопожатие должно быть достаточно сильным, чтобы твой собеседник чувствовал твёрдость твоей руки и понимал, что перед ним вовсе не слабак,