Я сидела за своим столом и делала вид, что занята работой, пока класс не опустел и не погрузился в тишину, оставив меня наедине с Гриффином, который задержался в тени. Только когда даже в коридоре стало совершенно тихо, он перестал опираться на стену и вышел из темноты со скрещенными на груди руками.

Глядя поверх очков, я наблюдала и ждала. Он с любопытством склонил голову, явно ожидая головомойки, когда я произнесла как можно безэмоциональнее:

— Нам о многом нужно поговорить.

Да, я была очень благодарна за то, что он сделал в отношении Сэма, но меня больше поглощали опасения по поводу этих выходных.

Он кивнул и подошел, усевшись прямо на парту рядом со мной. Я продолжала печатать на компьютере, пытаясь выиграть немного времени и игнорируя теплое, массивное тело поблизости.

— Мягко сказано, учитывая обстоятельства, — согласился он. Гриффин откинулся назад и небрежно осмотрел класс. Он знал, что я тяну время, но не давил.

— Тогда начинай, — коротко бросила я.

— А? — спросил он, нахмурив брови, а я развернулась на стуле, заправляя прядь волос за ухо.

Включив режим «мисс Б», я задала ему жару:

— Ты обвинил меня в совращении малолетних, когда подумал, что я встречаюсь с кем-то на семь лет младше меня. Тебе тридцать семь. Как ни считай, это на десять лет больше, чем мне. ДЕСЯТЬ ЛЕТ! — крикнула я, пока он защитным жестом скрещивал руки на груди.

— Я знаю, — протянул он.

— И ты все равно поцеловал меня?

— Мы поцеловались.

— Заткнись. Сейчас говорю я, — огрызнулась я, и он снова откинулся назад. — Ты поцеловал меня, зная, сколько мне лет, и попросил притвориться твоей девушкой. — Я зарылась пальцами в волосы. — Кроме того, этого ни за что не случится, теперь, когда я знаю, что Дейтон — твой брат, а Нэнси — твоя мама.

— Почему нет?

— А что все подумают? Он мой ученик, а твоя мама — моя коллега. Из-за этого у меня даже могут быть проблемы, а мне ни к чему такое внимание. — Я встала из-за стола и подошла к нему. Он изогнул бровь, пока я кипела от злости и тихо шипела сквозь зубы: — Ты хоть понимаешь, насколько неловким и сложным все это станет? У меня и так проблем по горло, и мы не можем просто взять и снова переехать, если я всё здесь просру!

Удивленное выражение лица Гриффина позабавило бы меня при любых других обстоятельствах, пока шестеренки крутились в его голове. Но вскоре он заинтригованно спросил:

— А почему именно твоя семья сюда переехала?

— Дело не в этом, Гриффин, — возразила я, что показалось ему забавным, раз он усмехнулся. — Не смейся. Как ты можешь продолжать врать своей семье? Особенно сейчас, потому что ты заставляешь и меня лгать людям, которых я тоже знаю.

— Иногда ложь необходима, — твердо заявил он.

— Гриффин, это тебе не одна из твоих миссий!

— Очевидно. — Гриффин вздохнул и опустил руки. — Неужели в твоей жизни никогда не было момента, когда ложь защищала того, кого ты любишь?

— Можешь говорить это себе сколько угодно, но единственный человек, которому ты лжешь — это ты сам. Правда всегда находит выход, — огрызнулась я. Всё достигло апогея, и я была истощена всей этой ложью и тайнами. Я натерпелась их сполна, пока росла, из-за профессии отца — тайн, которые защищали мою семью. А теперь ложь и секреты, казалось, липли ко мне, как мох к катящемуся камню.

Он покачал головой, глядя вниз на плитку.

— В детстве нет серых зон, когда дело касается того, говорить правду или нет, но, будучи взрослым, ты понимаешь, что всё не так однозначно, — продолжил он. — Послушай, мне не нравится идея втягивать тебя в это, но, пожалуйста.

— И как эта ложь защищает твою семью? — многозначительно спросила я. Его глаза на мгновение остекленели, затерявшись где-то в мире, который я, вероятно, не хотела бы познать.

Он не ответил, и повисла неловкая тишина, безмолвно давая мне понять, что я лезу не в свое дело.

— Кстати, спасибо, — тихо добавила я, нарушив безмолвие. Его взгляд вернулся к моему. Он нахмурился. — За то, что ты сделал, когда появился Сэм.

— Что ему вообще нужно? — спросил Гриффин, и я пожала плечами.

— Это долгая история, — пробормотала я.

— У меня полно времени.

Наполнив легкие воздухом для уверенности, я решила просто рассказать ему:

— Он ударил меня, потому что я отказалась его поцеловать.

— Он сделал что? — прорычал Гриффин.

— Как насчет такого: история за историю?

Он кивнул.

— Сэм постоянно звал меня на свидания, но я всегда отказывала. В конце концов, поползли слухи, и люди начали говорить мне, что я полная сука, раз отказываю ему, ведь он «хороший парень». И я сдалась. Вопреки интуиции, я согласилась на свидание. За ужином он делал заказ за меня, не давал мне и слова вставить, а потом заявил, что, раз он сделал для меня такое доброе дело и оплатил еду, я должна его поцеловать. Я предельно ясно сказала ему «нет». Тогда он ударил меня по щеке. Мой отец не воспитывал слабачку, поэтому я врезала ему по носу и захлопнула дверь квартиры прямо перед его лицом.

— Неплохо. — Гриффин ухмыльнулся, и я не смогла сдержать смешок.

— В общем, после этого он не оставлял меня в покое. Постоянно извинялся за пощечину, а потом переводил стрелки, говоря, что это я должна извиниться за то, что ударила его. В какой-то момент он начал трогать себя у меня на глазах и следовал за мной повсюду.

Глаза Гриффина расширились, и он подался вперед:

— Повтори, он сделал что? Какая мерзость, блядь. Пожалуйста, скажи, что ты вызвала копов или типа того.

Я отстранилась и оперлась бедром о край своего стола.

— У меня не было никаких доказательств того, что он совал руки в штаны, к тому моменту, как я набрала 9-1-1. Пожалуй, единственным плюсом в переезде было то, что я оставлю его позади, и он понятия не будет иметь, куда я направляюсь, — закончила я. — И это меня беспокоит, учитывая, что он выследил меня. Появиться здесь так быстро после моего переезда — он никак не мог узнать об этом случайно. Это просто невозможно.

— Ты в программе по защите свидетелей или вроде того? Ты говорила, твой отец работал в ФБР и все такое, — спросил он, и я отрицательно покачала головой.

— Твоя очередь.

— Да брось. Просто