— Пройди внутрь, Таина, я не собираюсь разговаривать с тобой у двери.

Внутри все бунтует. Я не хочу слушать его приказы. Я хочу взбрыкнуть. Понимаю, что глупо, это не тот бой, чтобы сражаться, но ничего не могу с собой поделать.

Мне удается прийти к компромиссу, и я делаю несколько шагов внутрь. Номер довольно просторный, и половину занимает кровать. Разобранная кровать. Это здесь он вчера с Ритой кувыркался?

— А Римма твоя где? — специально произношу неверное имя.

Слышу, как он хмыкает.

— Рита остановилась в другой гостинице.

— Как неудобно.

— Для кого?

Я просто веду плечом, не собираюсь отвечать на его вопрос.

Я выбираю самое дальнее кресло и сажусь в него, Карим садится напротив, продолжая потягивать кофе. Я прилагаю просто максимум усилий, чтобы не начать ерзать на месте.

Смотрю на Карима, внешне он кажется спокойным, и это раздражает.

— Ну? — спрашиваю нетерпеливо. — Я здесь. Говори.

Он снова отпивает из кружки.

— Как ты, Тая?

Я несколько раз моргаю, может, мне послышалось? Это все, что он хотел спросить? Как я?

— Отлично, лучше всех, разве не видно?

— Видно. Ты стала еще красивее.

— Развод пошел на пользу, — парирую.

— И более колючей.

— Только с тобой, — улыбаюсь.

— Спасибо за оказанную честь.

— Не за что.

— Почему ты отказалась от денег?

В первую секунду я не поняла, о каких деньгах речь, а потом до меня доходит. Карим предлагал мне баснословную кучу денег после развода, а я отказалась. Кто-то скажет, что я дура, надо было брать деньги, но они не мои. Мне ничего не нужно от него, я вообще не хотела иметь с ним и его семьей ничего общего.

— Мне они не нужны. Я забрала все, что мне потребовалось.

— Все, кроме обручального кольца.

— Оно мне ни к чему.

Вижу, как по его лицу пробегает тень.

— Ты об этом хотел поговорить?

— Я слышал про твою маму. Мне жаль.

— Ты ее не знал. Твои сожаления — лишние.

— Потерять родителя — тяжело, — продолжает.

— Жизнь состоит из потерь, — и тут я не выдерживаю, меня интересует только один вопрос. — Как па… Дамир?

Я едва не назвала его «папа». Он мне никто.

— Нормально. Почти вернулся к обычному состоянию. Реабилитация пошла на пользу.

— Рада слышать, — искренне улыбаюсь.

Я правда рада.

Как бы жестоко Дамир со мной не поступил, этот мужчина заслуживает долгой и здоровой жизни.

Про его мать и бабку я не спрашиваю, вот уж на кого мне все равно.

— Значит, ты с Артемом? Признаюсь, я ох*ел, когда тебя увидел с ним.

— Да, мы с Артемом вместе. Что удивительного? Он замечательный мужчина. Или ты намекаешь на то, что я ему не пара? Как там меня твоя родня называла? Дворняжка подзаборная? Ну, так нормальному мужчине все равно.

Его брови летят вверх.

— Кто и когда тебя так называл?

Я закатываю глаза.

— Ты сейчас серьезно будешь делать вид, что ничего не знал? Это тогда я была глупой, наивной девчонкой, думала, что они говорят гадости, а ты не знаешь. А сейчас понимаю, что все прекрасно ты знал.

— Я не понимаю, о чем ты. Поясни.

Меня начинает сильно напрягать этот разговор. Я всплескиваю руками.

— Ой, хватит строить из себя саму невинность, Карим. Я говорю о твоей матери и бабке, которые превратили мою жизнь в ад! Они каждый день унижали меня и говорили, какая я никчемная русская дура. Нагружали работой с утра и до самого вечера. Или ты реально думал, что вставать каждый день в четыре утра для меня по кайфу?

Я смотрю на него в упор и понимаю, что он ни черта не знал. Вообще. Для него это новость.

— А мне ты почему не сказала.

— Не хотела расстраивать. Ты тогда был загружен работой…

— За что ты тогда предъявляешь? Если сама молчала. Я не умею читать мысли, Тая. Если тебе было плохо, надо было подойти и сказать.

— Когда? До или во время того, как ты трахал другую⁈ — взрываюсь.

Просто не выдерживаю.

Зачем вообще это все? Для чего ворошить прошлое? Было и было.

— Могла бы записаться у моей секретарши, она бы нашла место в моем плотном графике, — холодно улыбается.

— Все, я ухожу!

Я встаю с кресла.

— На место села, — он не повышает голоса, но колени слабеют, я едва не плюхаюсь обратно в кресло.

— Зачем? Мы уже все обсудили.

— Нет.

— Знаешь что? Пошел ты, Карим! Я тебе не жена, чтобы исполнять твои приказы. Поезд ушел. Я видеть тебя больше не хочу! И не смей ничего говорить Артему! А если скажешь, просто потеряешь друга. Уверена, что он не захочет дружить с таким, как ты. Я ничего плохого не сделала. Я была тебе верна, я ни разу не посмотрела в сторону другого мужчины, у меня даже мыслей таких не возникало. А ты все испортил. Ты трахал другую бабу, а потом приходил и ложился ко мне в постель. Мне противно. Из-за тебя я чувствовала себя грязной и недостойной. Я… Я думала, что я недостойна счастья, понимаешь? Ты сломал меня! А Артем — лучшее, что со мной случилось. Говорят, что все познается в сравнении. Вот я и сравнила. Он настоящий мужчина. Боже, как он ухаживает за мной! Я чувствую себя нужной и желанной. И мне, блть, не надо записываться у его секретарши, чтобы увидеться! — я выпаливаю этот монолог на одном дыхании.

Меня так трясет от эмоций.

Я сказала все, что хотела.

Пошел к черту, Карим Фаталиев.

Я с тобой закончила.

— Между нами все кончено. Не смей ко мне приближаться, — говорю и иду к двери.

Но не успеваю я ее открыть, как Карим оказывается позади меня и не дает открыть дверь. Я чувствую его каждой клеточкой своего тела. Мое тело помнит его…

— Нет, Тая, между нами них*ра не кончено. Я тебя не отпускал, — с этими словами он поворачивает меня к себе лицом и целует.

24

Тая

Карим отрывается от меня. А я в шоке. Потому что я вернулась в прошлое. Именно туда, куда хотела. Я всегда хотела обратно к нему. А сейчас все отошло на второй план. Я не могу сопротивляться, не получается. Вообще. Даже нет мыслей, что это неправильно.

Смотрим друг на друга, а потом крышу сносит у обоих.

Адреналин по венам шарашит. Нас трясет от желания прикоснуться, обладать, вспомнить. Дергает за волосы и впивается в мой рот поцелуем. Оба