Перед сном Юрий убеждал Дарью выпить еще одну таблетку успокоительного:

— Даш, проблемы это, понятное дело, не решит, но хоть выспишься.

— Юра, спасибо, но нет. Мне же завтра не к станку вставать, так какая разница, высплюсь я или нет, — она даже смогла найти в себе силы улыбнуться.

Проворочавшись весь вечер в кровати сына, куда ушла спать, уступив Юрию спальню из-за стратегического расположения окон, и поняв, что не спится, Дарья спустилась на кухню. Захотелось выпить теплого, как в детстве, молока.

Выходя из спальни сына, услышала, что Юрий тоже не спит. Мужчина крутился на своей раскладушке, скрипя пружинами.

— Юр, не страдай ерундой. Ложись в кровать. Я там чистое и новое постелила, — проговорила в темноту и, усмехнувшись своим мыслям, с которыми еще вчера она стелила это самое “чистое и новое”, пошла на первый этаж за молоком.

Юрий появился на кухне спустя несколько минут. Появился все с тем же лэптопом в руках. Дарья хотела было поинтересоваться, зачем, мол, но увидела картинку на экране и все поняла. Оказывается, Владимир не просто так успел камеры закрепить и на ее доме, и на доме Юрия. Картинка с камер была выведена на экран компьютера.

Юрий, понаблюдав за Дарьей и ее манипуляциями с молоком, неожиданно предложил:

— Давай у камина посидим, а? Люблю вечером вот так вот, не зажигая света, посидеть, глядя на огонь, пусть бы и за стеклом. Я сейчас себе тоже молока подогрею, — и вдруг добавил мечтательно:

— Эх, сейчас бы какао выпить!

— Да без проблем! — Дарья поставила перед мужчиной железную банку с логотипом кофе. Увидев его удивленный взгляд, пояснила:

— Там какао. Пересыпали, чтоб мыши зимой не добрались. Ромка тоже любит перед сном какао пить, пока я ему книгу читаю. Вот ведь уже и сам хорошо читает, а перед сном еще просит с ним посидеть.

Улыбнулась чуть виновато:

— Понимаю, что надо бы уже отучать от этих посиделок, семь лет уже парню, но не могу отказать.

— Не надо отказывать. Семь лет тот возраст, когда не стыдно еще побыть ребенком. Хороший у ТЕБЯ мальчишка растет, правильный. И не бойся, что он у ТЕБЯ вырастет маменькиным сыночком. Не вырастет.

— Спасибо, — улыбнулась тепло.

Дарья, конечно же, обратила внимание на то, что Юрий намеренно два раза употребил притяжательное местоимение “тебя” в отношении Ромки, но промолчала. Однако Юрий, как оказалось, не собирался спускать это на самотек:

— Даш, я не оговорился. Думаешь, я не видел, что Рома с тобой ближе и теплее общается, чем с отцом. Повторюсь, Толян идиот. Нельзя так относиться ни к своей жене, ни к сыну. Я…

Но Дарья его перебила:

— Скажи, ты знал о том, что у него есть другая семья? Только я тебя очень прошу, Юр, не ври мне, ладно?

Спросила и замерла, наблюдая за ним и его реакцией.

Разве мог он соврать под взглядом этих глаз? И не мог, и не хотел.

— О том, что есть семья, я не знал. Летом видел его с этой девицей, но без девочки, — ответил предельно ровным голосом, глядя ей в глаза. Понимал, что сейчас от его ответа зависит многое. — Космонавт, прости, Владимир уже собирает инфу на нее.

— Толик ведь совсем не там, где мне говорил, верно? Они ведь не в соседнем регионе живут?

— Нет, не в соседнем, — признал очевидное, — на другом конце города. Это пока всё, что мне известно. Уверен, утром Владимир даст мне полное досье на нее.

Дарья кивнула и вернулась к приготовлению какао. По привычке, как для Ромки, насыпала щедро, с горкой, две чайные ложки — сын, как все дети, любил сладкое. Размешала, подала Юрию. Потом сделала и себе.

— Даш, так что на счет посидеть у камина? — напомнил свое предложение.

— Да, давай посидим. Всё равно не спится. Я тоже люблю на живой огонь посмотреть, — улыбнулась смущенно, — только камин, наверное, придется заново растапливать.

— Не проблема! Сделаем. Приходи! Я буду в спортивных штанах и черной футболке, — пошутил, намекнув на свой внешний вид, и скрылся в гостиной.

Когда Дарья появились в гостиной спустя несколько минут, огонь в камине пылал. Удивилась:

— Быстро ты. Я забыла сказать, что там таблетки для розжига есть.

— Таблетки для неопытных бойскаутов, — улыбнулся и кивнул на диван и лежащий там в изголовье плед, — лучшие места в первом ряду для самой прекрасной и очаровательной дамы!

Дарья не стала ничего на это говорить, молча опустилась на диван. Юрий устроился тут же. Не на другом конце дивана, но и не в плотную. Просто сел рядом и, отхлебнув какао, глядя на огонь за стеклом дверцы, глубоко вздохнул и улыбнулся:

— Уютно.

Помолчал и продолжил:

— Даш, думаю, пора рассказать все, да?

— Юр, ты не обязан…

— Обязан, Даш. Я сказал тебе это ранее, там, на кухне, и повторю сейчас: я хочу, чтобы мы были вместе. Дальше по жизни. А для этого ты должна все обо мне знать.

Дарья вспоминала рассказ Юрия по дороге в аэропорт и понимала, что, оказывается, ни черта она не понимала и не разбиралась в мужчинах!

— Так, ладно, встречаем Элен, а потом будет видно, — скомандовала сама себе, заезжая на парковку.

Самолет, на котором прилетела подруга, приземлился, и пассажиры уже появились в зале прилета. Дарья, увидев подругу, выделяющуюся на фоне пассажиров своей красотой и белоснежным манто, мысленно скомандовала сама себе: “Улыбаемся и машем, изображая радость, и тогда, может быть, Элен и не заметит ничего. Хотя это, конечно, вряд ли, слишком уж она хорошо меня знает”.

И с первых же слов подруги стало очевидно, что уловка Дарьи не сработала:

— Даш, ужасно соскучилась по тебе! А что с лицом, дорогуша?

— Да все отлично, Эль. Сама ж понимаешь, новогодние праздники, на дорогах дурдом, все злые и нервные, — Дарья честно пыталась заболтать подругу.

Элен сделала вид, что поверила, но внимательного взгляда с подруги не спускала. Уже сидя в машине Дарьи и объясняя ей причину своего внепланового возвращения, подловила на том, что та ее не слышит:

— Даш, что происходит?

— Ничего не происходит, думаю, это ж КАК надо довести женщину, чтобы она за утюг схватилась да по черепушке треснула своего благоверного? — отвечая на вопрос подруги, Дарья невольно думала, примеряя ситуацию на себя и Толика.

Поняв, что Элен не очень-то ей верит, Дарья попыталась