Таша свайпнула страницу с фотографиями накладных.

— Арматура, цемент, керамогранит… Господи, он по дешевке распродавал собственность компании, чтобы оплатить этой губастой девахе её надувные радости⁈ Ксюша, ты понимаешь, что это уже не просто развод? Это чистая уголовка. Пять-восемь лет общего режима в подарок к свидетельству о расторжении брака.

Она подняла на меня взгляд.

— Развод? — с надеждой спросила подруга, внимательно глядя мне в глаза.

— Конечно, — безапелляционно заявила я. — Но сперва — расправа!

Таша швырнула планшет на стол и посмотрела на меня с пугающим азартом.

— Знаешь, что из всего этого забавнее всего? Не то, что он вор, а то, что он вор-неудачник. Горский его сотрет. В мелкую крошку превратит. Сергей думает, что он великий комбинатор, а на деле — обычный крысеныш, который тащит всё, что плохо прибито.

— Я думаю, Горский его уже подозревает, — я поделилась с подругой своими догадками, рассказав о странном визите шефа в мой офис.

— Так это же отлично! — Таша хищно прищурилась, её пальцы застучали по столешнице. — Горский почувствовал запах гнили, но, скорее всего, пока не нашел источник.

Я сделала глоток кофе, чувствуя, как внутри растекается решимость. План уже созрел. — Переписка с Толяном — это не просто зацепка, это неопровержимое доказательство. Горский должен увидеть систематическое предательство сотрудника, который «рисует» сметы под свои нужды. И я как сознательный гражданин просто обязана поделиться информацией, — моё лицо озарила усмешка. — Но передать данные лучше лично: так я сразу перейду в разряд союзников. А быть союзником гораздо выгоднее, чем просто свидетелем. Особенно когда начнутся суды.

— Умничка! У Горского в бизнес-кругах прозвище «Пресс», — продолжала Таша, понизив голос. — Я слышала о нём, когда организовывала вип-туры для застройщиков. Он давит неугодных до тех пор, пока от их жизни не останется ровное место. После такого человек не может устроиться даже сторожем на кладбище.

— Значит, так и поступим! — я подняла чашку с кофе, как бокал шампанского. Таша чокнулась со мной своим гляссе и победно улыбнулась. Подруга всегда дарила мне чувство подъема, её энергия буквально заряжала.

— Думаю, не стоит откладывать разговор. Сегодня мне должны прислать меню на их мероприятие, так что я позвоню Горскому ближе к концу рабочего дня.

Таша одобрительно сжала мои ладони.

— Прорвемся, Ксюшка! Ты справишься, а я подстрахую, — бодро сказала она. — Кстати, о страховке. Насколько я поняла, изменщик свалил аккурат перед юбилеем своей ненаглядной мамочки?

— Ты про «бал сатаны»? — я скривилась. — Угу. Придется идти. Он просил не оставлять маму одну, благодарил за то, что я «такая понимающая» и бла-бла-бла. Я пообещала объяснить Галине Викторовне, какой огромный трудовой подвиг он сейчас совершает.

— Подвиг⁈ — Таша взорвалась коротким смешком. — Трудовую мозоль он там себе натирает на пляже с этой подержанной барби! Ксю, ты понимаешь, что это идеальный момент? Передашь ей привет от «врача», которого она так заботливо нашла. Скажешь, что Сергей очень «плодотворно» работает в Карелии… Ой, то есть в Арабских Эмиратах.

— Никаких приветов и намеков на Эмираты, — остановила я её. — Если я сорвусь и вывалю ей всё на юбилее, эта старая кобра тут же наберет сыночку. Сергей всё бросит и примчится заметать следы. А мне это не на руку. Буду изображать наивную дуру: смиренно опускать глаза и вздыхать о том, как мне не хватает Сереженьки, который «вкалывает» ради нашего общего счастья.

Таша кивнула, соглашаясь. Я глубоко вдохнула, настраиваясь на бой. Впереди много сражений, но первым делом — звонок Горскому. Что-то мне подсказывало: даже если он не станет моим союзником, «прессовать» меня он точно не будет.

Глава 9

После встречи с Ташей я вернулась в квартиру, которая больше не ощущалась светлой и уютной, как раньше. Звук собственного дыхания в тишине пустых комнат казался слишком громким. Я прошла на кухню и заварила себе чай с мелиссой. Не успела присесть за стол и выпить чаю, как зазвонил мой телефон.

«Любимый».

Я тяжело вздохнула и закатила глаза.

«А я уж понадеялась, что ты утонул…» — подумала раздраженно.

На экране светилось фото Сергея — то самое, где он улыбался на фоне зала ресторана, в котором мы отмечали нашу свадьбу. Еще позавчера этот звонок заставил бы мое сердце биться чаще, но сегодня он вызвал лишь тошноту. Я выждала несколько гудков, прежде чем ответить, надев на себя маску «любящей жены».

— Да, дорогой? — голос звучал мягко, почти жалобно, как и подобает «серой мыши», тоскующей в одиночестве.

— Ксю, привет. Слушай, я быстро, тут со связью беда, — голос мужа был бодрым, на заднем фоне слышался шум, подозрительно похожий на музыку в дорогом пляжном клубе, а не на завывание ветра в Карелии. — Ты там как? С мамой созвонилась по поводу юбилея?

«Черт! Еще и ее сегодня услышать? Мне вполне хватит и одного представителя вашего змеиного семейства!» — устало простонала моя душа.

— Нет еще, сегодня вечером позвоню. Я очень по тебе скучаю, дорогой… — я прикусила губу, чтобы не сорваться и не сказать о том, как я хочу, чтобы его утащила акула. — Тяжело там, в лесах? Холодно, наверное?

— Ужасно, Ксюх. Вкалываю как проклятый, — в его голосе проскользнула плохо скрываемая насмешка. — Руки буквально отваливаются от исправления чертежей. Так что ты давай, не подведи меня перед мамой.

Он на что-то отвлекся, потом послышался женский смех. Я сжала телефон в руке так, что мне показалось, словно он вот-вот треснет.

— Слушай, дорогая, я совсем забыл, — продолжил муж. — Я обещал заказать маме праздничный торт на ее юбилей. В ресторане, где она будет отмечать, ей не понравились предложенные варианты. Но было столько работы, что я замотался и не успел. Закажешь?

— Сереж, до юбилея осталось три дня, как, скажи на милость, я успею? —