Я отталкиваю ее со смехом.

— Хватит уже про мою машину.

— Хорошо, — Далия возвращается к столу, чтобы взять свою папку. — Поговорим о «Прессованном лепестке».

— Я не соглашалась с этим названием.

— Значит будем еще над ним думать, — она открывает папку на первой странице.

Мои глаза затуманиваются, когда я смотрю на макеты, которые она создала для выставочного зала, полного композиций из прессованных цветов. Ее дизайн выводит мою идею галереи на новый уровень, визуально рассказывая историю о том, как я превращаю свадебные букеты, которые сама же и создаю, в произведения искусства для молодоженов.

— Это… вау, — я прочищаю горло и переворачиваю страницу, чтобы посмотреть следующую, на которой находится макет скрытой рабочей студии, расположенной на другой стороне торгового зала-галереи.

Голос Далии прерывает мою фантазию, превратившуюся в недостижимую мечту.

— Мне еще нужно узнать, какие образцы полов и красок тебе нравятся больше всего и какие породы дерева Джулиан будет использовать для изготовления всех этих рамок, но общая картинка уже начинает складываться, — она улыбается, и я отвечаю ей гораздо более слабой улыбкой.

Трудно не чувствовать вины за этот проект, учитывая, как много моя семья вложила в его реализацию. Я пытаюсь отмахнуться от этого чувства, но сомнения остаются в самых темных уголках моего сознания, не давая мне в полной мере насладиться плодами труда моей сестры.

Завтра ты со всем разберешься, говорю я себе.

Но сегодня… сегодня я не могу.

Появляется Джулиан и приглашает Далию поехать с нами в исторический район. Дорога недлинная, но она быстро начинает меня раздражать, когда каждые тридцать секунд мне напоминают о выборах мэра.

Многие газоны украшены плакатами в поддержку Лоренцо или Тревора Ладлоу. Плакатов Тревора больше, чем Лоренцо, и он, вероятно, использовал связи своего отца, чтобы повесить особенно большой баннер на самой популярной улице исторического района.

Честно говоря, мне не нравится ни один из кандидатов по разным причинам, хотя у Лоренцо есть преимущество перед Тревором, поскольку он не пытается снести мой магазин и всю историю, которая с ним связана.

Увидев слишком много плакатов «Голосуйте за Виттори», я решаю закрыть глаза, пока Джулиан не остановится.

— Ты забыла, где припарковалась? — спрашивает Далия.

Я сажусь и смотрю в окно.

— Нет?

Я в замешательстве смотрю на свободное место, где сегодня днем стояла моя машина.

— Не говори мне, что твою машину угнали, — она звучит слишком возбужденной при этой мысли.

— Сомневаюсь, — бормочет Джулиан.

— Эй! — я тыкаю его в плечо. — Знаешь ли, моя машина попала в десятку самых угоняемых автомобилей.

— В девяностые?

Далия хихикает, вызывая у Джулиана легкую улыбку. Мое сердце отдается в ответ щемящей болью, за которой следует обычное чувство тоски.

Я хочу иметь с кем-то такую же связь, как у них, но никакие мои попытки завести какие-либо отношения не принесли обнадеживающих результатов. Я пробовала клуб по бегу (мне понравилась их милая форма, но я ненавижу бегать), зарегистрировалась в разных приложениях для знакомств (из которых удалила свой аккаунт после случая с Лоренсом) и согласилась на несколько свиданий вслепую (не все из них были ужасными, но ни одно не закончилось тем, чтобы я встретила любовь всей своей жизни).

И вот я здесь, становлюсь свидетелем чужих любовных историй, после того как так долго мечтала о своей.

Далия прерывает мою жалость к себе и спрашивает:

— Может, подадим заявление в полицию?

— Наверное, стоит? — я понятия не имею, кто бы стал угонять мою машину в ее нынешнем состоянии, но, может, им нужны были запчасти.

Пять минут спустя я следую за Далией и Джулианом в полицейский участок. Несколько человек, разговаривающих по телефону, поднимают головы и машут нам, а два помощника шерифа, сидящие за своими столами, смотрят на Далию и Джулиана, как будто на них надо надеть наручники.

— Надеюсь, вы двое не пришли сюда, чтобы устроить нам проблемы, — шериф оценивающе осматривает Джулиана.

— Нет, сэр, — Джулиан краснеет, и мне чертовски нравится его смущенный вид. После того как его и Далию арестовали в прошлом году за нарушение общественного порядка, я удивлена, что он согласился войти сюда.

— Мы пришли только для того, чтобы сообщить об угоне машины Лили, — говорит моя сестра с улыбкой, явно наслаждаясь тем, как Джулиан пытается уменьшиться в размерах. Удачи ему, ведь этот мужчина сложен как футболист.

Седые брови шерифа морщатся в мою сторону.

— Где ты видела ее в последний раз?

— Возле «Роз & Шипов».

Используя рацию, прикрепленную к плечу, шериф передает информацию своим помощникам, прежде чем задать нам еще несколько вопросов.

— Это ведь не какой-то ваш очередной розыгрыш, да? — в его голосе слышится подозрение.

Далия и Джулиан качают головой, и шериф сообщает об этом своей команде. Мы втроем обсуждаем последнюю серию нашего любимого реалити-шоу о свиданиях, пока ждем каких-либо новостей.

Наконец рация шерифа издает сигнал о входящем сообщении от одного из его помощников. Он прослушивает его, а затем поднимает глаза и брови.

— Твоя машина в мастерской Мэнни.

Я дважды моргаю.

— Как она там оказалась?

Шериф запрашивает у своего заместителя дополнительную информацию, и мы все ждем его ответа, чтобы понять, что, черт возьми, происходит. Заместителю требуется несколько мучительно долгих минут, но в конце концов он сообщает шерифу, что машина в ремонте по просьбе Лоренцо Виттори.

Джулиан выглядит раздраженным при одном только упоминании имени Лоренцо, а взгляд Далии полон подозрения, когда она поворачивается ко мне.

Несколько человек шепчутся у меня за спиной, вероятно, недоумевая, почему я имею какое-то отношение к Лоренцо, и я их не виню. В их глазах мы как две части пазла, которые никогда не подойдут друг другу.

Мне нужно срочно принять меры, чтобы минимизировать ущерб, но я понятия не имею, с чего начать.

К счастью, шериф разряжает напряженность, спрашивая:

— Хочешь подать заявление?

— Что? — спрашиваю я, совершенно ошеломленная его вопросом.

— Хочет, — отвечает за меня Джулиан.

Далия дергает его за рубашку.

— Джулиан.

— Он угнал машину Лили без ее разрешения.

Я потираю виски.

— Он не угонял мою машину.

— Технически, он взял ее без твоего разрешения, — поясняет шериф.

— Перестаньте, — бормочу я, прежде чем заговорить громче. — Он пытался сделать для меня что-то хорошее.

Три пары бровей приподнимаются, и мгновенно мой план притвориться, что я едва знаю Лоренцо, летит к чертям, и он может винить в этом только себя.

Глава 4

В полицейском участке не так много