Хм.

Интересно.

Очень медленно я опускаюсь на колени и кладу руки ему на бедра, чтобы не упасть. Он не отрывает от себя моих рук, но его челюсть дергается, словно он прикусывает внутреннюю сторону щеки. Я нервно облизываю губы, когда моя рука скользит по его молнии, и выпуклость под ней становится еще тверже. Я уже собираюсь освободить ее, когда он хватает меня за запястье и подбородок, заставляя остановиться.

— Не шути со мной, Ава, — рычит он, и в его глазах вспыхивает вулканическое пламя желания.

Я закрываю глаза, чувствуя, как моя храбрость вот-вот иссякнет, и беру его палец в свой теплый рот. С его губ срывается мучительный стон, и это придает мне смелости. Не спеша я открываю глаза, слегка запрокидываю голову, чтобы разглядеть выражение его лица. Чейз выглядит одновременно и испытывающим боль, и в экстазе. Когда он понимает, что я заметила его мгновенную слабость, то выдергивает палец из моего рта, и громкий хлопок разрывает окружающую нас тишину.

— Думаешь, так ты до меня доберешься? — шипит он, с раздувающимися ноздрями. — Думаешь, если ты меня удовлетворишь, я буду с тобой мягче? Ты так думаешь, Ава?

Нет.

Я знаю, что нет.

Но сейчас не мой разум отдает приказы. Мое тело и сердце — вот кто командует. И все, чего они хотят, — это заполучить хотя бы кусочек Чейза, любым доступным способом.

— Хочешь поиграть? Хорошо. Давай поиграем. Покажи мне, на что ты способна, — издевается он, но под его бравадой я улавливаю ту самую уязвимость, которую он так упорно от меня скрывает.

Когда его рука опускается к промежности, расстегивает ширинку на джинсах и высвобождает массивный член, мое сердце ускоряется. Как и Чейз, его член зловещий, опасный и красивый. В своей жизни я видела не так много членов, если не считать тех, что на Pornhub, но готова поспорить, что ни один из них не сравнится с этой бархатистой красотой всего в нескольких дюймах от моих губ.

— Теперь ты не так уверен в себе, не так ли? — ухмыляется он, выпрямляясь, чтобы убрать свой эрегированный член.

Теперь моя очередь схватить его за запястье и остановить. Он теряет дар речи от удивления, когда я приближаю голову к его разъяренному члену. Когда мой язык нежно облизывает его головку, он издает еще одно шипение.

— Ава, не надо, — шепчет он, и на этот раз мука звучит не в моем голосе.

А в его.

Я игнорирую его мольбу и осторожно беру его в рот. На вкус он как дым от костра, обжигающий, как пламя — стопроцентный Чейз. Я закрываю глаза, просто чтобы ощутить языком нежность его кожи.

— Ава, — снова хнычет он, и мое имя на его губах никогда не звучало так сладко.

Он больше не тот задира, который мучил меня в старших классах. Он — друг, которого я потеряла много лет назад. Он — мальчик, который научил меня ездить на велосипеде, плавать и делить в столбик. Он снова стал тем мальчиком, который подарил мне мой первый поцелуй и после этого сказал, что любит меня.

— Ава, — тихо шепчет он, хватая меня за волосы, а я продолжаю притягивать его к себе.

С каждым движением у меня во рту он становится только тверже, его головка ударяется о заднюю стенку моего горла. Я подавляю рвотный рефлекс, продолжая двигаться в прежнем ритме, и вскоре он рассыпается на части прямо у меня на глазах. Я поднимаю взгляд, стоя на коленях, и там, где раньше видела ненависть и презрение, теперь вижу преклонение и страстное желание.

Я уже собираюсь довести его до предела, когда тот отталкивает меня. На секунду я испытываю замешательство и боль, прежде чем он опрокидывает меня на холодную землю, прижимаясь ко мне своим теплым телом.

— Какого хрена ты это сделала, Ава? Почему? — мучительно спрашивает он, его губы целуют мою шею, затем подбородок, останавливаясь только тогда, когда достигают моего рта.

— Ответь мне! — рычит он, сходя с ума от вожделения.

— Потому что я хочу тебя, — признаюсь я, и от этого признания у меня наворачиваются слезы. — Я всегда хотел тебя.

Его веки опускаются, когда он наклоняется ко мне так близко, что мы начинаем дышать одним воздухом.

— Ты все испортила, — выдыхает он. — Мне нужно было возненавидеть тебя. Почему ты не могла просто позволить мне ненавидеть тебя? — умоляет он приглушенным шепотом и, прежде чем я успеваю ответить, целует меня.

Его рот властвует на моих неопытных губах, и я позволяю ему увлечь меня в это безумие. Его язык вторгается в мой рот, и я с готовностью подчиняюсь его натиску. Мои пальцы вцепляются в его волосы, пока он погружается в самую глубину моей души.

Чейз хочет меня так же сильно, как и я его.

Теперь это невозможно отрицать.

Он никогда больше не сможет это отрицать. Я ему не позволю.

— Чейз, — хнычу я, когда его толстый член прижимается к моей чувствительной сердцевине.

Я задыхаюсь и жажду его, но он продолжает сводить меня с ума своим неистовым поцелуем.

Но я нуждаюсь в нечто большем, чем это.

Нуждаюсь в нем.

— Пожалуйста, — слышу я свою мольбу.

— Я так сильно ненавижу тебя за то, что ты так со мной поступаешь, — бормочет он, когда его рука скользит вниз по моему телу, чтобы расстегнуть джинсы.

— Ненавидь меня, сколько хочешь, Чейз. Но продолжай любить.

Он отрывает свой рот от моего, в его глазах неподдельный страх.

— Чего ты боишься? — спрашиваю я, обхватывая его лицо руками.

Он не отвечает мне. Вместо этого задирает мою толстовку, приказывая мне снять ее. Я делаю, как он требует, и удивляюсь, когда он тоже начинает раздеваться.

Он идеальный.

Я провожу пальцами по его рельефным мышцам, и он шипит от моего прикосновения. Он приходит в такое же неистовство, как и я, когда начинает стаскивать с меня джинсы. Я скидываю их пятками, и через минуту мы оба остаемся в нижнем белье.

Он встает, выглядя как царственный бог, в то время как я — распростертая на земле жертва, посланная, чтобы доставить ему удовольствие.

Его взгляд задерживается на мне, скользя сверху вниз, а рука обхватывает подергивающийся член.

— Чего ты хочешь, Ава?

— То, чего всегда хотела. Тебя.

Это признание ранит его, в его шоколадных глазах отражается настоящая боль.

— Если это твой способ сломать меня, то не выйдет. Сначала я сломаю тебя. Обещаю, — предупреждает он, но я не чувствую злобы