@you_turn_here: Держу пари, его семья приносит в жертву девственниц, чтобы достичь таких высот. Смотрите мое разоблачение Таслимов на YT #ГрязныеМиллиарды

@neitherhill: Невиновен, пока не доказано обратное #ЯПоддерживаюРойса

@BetchesBeKillin: Типичный представитель патриархата

@GIRLCOMEDIAN00: Честно говоря, бедные @VernChaz и @ReallyAgnes, давно пора поставить этого богатого червя на место #НастоящиеПобедители.

@Thedukeofalltruths: Он определенно сжульничал! Это факт, он жульничает во всем, даже в спорте! Я видел!

@badbabybunh: Школа @МеждШколаМир должна немедленно исключить Р*йса Т*слима! У нас есть сведения о его мошенничестве на КРУПНОМ СОРЕВНОВАНИИ, а они хранят молчание! МОЛЧАНИЕ – ЭТО СОУЧАСТИЕ!

Агнес: Ройс, пожалуйста, возьми телефон

Агнес: Мне очень, очень жаль

Агнес: Я не имею к этому никакого отношения

Агнес: Это не я, клянусь

Агнес: Пожалуйста

Я вижу, как Ройс печатает, но ответ не приходит. Что я наделала?!

Глава 39

С каждым личным сообщением, с каждым – любым – сообщением, каждой новостью и каждым постом мой мир сжимается и давит на меня так, что я едва могу дышать. Хотя прошло всего три дня с тех пор, как Верн слил эту историю в Сеть, кажется, что прошла вечность. А уж как наверняка плохо Ройсу, я даже представить не могу.

Мысли о Ройсе, Верне и Зи, обо всем этом фиаско выводят меня из строя. Я даже не могу притвориться, что со мной все в порядке, перед Стэнли, перед мамой.

Ошалевшая, я заперлась в комнате, испытывая тошноту. Я решаю, что ни необходимость еще две недели ходить в школу, ни участие в конкурсе молодых комиков больше не имеют значения. Я больше никогда не выйду из своей комнаты.

Мне звонит Верн, и я не отвечаю, но после еще десятка попыток с его стороны с трудом, но все же поднимаю трубку.

– Привет, ты в порядке? Не могу до тебя дозвониться, – произносит он обеспокоенным голосом.

– Зачем? – выдыхаю я. – Зачем ты это слил?

Наступает тишина, такая долгая и такая глубокая, что я начинаю переживать, не сошла ли я с ума и не придумала ли этот звонок, но наконец слышу тихий смешок.

– Затем, что ты этого хотела.

Желудок у меня сжимается.

– Я не хотела ничего подобного.

– Ну, Агнес, передо мной-то не надо валять дурака. В любом случае, если ты это сейчас записываешь, я ни в чем не признаюсь, и если мы и обменивались какими-либо сообщениями на эту тему, они уже стерты.

Дура. Господи, какая же я дура.

– Я думал, ты обрадуешься, что разоблачение произошло, по крайней мере, после того, как ты сдала все экзамены.

– Я не просила тебя об этом, – говорю я дрожащим голосом, будто еще могу все исправить, повернуть время вспять. – Не просила.

Верн громко смеется прямо мне в ухо.

– Ну, конечно, «не просила» – еще как просила, называя все своими именами, слово в слово.

– Нет, – качаю я головой. – Ни о чем таком я не просила. Я думала… я не думала, что ты сделаешь что-то такое… такое, что может разрушить жизнь!

– Господи, Агнес, посмотри правде в лицо и прекрати наконец притворяться невинной овечкой. Ты очень хорошо понимала, что я собираюсь сделать. Все дело в том, Агнес, что ты хочешь победить так же сильно, как и я. Мы же победители, Агнес. А победители именно так и поступают.

Неужели он прав? Неужели я тоже такая же бессердечная и подлая, как Верн? Потому что теперь я понимаю: он – именно такой. Холодный, склонный к манипуляциям.

– Нет. То, что ты сделал, было слишком… сверх всякой меры.

– Да, признаю, ситуация немного вышла из-под контроля, – соглашается Верн. – Но ты же знаешь, как это бывает. Из-за таких парней, как Ройс, все идут вразнос. Не переживай ты так. Скоро все успокоится. А у нас… у нас, по крайней мере, будет шанс на честную конкуренцию – честную, – какой она и должна быть.

– Я больше не хочу иметь с тобой ничего общего, – говорю я. – Ни за что. И никогда.

Нотка неуверенности пробивает брешь в его браваде.

– Т-ты, наверное, шутишь.

– Не шучу, Верн. Ты на меня плохо влияешь. С меня хватит.

– Это ты сейчас так говоришь, – усмехается он, – а когда останешься совсем одна, когда все твои пользующиеся успехом друзья бросят тебя – я бы даже сказал, снова бросят, – вот тогда ты вернешься. И, знаешь, я буду ждать, буду рядом, когда вокруг никого не останется. Вот где сейчас твоя любимая Зи?

– Она… рядом… поддерживает меня, – вру я.

– Ну да, ну да, – голос Верна снова смягчается. – Неужели ты сама не видишь? На этих фальшивок нельзя полагаться. Совсем. Я – твой лучший друг. Твой единственный друг. Твой настоящий друг.

В его устах это звучит так… так… правдиво, так истинно. К горлу у меня подступает паника. Единственным, кто оставался рядом со мной все эти сшибающие с ног в прямом и переносном смысле месяцы, был Верн – этого я отрицать не могу. Но почему же… почему так тяжело быть его другом? Я трясу головой, чтобы прийти в себя.

– Нет. Хватит этой собачьей чуши, Верн. Дружба не должна быть такой. Мне кажется, что ты вообще не воспринимаешь меня как друга.

– Агнес, я уже говорил тебе, что ты больше, чем друг. Ты – моя семья. А это значит, я буду ждать тебя, пока ты не поймешь, как сильно я тебе нужен. Я… – повышает Верн голос.

Дрожа, я вешаю трубку. Если Верн прав, то я теперь совсем одна. Я обхватываю себя руками и жду, когда пройдет дрожь. Но она не проходит.

Глава 40

@VernChaz ЗаСправедливость @TentPoleProductions @FrissonCola @SwooshAirlines #яНЕподдерживаюРойса

@TentPoleProductions Апдейт: Мы все еще обсуждаем ситуацию с нашими спонсорами и призываем всех решать проблемы цивилизованно, а не сливать личную информацию и не рассылать угрозы. Если мы почувствуем, что наши участники и орггруппа подвергаются опасности, мы обратимся за помощью в полицию.

StraitsNews.com

В одном из редких интервью бывшая королева красоты Минг Таслим рассказала нашему репортеру Алише Картер о заговоре, направленном против ее сына и их семьи. Вот несколько ключевых моментов из расшифровки:

М. Т.: «Я хочу однозначно заявить, что моя семья не имеет никакого отношения к этому спонсорству. Моему сыну пришлось через многое пройти на прошлой