Мои губы растянулись в улыбке от ее выходок.

Я крепко сжала веки и сделала глубокий вдох. Все было в полном порядке. Мне просто нужно поговорить с Шаной и убраться отсюда.

Я раздраженно выдохнула, даже не потрудившись выяснить, как это привело к такому большому пожару.

Я не хотела вспоминать, как я чувствовала себя в безопасности в объятиях Лукаса или как он появился именно тогда, когда он был мне нужен.

На протяжении пяти километров, пока я бежала, пот стекал по моей шее, по лопаткам и впитывался в черную ткань моего спортивного лифчика. Мои ноги горели, и внизу живота ощущалась острая боль, но я продолжала бежать, переставляя одну ногу за другой.

Лукас был в нескольких метрах от меня, и я слышала его прерывистое дыхание даже при условии, что он бежал в более медленном темпе. Он догнал меня через десять минут, и я чуть не споткнулась, увидев, что на нем надвинутая на лоб шапка, белая рубашка без рукавов, открывающая грудь при каждом его движении, и свободные шорты. Он не снял наушники, когда пожелал мне доброго утра, и даже не попытался обогнать меня.

Между нами повисло знакомое комфортное молчание, но я знала, что должна была держать дистанцию между нами, защищая себя от всей той боли, которую он причинил мне. Все, чего я действительно хотела, это продолжать двигаться вперед, позволяя усталости овладевать моим телом с каждым шагом, и забыть обо всех причинах, по которым я все еще должна злиться на него.

Я размяла шею и ускорилась, а затем еще раз, пока не понеслась по дороге на полной скорости. Пульс в ушах заглушил вздох Лукаса, когда я уперлась в землю, подталкивая себя вперед.

Шаги Лукаса становились все громче по мере того, как мы приближались к лужайке перед домом, но если бы я могла продержаться еще немного, я бы победила.

Я ступила на бордюр, ведущий к дому парней, и была готова объявить о своей победе, но у меня соскользнула нога. Я взмахнула руками, пытаясь сохранить равновесие, но стала падать на траву.

Сильные руки Лукаса обхватили меня и подняли обратно. Я почувствовала запах сандалового дерева и корицы, когда делала глубокие вдохи, чтобы успокоить сердце.

– Спасибо. Еще бы немного, и все, – сказала я, запыхавшись.

– Ты всегда была неуклюжей.

– Неправда.

Мое тело ослабло, и он медленно опустил меня на землю, где я легла на спину с закрытыми глазами.

У меня сдавило грудь при звуке захлопывающейся двери, но я проигнорировала его, вместо этого сконцентрировавшись на боли в мышцах. Не помню, когда я в последний раз так сильно выматывала себя.

Воспоминания о том, как я бежала с Лукасом к утесам, нахлынули на меня, и я вспомнила, как он прижимал меня к груди, чтобы я не свалилась. Я думала, что он поцелует меня в ту ночь, когда вспомнил о моем дне рождения, но он ушел с какой-то другой девушкой.

Тень упала на мое лицо, и я открыла глаза, замечая перед собой ухмыляющегося Лукаса.

– Ты бы видела свое лицо прямо сейчас, – сказал он, протягивая мне бутылку воды. – Ты вся красная.

Я недовольно застонала, выхватывая воду из его рук и продолжая лежать.

– Да, не всем из нас повезло иметь такой оттенок кожи, как у тебя. У некоторых кожа белее снега, и мы становимся ярко-красными, когда нам жарко. У всех есть свои плюсы и минусы.

Он усмехнулся.

– Как чертовски мило.

– Угу.

Я сделала большой глоток, давая себе охладиться, прежде чем протянуть ему руку.

Он схватил ее, поднимая меня на ноги, и не отпускал, пока я не поймала равновесие.

– Какие у тебя планы на сегодня?

Я ухмыльнулась, сморщив нос, и склонила голову набок.

– Занятия.

Сегодня был мой первый учебный день, и я была готова к изучению кинезиологии по специализации «Бизнес-планирование». Возможно, я взяла на себя слишком много.

– О, точно. Да, у меня тоже.

Он отвернулся и потер затылок.

Между нами повисло напряжение, и мы впервые ощутили неловкость. Я прочистила горло, нарушив тишину:

– Мой первый день с волейбольной командой «Хаски» будет сегодня днем.

– Они сохранили за тобой место. Это здорово, Пайпер.

Голос Лукаса был таким нежным, и казалось, что раздавался внутри меня, прежде чем я по-настоящему осознала то, что он сказал.

Жар окрасил мои щеки.

– Я в запасных, но я заслужу свое место.

Пальцы Лукаса скользнули по моему подбородку и наклонили мое лицо к своему.

– Не о чем беспокоиться. У тебя все получится.

От его прикосновения по коже пошел жар, а по спине пробежала дрожь. Его губы были так близко, пока его нежные глаза смотрели прямо на меня. Я заметила, как его грудь поднимается и опускается вместе с моей, и все во мне хотело сделать шаг ближе, чтобы он обхватил меня, приподнял на цыпочки и прижался к моим губам…

Лукас отстранился. Он убрал руку с моего подбородка и похлопал меня по плечу.

– Иди, уделай их там.

Он повернулся и вошел в дом, как будто пытался убежать от меня еще быстрее. Я потерла лицо руками. Мне нужно было забыть о нем. Медленная улыбка расползлась по моим губам. Нет лучшего способа показать ему, что мне все равно, чем выиграть на охоте.

Как только я вошла в класс, у меня отвисла челюсть. Он был в три раза больше любого лекционного зала, в котором я бывала. В подобной аудитории легко можно было затеряться и остаться незамеченным, потому что никто не мог знать каждого. Это немного успокаивало.

В этой аудитории я не была той, которая чуть не погибла при пожаре, или девушкой, потерявшей своего брата. Я была всего лишь одним студентом из нескольких сотен.

Кто-то задел мою руку, и я наклонилась вперед, уронив сумку на пол.

– Прости, пожалуйста. – Брюнетка миниатюрного роста метнулась передо мной и подняла мою сумку. – Клянусь, я не всегда такая неуклюжая.

Она оглядела класс.

– Помещение чересчур огромное.

– Ты милая. Скорее, я должна