– Как поживает моя любимая соседка?

Мой папа быстро заключил ее в объятия, одарив ее своей фирменной улыбкой. Она переехала в соседний дом, когда ей было семь, и моим родителям она сразу понравилась. Я был единственным ребенком в семье, поэтому Пайпер стала им дочерью, которой у них никогда не было.

– Волнуюсь. – Она посмотрела в мою сторону: – Ты готов?

– У меня есть выбор?

– Даже не думай об этом. Ты пройдешь. – Она похлопала меня по плечу, и от этого прикосновения по моей руке побежали мурашки. – Где твоя мама? Я хочу поздороваться до всей праздничной суеты.

В этот момент моя мама позвала Пайпер по имени, и она ушла, оставив после себя мягкий аромат хрустящих яблок.

Мой папа приподнял бровь, его рот скривился, как будто он пытался скрыть ухмылку.

– Ты собираешься сказать ей?

– Сказать ей что?

– О, ты задумал играть в молчанку?

– Я ни во что не играю.

Я посмотрел туда, где сидел Маркус, развалившись в одном из кресел, и не сводил глаз с экрана, когда начался этап отбора.

– Все… запутанно.

– Ты будешь жалеть, что ничего не распутал.

Я рассмеялся.

– Тебе действительно нужно было говорить это сегодня?

– Не знаю, заметил ли ты, но ты не так часто бываешь рядом. Я должен был воспользоваться случаем.

– Начинается! – крикнула моя мама высоким тоном.

Я сел на диван рядом с нервно выглядящим Джексом. Позади меня было бесчисленное множество людей, и несколько камер были направлены на нас. Шум превратился в громкий гул, завладевая моими чувствами, пока мне не показалось, что комната смыкается надо мной. Мое сердце бешено колотилось в груди, когда мы наблюдали, как дикторы занимают свои места перед трибуной, представляя друг друга. Я изо всех сил пытался сделать вдох, и черные точки замелькали в уголках глаз. Ох, черт, у меня паническая атака. Я взглянул на объектив камеры, направленный прямо мне в лицо. Я должен был уйти отсюда. Я попытался встать, но чье-то нежное тело опустилось на подушку рядом со мной. Меня окружил знакомый запах. Я делал медленные, глубокие вдохи, наполняя легкие ароматом яблок, пока сердцебиение не успокоилось и я смог посмотреть на нее. Ясные голубые глаза Пайпер встретились с моими, и она переплела наши пальцы, пряча их между нами и слегка сжимая.

– Я с тобой.

Меня охватил трепет, когда я услышал свои слова из ее уст. Только она могла отвлечь меня от всего хаоса вокруг. Она провела большим пальцем по тыльной стороне моей ладони и нежно улыбнулась мне, прошептав:

– Ты в порядке?

Я выдохнул и сосредоточился на тепле ее тела, пока она сидела со мной плечом к плечу.

– Сейчас да.

– Хорошо, потому что сейчас все начнется.

Я затаил дыхание, когда диктор заговорил в микрофон:

– Под первым номером в «Брюинз»[5] выбран Маркус Адамс из клуба «Сарния Сторм».

Зал взорвался аплодисментами, и Джекс практически задрожал от радости, когда поднял Маркуса в воздух. Поздравления и крики раздавались со всех сторон. Репортер жестом призвал всех к тишине и поднял микрофон.

– Мы выходим в прямой эфир через три, два, один… С нами Маркус Адамс, который был выбран в первом раунде под общим первым номером. Расскажи нам о своих эмоциях от того, что тебя выбрал «Бостон Брюинз»?

Маркус улыбнулся так широко, что, должно быть, у него заболели щеки.

– Лучший день в моей жизни. Это еще не конец. Нужно дождаться, когда выберут этих двоих в команду.

Перед тем как очередь снова дошла до «Бостона», еще несколько клубов успели выбрать себе новых игроков, а затем повисла такая тишина, что можно было услышать, как пролетает муха. Когда они назвали имя Джекса, зал разразился аплодисментами, и на этот раз Маркус закружил Джекса в воздухе. Я притянул их обоих в свои крепкие объятия, игнорируя укол ревности от того, что они будут вместе. Единственное, что сейчас было важно, – это то, что меня вообще допустили участвовать в отборе. Я отстал на несколько раундов, и хотя я знал, что было много вещей, которые происходили вне сцены, но ожидание убивало меня.

Я с трудом сглотнул, видя, как одна команда за другой объявляют чужие имена, переходя к третьему раунду. Мое внимание сместилось на маленькую ручку Пайпер, которая сжала мое бедро. Ее ладонь не была заметна между нами, так что я мог расслабиться.

Гроссмейстер «Бостона» вышел на трибуну, и я так сильно затаил дыхание, что мог слышать биение пульса в своей голове. Еще ни разу не было, чтобы три игрока из одного места смогли пройти в одну и ту же команду Национальной хоккейной лиги. Шансы близились к нулю. Когда он выкрикнул мое имя, мир словно остановился, и я не был уверен, что вообще дышу. Я отвел взгляд от экрана и посмотрел на Пайпер, чтобы убедиться, что это правда. Она улыбнулась мне во весь рот, и я был очарован светом ее глаз. Я хотел наклониться вперед и ощутить вкус ее губ прямо сейчас. Я придвинулся ближе, и у нее перехватило дыхание, а взгляд метнулся к моим губам. Ничего не стоило сократить дистанцию между нами.

Сильные руки обхватили меня сзади, и воодушевленный Маркус стащил меня с дивана, а за ним быстро подошел Джекс.

Казалось, что стены дома задрожали от волнения, и я потерял Пайпер в толпе.

После отбора мы собрались у Джекса дома, который уже был переполнен людьми. Его родители оставили его нам, сказав, что после сегодняшнего вечера мы достаточно взрослые, чтобы как следует отпраздновать. Они ужасно ошибались в этом, но мне было грех жаловаться.

– Мы, черт возьми, сделали это, чувак! Не могу дождаться, когда можно будет тратить наши подписные бонусы[6], – прокричал Маркус сквозь музыку, обнимая меня одной рукой и протягивая мне пиво. Мой бонус был не таким большим, как у него, но я был более чем доволен.

Я