Я сразу увидел её.

Согнувшись в пояснице, София наливала кофе двум охотникам, закутанным с головы до ног в камуфляж. Один был размером с холодильник, его живот едва помещался под столом. Другой — молодой и тощий, с торчащими зубами, напомнил мне кролика, которого мы с братом поймали в детстве. Мы, естественно, назвали его Баки.

София выпрямилась и оглянулась через плечо. Наши взгляды встретились. Я уже краем глаза заметил, что внимание привлекаю не только я.

— Доброе утро, — поприветствовала меня та же седовласая женщина, что работала накануне. — Один?

— Да, один.

— В дальний угол, если не возражаете.

— Вовсе нет.

Я прошёл за ней через зал, снова поймав взгляд Софии. Бросив пальто на сиденье, я скользнул в кабинку.

— Меня зовут Велма, — сказала официантка, кладя на стол ламинированное меню. — Начать с кофе?

— Пожалуйста.

— Отлично. София сейчас принесёт.

Я наблюдал, как Велма и София пересеклись у кофейников. Велма, ухмыляясь во весь рот, что-то прошептала Софии, кивнув в мою сторону. Та не отреагировала. На самом деле, её лицо стало суровым, и она казалась раздражённой. Мне не потребовалось много времени, чтобы понять почему.

Двое охотников, которым она наливала кофе, когда я вошёл, были пьяны в стельку, несмотря на ранний час. Вероятно, только что пришли из ночного бара. Их громкая, невнятная речь разносилась по залу, от них несло перегаром. Они хохотали и подначивали друг друга. Пока они болтали, их налитые кровью глаза то и дело скользили по Софии, и я понял, что темой их разговора была она.

София игнорировала их, проходя мимо их стола с графином и сахарницей.

— Доброе утро, — сказала она мне, выдавив напряжённую улыбку. Её глаза оставались серьёзными.

— Доброе утро, — ответил я и, когда она потянулась налить кофе, взял у неё графин. — Я сам.

Она моргнула. — Спасибо.

В зале раздался взрыв пьяного хохота. Челюсть Софии дёрнулась.

— Что будете заказывать на завтрак? — спросила она натянуто.

— Эй, красотка! — рявкнул Горилла через плечо, совершенно игнорируя тот факт, что она обслуживает другого клиента. Меня.

Щёки Софии вспыхнули — то ли от смущения, то ли от гнева, я не был уверен. В любом случае, это было нехорошо. Ни одна женщина не должна мириться с таким на работе. Или где бы то ни было ещё.

В пояснице возникло знакомое покалывание — чувство защиты, которого я не испытывал очень давно. Может, никогда.

Игнорируя мужчин, София встретилась со мной взглядом, и между нами проскочила искра — вызов. И я в этот момент совершенно забыл, зачем здесь нахожусь.

— Ты их знаешь? — тихо спросил я.

— Нет. Они вывалились из бара минут десять назад.

— Сейчас семь утра.

— Бар открыт круглосуточно. Владелец, Чак, живёт в подвале. Пока есть платёжеспособные клиенты, он не закрывается. Многие из них заходят к нам протрезветь.

— Эй, красотка! Я с тобой разговариваю!

Рука на моём колене сжалась в кулак.

София сделала вид, что не слышит, и бросила через плечо: — Я подойду через минуту.

— Принеси ещё кофе!

— Я сказала, подойду через минуту, сэр.

К этому моменту Велма уже наблюдала за происходящим, как и несколько других посетителей. Даже музыкальный автомат смолк. В зале стояла такая тишина, что было слышно, как на кухне шипит бекон.

Пульс участился.

— Сэр, — резко повернулась ко мне София, — что будете заказывать? Ей явно не терпелось налить им кофе и выпроводить.

— Ничего. Кофе достаточно.

В этот момент из-за дверей кухни вышел повар — высокий, мускулистый мужчина с длинными седыми волосами, собранными в хвост. На бейдже было написано «Рон».

— Я сказал, принеси кофе! — видимо, Горилле не понравилось, что его игнорируют.

Интересно, что стало его триггером. Наверняка он был тем самым толстым, неуклюжим ребёнком, над которым все издевались, а потом вырос и сам стал задирой. Я перевёл взгляд на Рона, который внимательно наблюдал за ситуацией.

Раздражённая, София развернулась и направилась к столику пьяниц. Молча, она подняла со стола графин с кофе — они вполне могли сделать это сами — и долила им в кружки.

— А теперь сахару, красотка, — ухмыльнулся Горилла.

Когда София потянулась через стол к сахарнице, Горилла засунул руку ей под юбку, впился толстыми пальцами ей в ягодицу, сжал и громко расхохотался. Без раздумий. Без тени сомнения.

Я вскочил, схватил ублюдка за шиворот и выдернул его из кабинки, как тряпичную куклу. Кофе расплескался повсюду.

Баки, пошатываясь, что-то закричал, но я заставил его замолчать, ударив кулаком в центр лба. Он застыл на месте, глаза остекленели.

Начался хаос.

Повар бросился в драку и повалил Баки на пол, хотя тот уже был без сознания.

Свист клинка я услышал раньше, чем увидел.

Горилла тяжело дышал, злобно смотря на меня, раскинув руки в боевой стойке. В руке он сжимал охотничий нож, выхваченный из-за пояса. Лицо было багровым от ярости и алкоголя.

Он бросился вперёд.

Я поймал его руку с ножом, притянул к себе, вдавил большим пальцем в запястье и вывернул. Он взревел от боли, нож выпал из ослабевших пальцев. Пока он сгибался в коленях, я завёл его руку за спину и вывихнул плечо, используя вес его же тела.

Кто-то вскрикнул.

Горилла рыдал, как ребёнок, когда я выволок его на улицу и швырнул в снег. Его лицо ударилось о бетонный бордюр.

Рон последовал моему примеру, вытащив ошеломлённого Баки. Вместе мы бросили его рядом с напарником.

Я навис над ними, сжимая кулаки.

— Блять, ну хорош, отпусти! — взмолился Горилла. Он перевернулся, как выброшенный на берег кит, и в отчаянии прикрыл лицо руками.

Я опустился перед ними на колени, схватил обоих за волосы и повернул их окровавленные лица к себе.

— Если хоть один из вас появится в этой закусочной снова, я нахер зарежу вас. Поняли?

Оба яростно закивали.

— Хорошо. — Я отпустил их головы и поднялся. — А теперь катитесь ко всем чертям.

— Как тебя зовут? — спросил повар, протягивая руку, пока пьяницы ковыляли через дорогу к своим грузовикам.

— Джастин, — ответил я, пожимая её.

— Джастин, приятно познакомиться. Рон Фитч, владелец. Добро пожаловать в любое время. Буду кормить тебя бесплатно до конца жизни. Только скажи им, что…

Наше внимание привлекла красная машина, выезжавшая с парковки.

За рулём сидел небольшой силуэт. София резко нажала на газ и, вильнув, выскочила на шоссе.

— Прости, Рон.

ГЛАВА 9

АЛЕКС

Насилие продолжалось. Недели напролёт — ежедневно. Жестокость зависела от настроения моего мужа, которое, в свою очередь, определялось его работой.

Я привыкла к этому. И почему-то это