Я поджала губы: три ха-ха.

Несколько секунд мы с Каннингемом мерились скептическим и благодушным взглядами, а затем лорд всё-таки заговорил:

— Мы с вами супруги, моя дорогая, и наш брак не предполагался фиктивным. Я понимаю, что вёл себя, м-м, с неоправданной раздражительностью, однако прошу вас о снисхождении: после многих лет холостяцкой жизни сложно в одночасье сделаться семьянином. И сейчас, по прошествии времени, я считаю, что нам стоит наладить отношения, а не жить порознь, как чужим людям.

Я сузила глаза и колко уточнила:

— А что думают по этому поводу Лаура Хэмптон и прочие столичные дамы?

Даже в малости не переменившийся в лице Каннингем пожал плечами:

— Какая нам разница? — Взял бокал и, салютуя мне, добавил: — У вас нет и не может быть соперниц, Мэриан.

Я недоверчиво подняла бровь: в самом деле? В ответ Каннингем тонко улыбнулся и как бы между прочим заметил:

— Надеюсь, могу сказать то же самое и в отношении себя.

У меня чуть веко не дёрнулось: он серьёзно думает, будто я здесь тоже с кем-то развлекаюсь?

— Лорд Каннингем. — О мои интонации можно было порезаться, как о серебряный столовый нож. — Вы же видите, чем я занята с раннего утра до позднего вечера. Как по-вашему, есть у меня время на… всякие глупости?

— Конечно, нет, моя дорогая, — бархатно отозвался лорд. — Прошу прощения. Но попробуйте же вино, оно и впрямь великолепно.

Я послушно сделала глоток из почти нетронутого бокала. Н-ну, не сказала бы, что так уж великолепно: какой-то неприятный привкус у него всё-таки имелся. Я отпила ещё и, поставив бокал, заговорила:

— Что касается ваших слов о налаживании отношений… Лорд Каннингем, поймите правильно: я не желала этого брака и отъезд в Колдшир восприняла как настоящий подарок. Меня полностью устроит, если я буду жить здесь, а вы — в столице. Я даже согласна каждый месяц отправлять в Каннингем-холл партию роз, чтобы вы могли использовать их по своему усмотрению. Но искренне прошу: давайте оставим между нами всё как было.

Глава 87

— Неужели вы пытаетесь от меня откупиться? — почти не наигранно удивился Каннингем. — Бросьте, моя дорогая, я далеко не бедствую.

— Я предлагаю вам нечто столь необычное, что разворошило столицу, словно палка — пчелиный улей, — ровно поправила я. — Но решение за вами, разумеется.

Над столиком вновь повисло молчание. Каннингем расслабленно потягивал вино, я наблюдала за ним, мысленно взвешивая за и против для той темы, которую собиралась поднять. С одной стороны, вероятность согласия была околонулевой. С другой — всегда лучше знать наверняка, а не додумывать за другого.

И я решилась. Сделала глоток вина и начала:

— Лорд Каннингем. Вы предлагаете наладить отношения, но, возможно, разумнее будет пойти противоположным путём.

Лорд сделал вид, будто он весь внимание.

— Наш брак до сих пор не консумирован. — Вряд ли высокородная леди могла разговаривать на подобные темы по-деловому равнодушным тоном, однако мне было не до притворства. — А следовательно, у нас есть формальное основание его расторгнуть.

Каннингем символически отпил из бокала и бесстрастно ответил:

— Нет, Мэриан. По воле обстоятельств вы моя жена, а я своё не отдаю.

Кто бы сомневался. Однако я тоже сдаваться не собиралась и боевито подалась вперёд.

— Но зачем я вам? Жена, которая не умеет себя вести на приёмах, запирает дверь спальни и возится с дурнопахнущими удобрениями. Не лучше ли подобрать на роль леди Каннингем кого-то более подходящего?

— Не лучше, — хладнокровно отозвался лорд и тоже подался мне навстречу. — Вы загадка, Мэриан. Самая необыкновенная молодая леди из всех, что я встречал, а встречал я, поверьте, немало. Вы в одиночку сумели поднять с колен убыточное имение и заставили цвести легендарные розы. Вы буквально приручили всю округу — знаете, сколько славословий леди Каннингем я наслушался за последние дни? Вы смогли успешно противостоять не только инспектору Трейси, но и Безликому — да-да, я знаю об этой истории. И наконец, — он с усмешкой откинулся на спинку, — не знаю, в чём причина перемены, но сейчас вы можете прийти на королевский бал в фартуке и перчатках садовника и затмить красотой всех прочих леди.

Я? Через какие волшебные очки он на меня смотрит? Или это лесть? Тогда она слишком топорная для высокородного лорда.

— А что до запертой двери, — между тем продолжил Каннингем, — не думаю, что это надолго, моя дорогая.

Я напряглась: что ещё за намёки? Сухо напомнила:

— Вы дали слово чести, лорд, что не станете применять силу.

Каннингем согласно склонил голову:

— Я помню, Мэриан. Не волнуйтесь, всё случится по вашему желанию.

Почудилась ли мне насмешка в его голосе? Померещился ли блеск глаз?

«Так, всё. Пора расходиться».

— Не хочу вас огорчать, — прохладно сказала я, — но желание у меня одно: развод. И нет никаких признаков, что когда-нибудь это изменится.

В последний раз отпила вина (с каждым глотком оно казалось всё противнее) и поднялась со стула.

— Благодарю за ужин и компанию, лорд Каннингем, но, к несчастью, у меня ещё остались дела. Вынуждена оставить вас.

— Не стоит благодарности. — Лорд тоже встал. — Не забудьте серьги, моя дорогая.

Я равнодушно мазнула взглядом по открытому до сих пор футляру и без желания взяла подарок. Звонко щёлкнула крышка, ставя точку в моих словах:

— Доброй ночи, лорд Каннингем.

— Доброй, — отозвался тот. — Однако всё же позвольте вас проводить.

— Спасибо, не стоит утруждаться.

С этими словами я двинулась в сторону замка, но, не пройдя и десятка шагов, вдруг почувствовала себя странно. Меня окутала непонятная истома, ноги ослабели, сознание поплыло, а в ушах зашумело море.

«Что происходит? Я ведь и не пила, считай!»

Футляр выпал из ослабевших пальцев, а следом и я чуть было не опустилась на траву.

— Вам следует больше отдыхать.

Твёрдая горячая рука поддержала меня под локоть, от проникновенных интонаций по коже побежали мурашки. И всё-таки я воспротивилась:

— Отпустите! Я дойду сама!

Однако это прозвучало так вяло, что, естественно, никто и не подумал слушаться.

— Всё хорошо, моя дорогая. Я помогу.

Меня приобняли за талию и бережно, как в танце, повлекли к тёмной громаде замка.

Надо было сопротивляться, но силы