Парикмахер оказался высоким, крепким мужчиной с ярко-оранжевыми волосами. На его лице красовалась огромная татуировка в виде среднего пальца и надпись пошел на х*й крупными буквами на лбу.

У меня словно перегорел предохранитель в голове, и я сидела, разинув рот и не сводя глаз с татуировки. Средний палец идеально располагался между густыми бровями и занимал большую часть его лба, а кулак простирался до щек и губ.

— Какой цвет? — рявкнул он на меня, и я подпрыгнула в кресле.

Все это совершенно не походило на то, как я представляла себе посещение парикмахерской. Внезапно я мысленно саму себя поблагодарила за то, что обычно раз в год просто стриглась самостоятельно обычными ножницами.

— Наверное, черный, — подал голос Аран из дальнего угла, где симпатичная женщина аккуратно подстригала его синие волосы.

Почему ему достался нормальный парикмахер, а мне хер пойми кто?

— Я не буду окрашивать белые волосы в черный. Это так скучно! — взревел парикмахер, тяжело дыша, словно пытался взять себя в руки. Казалось, он вот-вот схлопочет аневризму.

К счастью, он пробормотал что-то себе под нос и принялся за работу, не дожидаясь моего ответа. Я закрыла глаза и взмолилась, чтобы он не выбрал какой-нибудь уродливый цвет. Например, розовый или фиолетовый.

Аран не ошибся. Мой любимый цвет черный, и золотой. Но я слишком боялась своего парикмахера, чтобы что-то сказать. При мысли о золоте в голове вспыхнул образ одного альфы, увешенного золотыми украшениями и пирсингами. Мне не нравилось находиться вдали от него. Меня беспокоило и то, что я так привыкла постоянно находиться рядом с альфами.

Нужно помнить, что я сама по себе.

Для женщины альфы мир перевертышей — это место одиночества.

Так было всегда, так будет и впредь.

К сожалению, когда наконец-то работа над моими волосами закончилась, на улице уже стемнело. Аран снова торопливо вывел меня на улицу. Оказалось, что в тренировочный комплекс на два дня приехала массажист, и он записал нас на сеанс. Поскольку я с трудом пережила тренировки и битву с фейри на прошлой неделе, меня искренне удивлял тот факт:

Когда Арон нашел время все это организовать? Разве он не тренируется наравне со мной?

После того, как мы вернулись в комплекс, у меня едва хватало сил тащить свое уставшее тело за Араном. Сегодня я поняла, что гораздо лучше драться на тренировках и отражать атаки, чем подвергаться тычкам и толчкам со стороны портних, парикмахеров и стилистов. Честно говоря, это почти так же мучительно, как бег.

Когда мы шли к массажисту, я содрогнулась, вспомнив, как портнихи смеялись, тыкая пальцами в мое обнаженное тело. Эти нулевые женщины совершенно безжалостны и гораздо страшнее солдат бет. Кто-то должен нанять их и моего парикмахера для сражений в войне. Аура и лицо парикмахера буквально кричали: Отвали!

Наконец, Аран привел меня в комнату на верхнем этаже комплекса. Массажистом оказался крупный, крепкий бета по имени Мика. У него красивые светлые волосы и темные глаза. По какой-то причине, каждый раз, когда он улыбался мне, я краснела как дурочка.

Это явно мой самый тяжелый день.

Спустя несколько блаженных минут я уже лежала лицом вниз на мягком столе, наслаждаясь массажем. К счастью, Мика разрешил не снимать одежду. Тем не менее, эти ощущения оказались божественными. Когда он разминал мои ноющие ступни и кисти, я готова была поклясться, что вижу богиню луны.

В комнате тихо играла музыка, а воздух был наполнен восхитительным ароматом лаванды, от которого меня клонило в сон. Когда Мика объявил, что закончил, я подняла голову и обнаружила на подушке внушительную лужу слюны.

Спускаясь со стола, я получила от симпатичного светловолосого беты визитку:

— Если тебе когда-нибудь понадобится массаж, позвони, чтобы записаться на сеанс.

— Обязательно, — ответила я.

Похоже его телефон все-таки может пригодиться.

Я повернулась к двери, чтобы выйти, но чья-то рука на моем плече остановила меня. Меня охватила сонливость, поэтому я даже не попыталась оттолкнуть его и ударить коленом по яйцам.

Оказалось, что внутренний покой, лучшее средство против насилия. Может, поэтому я все время готова убивать?

— Мне очень нравятся эти красные пряди. Они подходят к твоим красивым глазам.

Вместо того, чтобы пожать мне руку, как любой мужчина в этом проклятом государстве, Мика сделал нечто совершенно шокирующее.

Он наклонился и поцеловал меня в щеку.

Как зрелая, компетентная женщина альфа, я развернулась и выбежала из комнаты. Я не сказала ни слова, просто пулей вылетела из комнаты и убежала подальше от этого красивого беты. На бегу я прикоснулась к тому месту на щеке, где он меня поцеловал.

Мой первый поцелуй.

Охваченная счастьем, я влетела в комнату альф.

— Что, черт возьми, ты сделала со своими волосами? — сердито вскочил с кровати Ашер.

— Это немного перебор, — Кобра скривился, глядя на меня, но не прекратил отжиматься. После каждого повторения он хлопал в ладоши за спиной.

— Ты не можешь так ходить! — крикнул мне в лицо Ашер, и тут же получил от меня коленом в пах.

Он с грохотом упал на пол, а я быстро запрыгнула на свою кровать под одеяло. Альфа только дико разозлится, но не думаю, что он будет мстить.

Мой маленький пушистый белый котенок все еще лежал на подушке там, где я его и оставила. Прижав его к груди, я повернулась спиной к комнате. За темным окном шел густой снег. Кобра хрипел, продолжая тренировку, а Ашер бормотал ругательства сквозь зубы.

Я помечтала о том, как покалечу их обоих. Медленно. Одним из рогов Ашера.

Мой внутренний покой исчез.

Глава 24. Кобра

Допрос

Несколько дней спустя…

Я выдернул очередной ноготь с пальца на ноге Джона. К сожалению, зачарованные кандалы портили все удовольствие от допроса. Эти штуки вынуждали пленника говорить правду. Но к счастью для меня, Джон бормотал что-то невнятное и никак не мог очнуться.

Все знают, что боль лучше любого будильника.

Он недавно оклемался, но похоже после удара Джакса его мозги поплыли. Все, что он говорил было невнятным и бессвязным. Да и долго он в сознании не продержался, почти сразу отрубился. Я не волновался, потому что и раньше видел, как беты исцеляются от гораздо более серьезных травм.

Просто нужно еще время. Хоть его уже прошло достаточно, но я был уверен, что он скоро вернется к жизни. Медленно, я взялся за следующий ноготь, продвигаясь по очереди. Боль, причиняемая Джону, немного успокаивала черную пустоту внутри. Но лишь немного. По