Однако, хотя я уже засыпала, обратила внимание, что Тайен напряжён, а его сердце бьётся быстрее обычного.

55

— Ты готова? — Тайен улыбнулся и протянул мне руку.

Он был прекрасен. Великолепен просто в своих белоснежных длинных одеяниях. Светлые волосы убраны за плечи, голубые глаза, будто подсвеченны изнутри.

Спокойный. Уверенный. Достойный.

Кроктарианцы, избравшие себе его в лидеры, не ошиблись, я уверена. Тайен приведёт их к процветанию, вернёт им жизнь в гармонии с планетой и друг с другом.

Он тот, кому хватит мудрости управлять людьми, нести ответственность за их жизни бережно и с любовью. Он справедлив и честен с ними и, что самое важное, с собой.

Он справится.

А я буду рада идти с ним по жизни плечом к плечу. Стать его опорой, тылом. Это честь для меня.

— С тобой — на всё, — я улыбнулась ему в ответ и вложила свои пальцы в его ладонь.

Крепко сжав руки, мы остановились перед аркой, а потом вместе шагнули под неё и вышли к людям. Площадь взорвалась радостными криками и овациями, торжественная музыка заставляла сердце биться с ней в такт. Площадь была украшена огнями, ведь планету окутала кроктарианская ночь. Она не была непроглядно тёмной, скорее сумрачной, и Церемония Доверия от этого казалась ещё более впечатляющей и даже какой-то мистической.

Сколько видно было глазу, стояли люди, у всех в руках белые платки, которые они взметнули вверх и махали нам, скандируя имя Тайена.

Это было потрясающе.

Казалось, что даже грудь моя может вместить больше воздуха, наполниться эмоциями этих людей, их радостью, их надеждами.

Я положила руку на живот, мысленно обращаясь к ребёнку, и вдруг моё дыхание сбилось — я почувствовала его. Впервые ощутила движение своего малыша.

На глаза навернулись слёзы. Я так ждала этого! Это естественный, но такой особенный момент!

Невероятно.

Церемония вверения грамот от ветвей власти шла на эмоциональном подъёме. Было видно, что для людей это праздник, счастливый день.

После было торжество. Песни, танцы, традиционные игровые сражения. Наблюдать, вникать в культуру кроктарианцев было интересно и захватывающе.

— Устала? — Тайен вернулся с большой чашкой горячего пряного напитка, на которой струились лёгкие витки пара, и протянул мне.

— Немного, — я улыбнулась и погладила живот. Он был ещё не очень большим, но мне постоянно хотелось его касаться, тем более теперь, когда малыш со мною “заговорил”.

Мне хотелось рассказать об этом и Тайену, но я решила дождаться, когда мы окажемся вдвоём.

Я взяла чашку и с наслаждением сделала несколько больших глотков. Чай, или как там это здесь называли, оказался очень вкусным. Чем-то напоминал земной гранат и липу.

Дафна и Шейн были с нами, а потом её забрали кормить, а Шейн с отцом пошли гулять по побережью. Моя мама и мать Тайена тоже пошли пройтись по тихой аллее, шум празднества их немного уже утомил.

Тайен опустился на диван рядом и снова сплёл наши пальцы. Мне так нравилось, когда он так делал. Мы продолжали смотреть из нашей ложи за тем, как веселился народ, радоваться и строить планы о том, как всё изменится теперь.

— Командор! — внезапно за спинами возник бледный как мел Рид Мордок. — Простите, Наместник!

— Говори, — Тайен нахмурился и выпрямился. — Рид, на тебе лица нет. Что случилось?

Ещё до того, как он начал говорить, я почувствовала, как внутри меня всё сжимается. Боль прошила грудь от его слов.

— Фицу Тайен, ребёнок исчез. Мы всё обыскали. Всё! Её нет нигде. Девочку похитили.

Рид ещё не успел договорить, как к нам подбежал начальник охраны дворца.

— Наместник! — склонил голову и тут же вскинул её. — Тело вашей сестры пропало. Дверь в лабораторию была взломана, системы отключены. Мы всё обыскали…

Они говорили что-то ещё. Появились и другие люди, Тайен отдавал приказы… Но я будто провалилась в вакуум. Звуки долетали с задержкой, картинка перед глазами плыла…

А потом мир для меня померк.

***

Проснулась я от болезненного спазма.

Болело внизу живота, и мне стало очень страшно за ребёнка.

— Лили? — знакомый женский голос пытался меня разбудить. — Детка, ты меня слышишь?

Мама. Это она звала меня.

— Проснись, Лили, ты сейчас очень нужна своему малышу.

Я сделала над собой усилие и открыла глаза.

И пришла в шок…

Я лежала на постели в больничной палате, руки опутаны трубками, а впереди… впереди возвышался мой большой живот.

Спазм снова прошил моё тело, заставив выгнуться в спине.

— Что… что происходит? — голос хрипел. — Где Тайен?

— Сейчас придёт, — мама сжала мою руку. — Тебе нужно в воду, Лили, ребёнок уже на подходе. Пришло время ему появиться на свет. Кроктарианки раньше рожали детей в океане. Тебе тоже нужно, дорогая.

Я ничего не понимала. Запуталась. Казалось, что это просто сон какой-то, а я всё никак не могу проснуться.

Мысли плыли, сцеплялись и рвались, словно нити паутины на ветру.

— Ещё рано же, — пробормотала я, хотя вид собственного живота заставлял сомневаться в своих же умозаключениях.

Это был сон. Это точно был сон.

— Лили… — мама нежно погладила меня по плечу. — Прошло почти четыре месяца, доченька. На Церемонии тебе стало плохо, ты едва не потеряла малыша. Нам удалось спасти его, но пришлось ввести тебя в сон до конца беременности. Сейчас же ты должна собраться и помочь ему родиться.

Четыре месяца…

Я осторожно встала с помощью мамы и коснулась босыми ногами пола. На удивление, не почувствовала ни слабости в мышцах, ни головокружения, хотя четыре месяца пролежала без движения. Наверное, у кроктарианцев были какие-то лекарства для поддержки тех, кто в длительной коме.

Я надела тапочки, мама набросила на меня то ли халат, то ли накидку, и тут память начала выстреливать воспоминаниями о событиях, которые произошли перед тем, как я отключилась.

— Дафна? — я схватила маму за одежду. — Её нашли, мам? Где она? Где малышка?

Мать сглотнула и молча посмотрела на меня, отрицательно покачав головой.

Что?

Как же так?

Дышать стало тяжело. Голова снова закружилась.

— Лили, держись, — прошептала мама, вытирая набежавшую слезу. — Пожалуйста, помни про малыша.

— Расскажи мне! — потребовала я. — Я должна всё знать, мама!

Мама закусила губы, но потом подняла на