«Самодовольный ублюдок».

«Мой самодовольный ублюдок. Мой», — поправила Скай.

Зейн отдавал ей всё, не ожидая ничего взамен. Он боролся за неё, он защищал её, и он любил её. Зная, что это эротичнее всего на свете, Скай закричала, когда её тело вспыхнуло вокруг его пальцев, взорвавшись в кульминации. Её тело покалывало, она покраснела, когда жар распространялся по ней, и её соки покрыли его пальцы.

Скай даже не нужна была связь, чтобы ощутить его самодовольство. Пару дней назад Зейн сказал ей, что нет большего чувства выполненного долга, чем смотреть, как она кончает. Он вёл себя так, будто подарить ей оргазм было каким-то большим достижением, — честно говоря, это было не так. Иногда ему едва приходилось смотреть на неё, и она была почти рядом. Но, эй, это делало его счастливым, и она получала полное удовольствие на пугающе регулярной основе — она точно не собиралась жаловаться!

Зейн убрал пальцы и прижался ртом к её щели, ловя её мёд, лакая её и издавая стоны, словно это была амброзия.

Скай прислонилась лбом к стене и закрыла глаза.

— Ты плохой медведь, — промурлыкала она. — Делаешь это со мной на глазах у твоей рыбы.

Он усмехнулся и ущипнул её за ягодицу.

— Они получают только возбуждение, — проговорил Зейн, его голос звучал приглушённо, а его язык лениво творил магические вещи с её телом.

Скай открыла глаза и посмотрела, как Немо Один, Немо Два, на самом деле, все Немо до Немо Восьмого в замешательстве плавали вокруг своего резервуара.

Зейн подхватил её на руки и отнёс к своему столу — уже полностью лишённому каких-либо предметов. Её фотография в рамке, фальшивая стопка документов, которые он держал при себе, чтобы выглядеть важным, пять частично погрызенных ручек и снежный шар от предыдущего клиента — всё исчезло. Он планировал заняться с ней сексом на своём столе.

«Подлый, сексуальный медведь» — одобрительно ворковала её единорог.

Он полностью стянул с неё шлёпанцы и штаны для йоги, небрежно отбросив их.

— Джульетта предложила мне мою работу обратно.

Скай распахнула глаза, вытаскивая себя из посторгазмического оцепенения.

— Правда? Что ж, это замечательно. Это то, что ты хотел.

Зейн сел в своё кресло и усадил её на стол, непристойно демонстрируя её киску. Он на мгновение посмотрел на Скай, прежде чем стянуть с неё рубашку и лифчик.

— Я отказался, — беззаботно сказал он.

— Почему? Я думала, именно поэтому ты открыл своё детективное агенство.

Его руки обхватили её груди, пощипывая соски, гораздо больше интересуясь ими, чем самим разговором.

— Да, особенность работы в АСР в том, что рабочий день долгий, ты не можешь выбирать свои дела, и ты должен делать вид, что слушаешь своих боссов и делаешь то, что они говорят.

— Да, я ненавижу притворяться, — захныкала Скай.

Зейн придвинул свой стул ближе к столу, притягивая её задницу ближе к краю. Скай задохнулась, когда его рот сомкнулся вокруг одной из её грудей. Он пососал полушарие на мгновение, прежде чем отпустить его.

— Не пойми меня неправильно, работа на себя требует долгих часов, но я сам выбираю, за что именно браться. Кроме того, разве тебе не нравится, когда я беру тебя на засаду?

— Да, — призналась Скай с придыханием.

Честно говоря, это были одни из самых приятных свиданий — в основном потому, что Зейн был наиболее расслабленным, когда работал. Не то чтобы он когда-либо сильно расслаблялся. Он прожил свою жизнь, как свёрнутая пружина, но работа, казалось, помогала. Почти так же, как пейнтбол, которым они очень любили заниматься вместе. Они были непобедимой командой. Им уже запретили посещать два места для игры в пейнтбол за то, что они заставили детей плакать. Эй, кто-то должен был проиграть!

— Значит, работа на себя означает, что я могу брать с собой свою пару на засаду — в те, которые не опасны, — и единственным придурком-боссом буду я сам!

— Ты кажешься довольным этим.

— Ну, Джульетта сказала, что я могу быть консультантом в АСР.

Его руки скользнули вверх и вниз по бёдрам Скай.

— Серьёзно?

— Да, значит, я всё ещё работаю на них. Но я всё ещё медведь-одиночка.

— Это потрясающе.

— Верно, — ухмыльнулся Зейн, расстёгивая штаны и освобождая своего пульсирующего монстра.

Скай жадно посмотрел на него.

— Уверен, что не будещь скучать?

Он медленно погладил свою длину.

— Нет, особенно когда мне нужно разобраться с пропавшими ящиками с нижним бельём.

Не в силах больше терпеть, Скай залезла на него и опустилась на его напряжённую длину, вздыхая, когда брала каждый твёрдый, красивый дюйм.

— Я люблю тебя, медведь, — сказала она, улыбаясь ему.

Её единорог взволнованно заржала.

— Я тоже тебя люблю, единорог.

Их рты встретились, когда их тела врезались друг в друга. Связь, которую они разделяли, росла, когда они достигли своего завершения.

Эпилог

Джульетта вздохнула. Провела языком по клыкам. Ей действительно нужно поесть, но предстояло ещё так много работы.

Это была долгая неделя. Изучение всех была кошмаром. С наёмниками было не так уж сложно. Они стреляли из оружия как агенты АСР, когда их арестовали, и большинство из них признались, что их наняли для похищения перевёртышей. Но люди, которые стекались туда, чтобы сделать ставки, заявляли о своём невежестве. Да, и в самом деле попали туда случайно. Они не смогут найти судью, сочувствующего тому факту, что они пытались купить живых перевёртышей, чтобы держать их в качестве домашних животных.

К её удивлению, Зейн не был особенно заинтересован в том, чтобы брать на себя ответственность за аресты. Он даже не настаивал на возвращении на работу. Нет, всё, о чём он действительно заботился, это держать в секрете правду о внутреннем животном своей пары. Это будет не слишком сложно. Члены АСР, которые знали, на них можно положиться, будут держать свои рты закрытыми, а выжившие наёмники и покупатели знали о замешанном единороге, но они не были уверены, кто им был. Они могли сохранить её личность в тайне.

АСР арестовала около двухсот человек и всё ещё разыскивала тех, кому удалось бежать. Парень по имени Варгас — заместитель Букера — и врач по имени Ингрид Джеймс возглавляли их расстрельный список. Зейн сообщил, что Ингрид ранена, и считает, что Варгас вытащил её оттуда. Они, вероятно, уже были в Мексике, — если имели хоть какие-то мозги. «Позор». Совет Сверхъестественных хотел возложить на