— У неё осталось немного времени, — осторожно сказал Зейн.

Кот оскалил зубы.

— У тебя тоже. Ты хочешь парня ответственного за это, или хочешь тратить время на борьбу со мной?

— Кристиан Хоук? — фыркнул Зейн. — Сомневаюсь, что он далеко пойдёт.

— Этот тупой ублюдок был просто прикрытием. Букер был главным. Если хочешь его, стоит поторопиться. Он на пути к крыше, и может улететь в любую минуту. Как только он уйдёт, вы его больше не найдёте.

Зейн хмуро посмотрел на ягуара. Прошло несколько секунд. Он действительно не хотел его отпускать, но Зейн чувствовал, что тот говорит правду.

Женщина застонала от боли, и ягуар напрягся ещё больше — если это вообще было возможно. Мужчина уже был похож на деревянную доску.

Несмотря на жалобный медвежий вой, Зейн отошёл в сторону.

— Ты далеко не уйдашь, — проворчал он. — АСР тебя догонит.

Ягуар скривил губу, но ничего не сказал — по крайней мере, Зейну.

— Просто держись, детка, — прошептал он малявке в руках.

Он бежал по коридору, не оглядываясь.

* * *

— Погоди, мудак! — пророкотал Зейн.

Темноволосый мужчина в шрамах повернулся и вопросительно посмотрел на него. «А, горилла-перевёртыш». Он был ниже Зейна, но шире. В то время как другие наёмники выглядели крутыми, этот парень выглядел так, будто его вручную вырезали из мрамора.

Всего в двадцати футах от него ждал вертолёт, и Зейн прекрасно осознавал, что не может позволить этому парню сесть в него.

«Не вариант», — заревел его беспокойный медведь. Если это действительно был Букер, — а он догадался, что несмотря на то, что Зейн наставил на него пистолет, он сжал губы, — то ему было за что ответить. Прежде всего, похищение и жестокое обращение с его единорогом!

— Ты это мне? — протянула горилла.

— Ты Букер?

Нет ответа.

— Я приму это как да. На пол, руки за голову.

Букер окинул его долгим оценивающим взглядом, разглядывая его порезы и синяки, и то, что он тяжело опирался на левый бок и что у него был только пистолет с транквилизатором он не упустил из виду.

Наконец он пожал плечами.

— Вперед, давай. Стреляй.

— На пол!

— Я сказал стреляй. Меня столько раз усыпляли, что нужно много времени, чтобы вывести меня из себя. Я рискну. Я полагаю, что у меня есть всего около минуты, прежде чем мне нужно будет быть на вертолёте. Тебе лучше сделать свой ход, потому что я не отступлю, а ты, медведь, не в том состоянии, чтобы победить меня.

Его медведь ощетинился.

— Хочешь поспорить, придурок?

Горилла была слишком самоуверенна, и секундой позже Зейн понял, почему. Взгляд Букера метнулся к чему-то позади него, и медведь завыл, дёргаясь всем телом, едва избежав попадания двух пуль в какой-либо важный орган, но они попали в него, и чертовски больно. Он взвыл от боли, развернулся и выстрелил транквилизаторами в обидевшего его волка-перевёртыша, держащего пистолет. Самец рухнул на пол.

Раскалённая боль обожгла его, и Зейн споткнулся, упав на колени. Огнестрельные ранения перевёртышей излечимы, но чертовски болезненны!

Его медведь велел ему двигаться, перекинутся, сделать что угодно, когда он услышал едва слышные шаги приближающегося Букера.

«Сражайся с ним. Убей его. Разорви его в клочья», — призвал медведь. — «Преподай ему проклятый урок за то, что осмелился прикоснуться к Скай!»

Да, он должен.

Зейн повернулся как раз в тот момент, когда ботинок ударил его прямо в нос. За ним последовал кулак, ещё один кулак и ещё один ботинок. Он упал на задницу, тяжело дыша, от боли и с незнакомым чувством, что, возможно, он не сможет победить своего противника. Его медведь рявкнул на него, чтобы он встал, что-то сделал.

Букер искоса посмотрел на него, получая огромное удовольствие. Зейн думал обо всех способах, которыми он хотел стереть это выражение с его лица, когда его медведь испугался. Покалывание тепла, сладкий аромат вторглись в его чувства.

Нет! Какого чёрта она здесь делает? Она в опасности, ей нужно бежать — Букер убьёт её!

Зейн открыл рот, чтобы закричать на неё, когда услышал мягкий галоп шагов её прекрасного зверя. Букер даже не заметил её приближения, пока не стало слишком поздно. Рот Зейна приоткрылся от удивления, когда Букер посмотрел на него сверху вниз с убийственным намерением, а в следующую секунду ему проткнул грудь рог единорога.

Да, она, блядь, пронзила его своим рогом!

Глаза Букера на секунду расширились — он был потрясён больше, чем если бы инопланетяне приземлились. Он посмотрел на Зейна, глядящего в ответ с таким же удивлением, а затем пробормотал что-то неразборчивое, прежде чем потерять сознание.

Единорог отшвырнула его и издала торжествующее ржание.

Зейн упал на пол, всё ещё таращась, как идиот, когда Скай быстро приняла свой человеческий облик. Она никогда не выглядела более красивой и, к счастью, не была ранена. Его медведь, наконец, немного расслабился. Она была в безопасности, она была цела — это всё, что имело значение.

Скай воспользовалась моментом, чтобы проверить Букера, прежде чем она метнулась к Зейну и с тревогой посмотрела на его раны.

— Зейн, — беспомощно пробормотала она.

Он хмыкнул.

— Я вылечусь. Что насчёт него? — кивнул Зейн на Букера.

— Мёртв, — ответила она, лаская руками его грудь. — Я убила его.

Её глаза неуверенно забегали.

Зейн взял одну из её рук и поднёс к своим губам, целуя ладонь.

— Ты спасла меня, — он сделал паузу, — да, ты спасла меня. И мне это не нравится. Я должен спасать тебя.

Скай закатила глаза.

— Даже никакой благодарности от моей девицы в беде?

Он был отрезан от своего раздражённого ответа кем-то, перекрикивающим их.

— Эй, кому-нибудь вообще нужен вертолёт?

Они подняли головы и увидели кричащего на них пилота вертолёта, явно незамечающего всего, что только что произошло.

«Конечно, его помощь могла бы понадобиться несколько минут назад», — угрюмо подумал Зейн.

— Просто оставайся на месте и заткнись, — крикнул Зейн.

Парень скрестил руки на груди и пробормотал что-то о пожирателях времени.

— Нам нужно отвезти тебя в больницу, — сказала Скай, закусив губу.

— Эй, детка, я люблю…

Скай зажала ему рот рукой.

— Не смей!

Он нахмурился, и она безжалостно посмотрела на него.

— Не-а, мистер. Если мне ещё не разрешено говорить это, то и тебе тоже. Только позже, когда мой рот окажется на твоём члене, и ты будешь кричать моё имя.

Глаза Зейна расширились на секунду, прежде чем он разразился смехом, а затем схватился за бока.

— Не смеши меня, это может меня убить.

— Но это взаимно, ты знаешь, —