— Я твоя, — сказала она Джасперу. Любовь расцвела внутри неё, и она послала это чувство ему через их связь, пока радость наполняла её вены. — Видишь?

Джаспер коснулся браслетов.

— Моя, — прошептал он. Его глаза тлели, глядя в её.

— Счастливого Рождества, Джаспер, — сказала Эбигейл, прижимаясь к нему всем телом. Он обнял её, и она почувствовала себя в безопасности и любви — так, как никогда в жизни.

— Счастливого Рождества, любовь моя, — ответил он.

Эбигейл поцеловала его. Он был прав. Это было самое счастливое Рождество, которое она когда-либо знала.

Эпилог

Эбигейл

Год спустя

Чудо разбудило Эбигейл рано. Последние несколько дней она чувствовала это — некую новизну, странное приключение, зародившееся внутри неё. Но до этого момента она не понимала, что это было.

Чувство благоговения переполнило её. Она позволила себе личную, изумленную улыбку, чувствуя, как радость разливается по венам, пока она сонно потягивалась в их с Джаспером огромной постели.

Любовь вернулась к ней по узам связи. Джаспер почувствовал, что она проснулась. Эбигейл перевернулась на бок, готовая поделиться новостью… и обнаружила, что постель пуста.

Она приподнялась на локтях, нахмурившись. Где он? Сегодня было рождественское утро — их второе по счету и первое с того чудесного праздника, который она провела со своей парой. Своим мужем.

Она посмотрела на кольца на пальце. Они всё сделали «наоборот»: её обручальным кольцом стало то самое простое золотое кольцо, которое Джаспер сделал для неё в прошлое Рождество, с гравировкой дракона, обвивающего палец. Вторым было кольцо с россыпью сверкающих камней: по одному за каждое свидание, которое у них было до того, как Джаспер заявил на неё права. Бриллиант — за тот ужасный гоголь-моголь. Еще один — за каток, другой — за поездку на собачьих упряжках. Он даже убедил её добавить камень за ту ночь, когда она едва не потеряла его, за их приключение «в чреве Санты».

А самый крупный камень был вовсе не за свидание. Он был в честь их первого сочельника и того момента, когда они выбрали друг друга навсегда. Это была яшма. Разумеется. Красно-золотая и сияющая почти так же ярко, как глаза её великолепного мужа.

Тепло расцвело внутри неё, и она послала его по узам связи. Это не было актом чистого бескорыстия; будучи человеком, она не могла чувствовать связь так же тонко, как Джаспер. Если он хотел знать, где она, ему достаточно было просто об этом подумать. Если же она хотела найти его, ей нужно было затопить соединяющую их цепь захлестывающими эмоциями.

К счастью, когда дело касалось их с Джаспером, в эмоциях недостатка не было. Джаспер был на кухне.

В любое другое утро она бы простила ему это. Но этим утром у неё был секрет. Самая лучшая новость на свете. Эбигейл выскользнула из постели, набросила шелковый халат и тихо прошла на кухню.

Чувство дежавю охватило её, когда она увидела, как Джаспер варит кофе. Они были в его коттедже, конечно. Совсем как в прошлом году. И прошлую ночь они провели… ну, очень похоже на прошлый год.

Она подошла к нему на цыпочках, хотя знала, что подкрасться незамеченной не получится. Он счастливо вздохнул, когда она обняла его сзади.

— Уже проснулась? А я хотел удивить тебя завтраком.

Как ни странно, он не звучал разочарованным, особенно когда развернулся и запустил руки под её шелковый халат.

— Но раз уж ты встала…

— Джаспер, подожди! — Эбигейл со смехом отбилась от его рук. Он тут же остановился с виноватым видом.

— Конечно. Сначала тебе нужен кофе.

— Думаю, на самом деле кофе понадобится тебе.

Она улыбнулась его озадаченному виду и подвела его к маленькому кухонному столу.

— Садись.

— Ладно… — Джаспер прищурился.

Эбигейл подавила смешок. Он знал, что всё в порядке; узы связи подсказали бы ему, если бы она была несчастна или если бы новость была плохой. Но это было всё, что он знал. Как бы она ни любила магию, соединяющую их, сейчас она была рада этой недосказанности. Она хотела сказать ему сама.

Джаспер сел, а она встала перед ним, чувствуя, как всё её тело буквально светится от этого секрета.

— Любимая, что случилось?

— Кое-что новое. Или… — она взяла его руку и прижала её к своему животу. — Кое-кто новый.

Глаза Джаспера округлились. Она почувствовала его шок через связь — а затем его радость, дикую, чистую и истинную.

— Кое-кто?

Эбигейл впитала его счастье и послала его обратно, смешав со своим собственным изумлением и восторгом.

— У нас будет ребенок. Не спрашивай, откуда я знаю. Когда я только что проснулась… было такое чувство, будто она тоже проснулась, в первый раз.

— Она? — взгляд Джаспера смягчился. — У нас будет дочь?

— Маленькая девочка.

Эбигейл рассмеялась. Она бросилась Джасперу на шею и опустилась к нему на колени, прижимаясь всем телом. Он погладил её живот. Она знала, что внешне еще ничего не заметно; было слишком рано. Слишком рано для всего, кроме магии их связи, способной раскрыть чудесную тайну её тела.

— Я чувствую её, Джаспер. Это невероятно. Так же, как я чувствую тебя.

Джаспер прикусил нижнюю губу. Волна тепла прошла сквозь Эбигейл. За последний год он перенял у неё эту привычку. Она почувствовала тот особый звон в их узах, который означал, что её пара полностью сосредоточена на ней.

— Я тоже её чувствую, — прошептал он с благоговением. — Нашу дочь.

Счастье пузырилось внутри Эбигейл, и она громко рассмеялась.

— О, мой дорогой! — воскликнула она, вовлекая Джаспера в поцелуй. — Счастливого Рождества, Джаспер, — прошептала она. — Только представь. В следующем году она уже будет здесь. Наше первое семейное Рождество.

Она прижалась своим лбом к его. Год назад могла ли она представить, что будет так счастлива? И вот она здесь, со всем тем, о чем никогда не смела верить, что действительно этого хочет.

Каждое Рождество с Джаспером открывало для неё новую радость в жизни. И она не могла дождаться, чтобы узнать, что принесет им следующий год.