Из лесной чаши вынырнул и Габриэль. Он нес на руках девушку, которая была без сознания. За ним объявилась и Лекса, ни жива, ни мертва. Подняла взгляд к небу, а Лорана уже и след простыл.

Я бросилась к Лексе и заключила в объятия.

— Что случилось?

— Только я сделала свое дело, как на меня напали разбойники. Они хотели сорвать с меня это! — Лекса сжимала в ладони золотой медальон — подарок её покойного отца. — Один из них нес на плече бедняжку, — Лекса кивнула в сторону девушки, которую Габриэль укладывал на траву и пытался привести в чувство, слегка шлепая по щекам. — Граф Берг спас меня и отбил у них девушку, а Генерал эль Миран ловко уложил их.

— Куда Лоран понес разбойников.

Лекса лишь пожала плечами.

— Думаю, нам нужно подождать генерала здесь, — подал голос Габриэль. — Прилетит и сам все расскажет.

Тем временем девушка пришла в себя и протяжно застонала, хватаясь за голову. Я поднесла к её губам кружку с ягодным компотом, и она с жадностью опустошила её.

— Где я? — прохрипела бедняжка, стараясь принять сидячее положение.

— В провинции Муль Дан.

— Это где? — непонимающе озиралась девушка, поправляя растрепавшиеся рыжие кудри.

Её некогда красивое белое платье с прозрачными вставками, украшенными драгоценными камнями, знатно поистрепалось. Кое-где даже образовались большие дыры.

— В Королевстве семи морей. А вы откуда?

— Ещё вчера я засыпала в тёмной пустоши. Той, которая в проклятых землях.

— Что?! — хором воскликнули мы.

— Но разве оттуда есть выход? — развела я руки в стороны.

Глава 28

— Как вам удалось выйти за пределы проклятых земель? — Габриэль с подозрением вглядывался в светлые глаза незнакомки.

— Говорю же. Я не знаю. Меня приговорили на вечное прозябание ещё в прошлом году. Вчера я там, а сегодня здесь.

— Кто были те двое с вами? — продолжал допрос оборотень.

— Не знаю, о ком вы говорите, — девушка схватилась за голову и начала заваливаться на бок.

Габриэль уложил её на покрывало. Решили дать возможность девушке поспать и прийти в себя.

Вскоре проснулась малышка. Я покормила её и поменяла пеленки. Затем устроилась с Адель под деревом в ожидании Лорана.

Через несколько часов незнакомка пришла в себя, и Лекса предложила ей перекусить из наших запасов. Девушка накинулась на еду, словно голодный хищник на добычу. Сколько же она голодала? Бедняжка.

— За что вас приговорили на изгнание в проклятые земли? — спрашиваю девушку, а сама в это время играю с малышкой.

— За то, что я ведаю, что было, что есть и что будет.

— Вы оракул? — Габриэль даже вытянул шею, чтобы внимательнее рассмотреть девушку.

— Была. В проклятых землях все силы нейтрализуются.

— Насколько я знаю, в Эльмуре ни в одном королевстве нет гонений на оракулов. Наоборот, они на вес золота. Ваши способности неимоверно прекрасны.

— Я жила в графстве Мэлоунд. Прекрасное место. Нигде в мире нет таких чудесных цветов. А какой аромат они источают. Знали бы вы, — девушка прикрыла глаза и покачала головой. — Граф очень хотел узнать, дарует ли ему король титул маркиза, а вместе с ним и приличный кусок земли. Он приказал своим стражникам доставить меня в замок. На первый взгляд граф показался мне не глупым человеком. Я думала, он понимает, что я могу только видеть события, но никак не влиять на них. Как же я ошибалась. Как жаль, что оракулам неподвластно видеть своё будущее. Только чужое. Тогда бы я сбежала ещё до того, как попала к графу в замок. В своих видениях я увидела, как король дарует титул кузену графа. Милорд так разозлился, что назвал меня шарлатанкой и велел отправить в проклятые земли. С тех пор я там и прозябала. До сегодняшнего дня.

— Мне жаль, — искренне посочувствовала бедняжке. — Как вас зовут?

— Я Амелия. Амелия Горд.

— У вас очень красивое имя, Амелия.

Девушка засмущалась и опустила взгляд в пол.

— Пожалуйста. Не возвращайте меня в графство Мэлоунд. Меня снова отправят в проклятые земли.

— Ни за что! — воскликнула я, вставая с пледа. Пора было укладывать Адель спать. — Мы найдем вам новый дом, Амелия. В графство вы больше не вернётесь.

Девушка благодарно сложила руки, и одинокая слезинка скатилась по её щеке, оставляя грязную, влажную дорожку.

Я вернулась в карету, чтобы покормить малышку и уложить её спать. Какое же нежное личико. А как она умилительно сжимает кулачки, когда кушает и жмурится от удовольствия.

Через час вернулся Лоран. Настроение у него было чернее тучи.

— Что случилось? Кто были те двое? — спрашиваю, обеспокоенно разглядывая дракона.

— Люди, — Лоран поднял взгляд к небу.

Понятно. Людям с соседней планеты снова что-то нужно. На этот раз оракул.

— Они рассказали, как смогли покинуть проклятые земли? — Габриэль помог Амелии встать.

— Проклятые земли? Но это невозможно.

— Как оказывается, возможно, милорд, — подала слабый голосок Амелия. — Ещё вчера я пыталась выжить в темной пустоши.

— Она оракул.

— Оракул, — задумчиво протянул Лоран, сложив руки на груди. — Разберемся с твоими делами, Алия, и я вернусь в изолятор, чтобы с пристрастием допросить вездесущих людишек. Очевидно, что они нашли способ преодолевать незыблемый барьер в проклятых землях.

Было решено разместить Амелию в карете вместе с дамами. Лоран же отправился на облучок. Надеюсь, они с Габриэлем не затеют драку, снова.

Я отдала Амелии одно из своих платьев. Оно было ей немного велико, но это всё равно лучше, чем ходить в грязном и рваном.

— Я вижу, что дракон ваша истинная пара, леди. Но почему между вами пролегла непроглядная тьма? Это плохо, — Амелия покачала головой и прикрыла глаза. — Если тьма и дальше будет расти, она доберется до ваших сердец, и тогда вам больше никогда не познать любви, радости. Да, вообще ничего и ни к кому. Даже к ребенку. Нельзя игнорировать божественный дар, ибо наказание неминуемо настигнет вас.

— Вы сейчас серьёзно? Не могу поверить. Неужели в Эльмуре совсем нет свободы выбора? Я сама не могу решить, кого любить? Разве навязанная любовь может быть настоящей?

— Но, леди Алия, как вы можете не знать? Сам бог соединил ваши души и вложил в них великую силу любви. Это самая что ни на есть настоящая любовь. Самая сильная и чистая, подаренная самим всевышним. Я могу помочь понять вам, любите ли вы по-настоящему.

— Как?

— В межмирье души теряют связь с богом, притяжение истинных пар уходит, и остаётся