Я потянулась и провела пальцами по грубой ткани. От него все еще слабо пахло им. Дымом, лесом и чем-то неуловимо пряным, драконьим. Теплым.

И воспоминания нахлынули, такие яркие и живые, что у меня перехватило дыхание. Его руки, крепко обнявшие меня, не давая пошевелиться. Его сонное бормотание у меня в волосах. Горячая, твердая линия его тела, прижатая к моей спине. И то… то самое. Его «однозначная реакция» на мое невольные движения. Смущение, смешанное со вспышкой стыдливого, колкого возбуждения, прожгло меня снова, как тогда.

Улыбка тронула мои губы — не язвительная, не защитная. Широкая, глупая и абсолютно счастливая. Я прижала спальник к лицу, вдыхая этот запах, и позволила воспоминаниям унести себя.

Я думала о его ухмылке. О том, как он дразнил меня у костра. О том, как пел для меня — грустно и так невероятно красиво. О том, как сражался с Тенеклыком, яростный и могущественный, чтобы защитить.

И я поняла, что все. Я пропала в нем. Окончательно и бесповоротно.

Я влюбилась.

Я не просто симпатизировала ему. Не просто хотела его. Я любила его. Любила этого наглого, самоуверенного, щедрого, ранимого дракона по уши. Со всеми его шутками, его болью, его силой и его страхами.

Мысль о мести теперь казалась не просто чудовищной. Она казалась абсурдной. Нелепой. Как будто это было в другой жизни, будто это была не я.

Я хотела его. Только его. Не чтобы отомстить. Не чтобы что-то доказать. А просто чтобы быть с ним. Просыпаться рядом с ним. Слушать его дурацкие шутки. Дразнить его и позволять дразнить себя. Чувствовать его объятия каждую ночь.

Жаркая волна желания прокатилась по моему телу, заставляя сердце биться чаще. Я представила, как могло бы быть, если бы я не замерзла тогда. Если бы я перевернулась к нему лицом и… Не стала бы останавливаться.

Но нет. Он был прав. Всему свое время. Тогда им нужно было что-то другое. Доверие. Близость. Понимание.

А сейчас… Сейчас мне нужно было другое. Сначала — Пиера. Правда. Исповедь. И только потом, очистившись от лжи, я смогу прийти к нему. И предложить ему себя. Не притворную деревенскую девчонку, а себя настоящую. Со всем своим грубым прошлым, своей болью и своей новой, безумной любовью к нему.

Я аккуратно положила спальник рядом с собой на подушку, как самый дорогой талисман. Потом потушила свет и устроилась поудобнее, укрывшись одеялом.

В темноте я улыбалась. Впереди меня ждал самый трудный разговор в жизни. Но теперь у меня была причина его выдержать. Сильная, теплая, пахнущая дымом и лесом причина.

Я закрыла глаза, чувствуя, как сон медленно накрывает. Я ждала. И впервые за долгое время мое ожидание было наполнено не страхом, а тихой, непоколебимой надеждой.

Глава 20

Комнату заливал ровный, золотистый свет полуденного солнца. Я, развалившись в кресле с раритетным фолиантом по истории магических баталий (который я, конечно же, не читал, а просто листал картинки), наслаждался редким моментом покоя. День открытых дверей был в разгаре, по коридорам сновали нарядные родители и смущенные студенты, но я с изяществом избежал участи быть выставленным на показ, сославшись на «срочную подготовку к семинару».

Мысли мои, конечно, были далеко от семинаров. Они были в соседнем крыле, в комнате под номером 47, где…

Внезапная перемена в воздухе заставила меня поднять голову. Тень, упавшая на страницу, была слишком большой и знакомой. Я медленно, почти не веря, перевел взгляд на дверь.

В проеме, заполняя его собой, стоял он. Лорд Кассиан. Мой дядя. Глава клана Лазурных Драконов.

Он был в своем обычном, строгом дорожном плаще, но без доспехов. Его взгляд, тяжелый и оценивающий, медленно скользнул по комнате — от беспорядка на столе до брошенного на стуле плаща, — и на его суровом лице появилось нечто, отдаленно напоминающее усмешку.

— Ну что, — его голос, низкий и привычно усталый, прозвучал как гром среди ясного неба. — Похоже, академическая жизнь не слишком приучила тебя к порядку, племянник.

Я, на мгновение опешив, тут же включил свой режим «беззаботного наследника». Я с обворожительной неловкостью сгреб несколько свитков со второго кресла.

— Дядя! — воскликнул я с наигранным радушием. — Какими судьбами? Я же говорил, что все в порядке, не стоило беспокоиться! Присаживайся, прошу. Здесь, правда, немного… творческий беспорядок, но я уверен, ты видал и хуже.

Кассиан тяжело опустился в предложенное кресло, с интересом разглядывая меня.

— Беспокоиться? О тебе? — он хмыкнул. — Я просто был неподалеку. Решал вопросы с горными кланами. Решил заехать, посмотреть, как ты… осваиваешься. Не скучаешь по дому?

Я откинулся на спинку кресла, принимая непринужденную позу.

— Скучать? — я рассмеялся. — Дядя, ты шутишь! Здесь… здесь настоящая жизнь! Никаких бесконечных советов, протоколов, церемоний…

Я махнул рукой, словно отмахиваясь от надоедливой мухи.

— Одни сплошные приключения. Веселье. Новые лица. — мой взгляд на мгновение стал отсутствующим, а на губах промелькнула самая что ни на есть настоящая улыбка.

Кассиан наблюдал за мной внимательно, его пронзительные глаза, казалось, видели гораздо больше, чем я показывал.

— Веселье, говоришь? — переспросил он, и в его голосе прозвучала легкая, едва уловимая нотка скепсиса. — Надеюсь, это веселье включает в себя и посещение лекций? Или ты решил, что титул дает тебе право игнорировать учебный процесс?

— О, я учусь, не переживай! — парировал я, мысленно лихорадочно перебирая в памяти последние пары, на которых я точно присутствовал. — Осваиваю… межрасовую коммуникацию. Очень полезный предмет. И вообще, — я перевел разговор, чувствуя, что почва под ногами становится зыбкой, — я тут нашел себе отличного напарника. Так что с учебой все в порядке.

Я произнес это с такой непроизвольной теплотой, что Кассиан поднял бровь.

— Напарника? — повторил он. — Кто это? Отпрыск какого-нибудь знатного эльфийского рода? Или, может, наследник клана Огненных?

Я покачал головой, и моя ухмылка стала шире.

— О, нет. Куда интереснее. Она… — я запнулся, ловя себя на том, что вот-вот выдам слишком много, — … она из глухой деревни. Но, поверь, с ней скучать не приходится. Острая на язык. И с характером.

Наступила короткая пауза. Кассиан изучающе смотрел на меня, и