Меня накрывает осознание происходящего.

Я проиграл…

Я уступил своим желаниям, дал волю чувствам во время Первого посвящения и меня захлестнули инстинкты. Дракон взял верх над человеком.

Но что делать? Ведь я все еще мыслю, все еще существую, пусть и запертый в этом чешуйчатом теле. Да и дракон не виноват — такова его природа.

И слышу тихий голос внутри: «Имя, узнай имя дракона! Верни свою власть над ним через имя!».

Спасибо тебе, Воин-дракон! Как хорошо, что ты вернулся в наш мир!

Я сосредотачиваюсь и начинаю борьбу. Минуты сменяют друг друга, а дракон не уступает мне и не называет себя. Но я не отчаиваюсь и продолжаю.

Неожиданная помощь приходит откуда я совсем не ждал. Вначале мне кажется, что это просто ветер завывает и складывается в такие причудливые звуки. Но нет, я отчетливо различаю:

«Принимаю волю твою, мой возлюбленный. Прими и ты мою...».

Что это? Не может быть!.. Это же Беа и она согласилась! Беатрис только что дала согласие на брак между нами!

Теперь я не могу подвести ее! Ни за что и никогда!

И я с такой силой обрушиваюсь на дракона, что буквально через считанные секунды он с ревом начинает метаться по острову. Потом пытается взлететь, но тут же падает и носом взрывает землю. Крылья перестают его слушаться, драконье тело опутывает сила моего рода, подчиняя.

Но я не хочу и не собираюсь уничтожать его волю напрочь. Я хочу, чтобы он стал моим верным союзником и наперсником во всех делах до конца моих дней.

И он принимает меня. Мой дракон верит мне и… подчиняется.

«Мое истинное имя Ветер...» звенит в тишине. «Принимаю волю твою… и ты прими мою».

И я кричу: «Принимаю!», отвечая сразу и Беатрис, и Ветру.

И взмываю ввысь.

Спустя час я, вновь человеком, ступаю под своды Звездной Цитадели. Но теперь моя цель — не церемониальный зал. Я ищу храм и нахожу его с противоположной стороны от главного входа.

Помещение выглядит как крытый павильон, протянувшийся вдоль внутренней стены Цитадели. Его кровля покоится на стройных колоннах из бледного камня. Широкие арки открывают помещение воздуху и небу. Сюда свободно проникает прохлада и колеблющийся свет далеких звезд.

Но внутри ощущение открытости сменяется почти священной сосредоточенностью. Это место не создано для толпы. В нем нет торжественной важности главного храма Ирнистада, нет той подавляющей высоты, заставляющей порой чувствовать себя несколько неуютно.

Я оказываюсь в неком пространстве тишины и гармонии. Храм Цитадели явно строили не для пышных служб, а для личной и сокровенной встречи человека или дракона с тем, кому он решил принести молитву.

Внутри — многочисленные ниши, которые уходят полукругами в толщу стены и в каждой, на широком постаменте, стоит статуя одного из богов Аллиры.

Одни изваяния высечены из белого мрамора, другие — из темного базальта, третьи отливают металлическим блеском. Ни одна статуя не похожа на соседнюю: у каждого божества свой облик, свои жесты, свое выражение вечности на лице.

Орос — бог-отец — изображен как старец с закрытыми глазами и раскрытой ладонью. Мать-богиня Иса выглядит как женщина в длинных ниспадающих одеждах, чьи каменные складки напоминают течение реки. Есть юное божество с высоко поднятой головой и полуулыбкой. Это, конечно же, Лоддур — покровитель веселья, надежды и радости.

Но мне нужен именно он — бог-воин. Вот он — Мистивир — бог грома.

Стоит в полном боевом вооружении, опирается на меч так, как если бы только применял его в бою. Этот меч — знак его справедливого суда. А вот чаша в другой руке — символ перерождения и новой жизни. Символ Зова драконов. Ведь именно Мистивир дал начало земным драконам. Мы все ведем свои роды от первого дракона-воина.

У подножия каждого постамента устроено свое место для приношений. В храме в Ирнистаде молящиеся могут положить сюда засушенные цветы, зерно, флаконы с ароматическим маслом, ленты, амулеты, маленькие деревянные фигурки. Многие кладут монеты. Все зависит от того, чем ты богат, в чем твоя просьба. В какой форме ты готов проявить уважение к божеству.

Чаши этого храма абсолютно пусты. Вероятно, мое подношение станет первым за много лет.

Я встаю на колени перед статуей Мистивира, снимаю с пальца наш родовой перстень. Кручу его несколько секунд и кладу как подношение.

- Благодарю тебя, Воин-дракон! Великая честь для меня вновь обрести право летать! Я обещаю бережно хранить твой дар и передать его своим детям, продолжить мой род.

Я низко кланяюсь и на миг мне кажется, что кто-то могучий склонился надо мной и положил ладонь мне на затылок, благословляя. И тут на меня наваливается такая усталость, словно я нес всю тяжесть мира и теперь смог ее сбросить со своих плеч. Я мгновенно засыпаю.

А просыпаюсь я, как ни странно, не перед статуей Мистивира, а лежащим на теплом мягком песке.

Ярко светит солнце, неподалеку плещется вода. Несколько минут я собираюсь с мыслями, а пока умываюсь, привожу походную одежду в порядок, перекусываю остатками копченого мяса с хлебом.

Я как раз наслаждался умиротворяющим видом Лигерийского водного простора, когда перед лицом, буквально из воздуха, материализовался Силь и стал что-то усиленно объяснять. При этом выглядел родовой фамильяр Беатрис слегка перепуганным и вел себя крайне нервно. Я сильно напрягся. Неужели с Беа что-то случилось?

- Погоди-погоди, Силь! - попытался остановить я его мельтешение перед носом. - Давай ты немного успокоишься и еще раз нормально все изложишь.

-Пи-пи! - возмутился этот малыш и, бросив попытки договориться, стал выписывать послание на песке. При этом буквы получались такими корявыми, что я с трудом разбирал что к чему.

- Беа… Так это Беатрис, я понял. Давай дальше!

- И..ст..кци… Это про что? Аааа.. Инструкция? Да-да. Хорошо.

- Пл..хо с..бот..ла — Плохо сработала, что ли?

- ..шел ми..р Ф..н. Кто-кто пришел? Ах, этот мистер словесность. Стоп! А что ему надо в доме Аддингтонов?

Я подскочил и хмуро уставился на Силя. Он не менее хмуро уставился на меня. Потому что уже с перышек сбился, так старался донести до меня какую-то важную мысль. А я никак не понимал. Фамильяры, конечно, могут вершить бытовую магию, но тоже не бесконечно. И вот малыш уже явно был на последнем издыхании. Принимая во внимание, что сумел самостоятельно забраться так далеко на север, из самой столицы Икерии.

- Давай так. Я задаю