Проходя мимо лавки ткачихи Миры, Ри услышала вой. Из дверей вылетел крупный рыжий кот, а следом за ним — сама Мира с метлой наперевес.

— Ах ты разбойник! — кричала ткачиха. — Опять охотишься на мои клубки!

Кот понёсся прямо под ноги кухарке. Она попыталась увернуться, но поскользнулась. Руки инстинктивно ухватились за первое, что под них попалось, — плащ проходившего мимо мужчины. Тот качнулся, попытался сохранить равновесие, но вместе с Ри рухнул прямо в сугроб.

— Простите! — кухарка вскочила на ноги, обмахивая снег с одежды. — Я не хотела!

Мужчина поднялся, и Ри с ужасом узнала в нём лавочника Орса, того самого, что частенько ходил по заведениям и всегда придирался к еде. Он был весь в снегу, а на его красном от мороза лице читалось возмущение. Несколько снежинок запутались в бороде, придавая Орсу слегка нелепый вид.

— Это безобразие! — фыркнул он, отряхивая рукава. — Люди не смотрят, куда прутся!

— Мне очень жаль, — смущённо пролепетала кухарка. — Я действительно не хотела…

— Не хотела! — передразнил Орс. — А кто теперь будет чистить мой лучший плащ? Вукор?

В этот момент рыжий кот, виновник всей суматохи, появился откуда-то сзади и потёрся о ноги лавочника, мурча так громко, что это было слышно на всю улицу. Орс посмотрел вниз, нахмурился, а потом его лицо неожиданно смягчилось.

— Ну вот, теперь ещё и кот, весь в волосах буду, — проворчал он, но уже без прежней злости. Орс наклонился и почесал животное за ухом. — Разбойник ты этакий.

Мира схватила кота на руки, крепко прижав его к груди, чтобы тот не вырвался снова.

— Орс, прости ради всех богов! Бестолковый зверь опять решил, что моя пряжа — его законная добыча. Уже третий раз за утро!

— Третий раз? — лавочник усмехнулся, и Ри с облегчением заметила, что его гнев окончательно улетучился. — Тогда, Мира, тебе пора либо запереть его в клетку, либо найти бандиту достойное занятие. Скажем, приучить наконец-то ловить мышей, а не клубки.

— Да уж постараюсь, — вздохнула ткачиха и, повернувшись к кухарке, добавила: — Прости, девочка, что мой Црве́ни поставил тебя в неудобное положение.

— Ничего страшного, — улыбнулась Ри, чувствуя, как напряжение спадает.

Орс отряхнул последние хлопья снега с плаща и, бросив на кухарку не такой уж сердитый взгляд, направился дальше по своим делам. Мира скрылась в лавке вместе со своим неугомонным котом, а Ри, всё ещё чувствуя, как дыхание никак не восстановится после неожиданного происшествия, продолжила свой путь.

«Вот это начало дня, — подумала она, усмехнувшись. — Что же будет дальше?»

Честно говоря, гадать не хотелось, иначе в голову начинали лезть не самые светлые мысли. Что, если Дежана нет на месте? Или он откажется её принять? Или правда выставит кухарку за дверь, как только услышит то, зачем она пришла? Нет, лучше уж думать о чём-то другом, доверившись судьбе. Будь что будет.

* * *

У входа в резиденцию главы города стоял замотанный в тёплый плащ стражник с копьём. Он окинул Ри заинтересованным взглядом, но ничего не сказал. Его лицо было спокойным, почти скучающим. Видимо, утренняя стража только началась, и он ещё не успел устать от бесконечного потока просителей.

— Я хотела бы повидать владко Дежана, — сообщила кухарка, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — У меня к нему дело.

— Дело? — стражник фыркнул. — У всех дела. А владко не может принимать каждого, кому что-то взбрело в голову.

Ри почувствовала, как щёки начинают гореть. Она сжала кулаки в карманах тулупа, стараясь не показывать раздражения.

— Прошу, — выдохнула она. — Это важно. Я не займу много времени.

Стражник хмыкнул, но всё же скрылся за дверью. Кухарка осталась ждать, поглубже зарывшись в платок. Прошла минута, другая. Ей начало казаться, что стражник просто забыл о ней, как вдруг дверь распахнулась. Поток воздуха дунул из проёма, принеся с собой тепло из прихожей.

— Дежан примет тебя, — буркнул стражник. — Но ненадолго. У него сегодня много дел.

Ри поспешила внутрь. В прихожей было тепло. Она сразу почувствовала, как замёрзшие пальцы начинают оттаивать, а по спине пробегает приятная дрожь от контраста температур. Стражник провёл её по коридору и остановился у уже знакомой кухарке двери приёмной главы города.

— Входи, — кивнул он.

Ри толкнула дверь и вошла.

Владко — немолодой мужчина с седеющей бородой и внимательными, чуть усталыми глазами — сидел у окна. Перед ним на столе лежали аккуратные стопки документов, а рядом стоял потухший подсвечник с остатками воска. Дежан поднял взгляд от документа, который изучал, и кивнул кухарке.

— Ри, тебе не кажется, что мы слишком часто видимся с первого дня твоего появления в Велбруке? — вместо приветствия поинтересовался он. Лёгкая усмешка тронула его губы. — Говорят, у тебя ко мне дело. Слушаю. Что на этот раз?

Ри сделала глубокий вдох. Сейчас или никогда. Её пальцы нервно теребили край платка, но она заставила себя остановиться и выпрямиться.

— Господин Дежан, я пришла с предложением.

— Предложением? — глава города откинулся на спинку кресла, скрестив руки на груди. — Интересно. Продолжай.

— Я хочу… — кухарка запнулась, подбирая слова. — Я хочу попросить вас учредить в Велбруке новый праздник. Праздник Нового года.

Дежан нахмурился. Его брови сошлись на переносице, образовав глубокую складку.

— Нового года? — переспросил он. — Я никогда не слышал о таком. Откуда ты о нём узнала?

Ри на мгновение замерла.

— Я… Он… Его праздновали на моей родине, — наконец нашлась она. — Это очень красивый праздник. Люди украшают свои дома, дарят друг другу подарки, собираются за общим столом. Это время радости и надежды на лучшее.

Дежан задумчиво потёр подбородок. Его взгляд скользнул к окну, потом обратно.

— И ты хочешь, чтобы я учредил его здесь, в Велбруке? — в его голосе звучал скептицизм. — Ри, я понимаю, что ты хочешь как лучше, но учреждение чего-то нового — это серьёзное дело. Потребуются украшение города, организация гуляний, дополнительные расходы из казны. А у нас и так хватает праздников, на которые тратятся деньги.

— Я понимаю, — поспешно заговорила кухарка. — Но дело в том, что для него не нужны большие расходы! Горожане сами могут нарядить свои дома и улицы. Я не прошу денег от города. Просто разрешите людям отметить этот день. Пусть это будет добровольно, по желанию. Кто захочет — украсит свой дом, соберётся с семьёй, приготовит праздничный ужин. Разве это плохо?

Дежан смотрел на неё долгим, оценивающим взглядом. Ри чувствовала, как сердце колотится в груди. Сейчас он скажет «нет», и всё закончится, так и не начавшись.

— Понимаешь, Ри, — наконец заговорил владко, — дело не только в деньгах.