В общем, как можно догадаться, внутренний диссонанс до сих пор терзал элитных воинов Альтаира и их предводителя, а в такой компании целый месяц плыть… Вот уж вряд ли!

— Как же красиво, — с блаженной улыбкой на губах пропела Рая, кутаясь в коричневое стёганное пальто. — Только зябко.

Я в своём меховом плаще наоборот ужарилась. Ещё и платье шерстяное… поэтому ловко высвободилась и накинула тёплый плащ на плечики молоденькой девушки, которую я спасла от ужасной участи насилия в первый же час своего попадания.

— Что вы? Как можно? — охнула малышка, совсем недавно разменявшая свою шестнадцатую осень.

— Мне можно, — я приобняла Раю за плечи и вдохнула солёный утренний бриз. — Как замёрзну, возьму другой плащ, не волнуйся. Одежды мы с тобой набрали столько, что даже страшно. Надеюсь, я не успею продефилировать во всех нарядах, и мы быстро вернёмся домой.

Я повернула голову к носу корабля, и улыбнулась.

Там, как в фильме «Титаник», обнимались мои молодожёны: Анхель и Анника.

— Вот, кому всё нравится! — вздохнула я, положив голову на макушку Раины. — Почти настоящее свадебное путешествие у молодой четы Леран получается. И никого для счастья больше не надо…

— Аха, — восхищённо пропела горничная, зарываясь пальчиками в белый мех моего плаща. — Они такие счастливые… Аннике так повезло! И мадам Зои, мать капитана Анхеля — добрая свекровь, и муж — золото… Вот бы мне так!

— Мала ты ещё, — я щёлкнула девочку по носу и громко засмеялась. — Идём. Посмотрим, что там за каюту нам отвели. Когда видела её два дня назад… — я поморщилась, ещё раз бросив взгляд на огромный императорский фрегат, который по сравнению с рыбацкой шхуной смотрелся дорого-богато. — Надеюсь, там хоть чуть-чуть прибрали.

Глаза девочки таинственно вспыхнули, и она рванула вперёд, пытаясь удержать улыбку.

— Идёмте, герцогинюшка! Там такое… такое…

Что там за «такое» я поняла сразу, едва переступила порог каюты, которая раньше была завалена бочками с водой и ромом, сетями и прочей корабельной атрибутикой.

Ничего этого больше не было!

Каюта… Даже не знаю, какие слова подобрать?

Она была восхитительной! Вот!

Выкрашенные в винный цвет стены каюты, покрытые сверху лаком, привносили невероятный уют, а новая мебель ничем не уступала обстановке в моей спальне! Непривычно широкая для корабля кровать была застелена белоснежным, хрустящим от свежести бельём, на полу лежали бордовые ковры, сотканные кем-то очень талантливым. Рядом с кроватью — накрытый столик. На нём стояла горячая еда: мой любимый овощной салат, кусок сочного мяса и (мммм…) булочки с маком, посыпанные сахарной пудрой. А над чашечкой кофе со сливками ещё поднимался пар.

Каюта была поделена ширмой, заглянув за которую я увидела деревянную ванну и (здравствуй, мой дорогой!) ночной горшок.

Сумки с одеждой кто-то заботливый приставил к стене, где высился огромный деревянный шкаф.

Вся мебель была прибита к полу, как положено на корабле.

Я ходила из угла в угол, внимательно всё разглядывая и восхищаясь в голос.

Этот сюрприз был таким трогательным! Ну, как можно не любить столь заботливых людей?!

Я не сдержалась и ещё раз обняла свою молоденькую горничную, довольно хихикающую в ответ на мою реакцию.

— Мы знали, что вам понравится, — покивала со знанием дела Рая, прикладывая ладони к своим пылающим от смущения щекам, слушая, как я нахваливаю их труд. — Месье Брасид подгонял плотников, как мог! А я… я выпросила у кузнеца медную поталь и украсила здесь всё, чтобы вы чувствовали себя комфортно всё путешествие!

— Моя ты золотая! Мне очень… очень всё нравится! Ты просто удивительная молодец! И такой вкус! Садись скорей! Будем завтракать.

Рая сначала сопротивлялась, как обычно, но вскоре сдалась и через пять минут уже уплетала сладкие маковые булочки.

Я смотрела на неё, наслаждаясь мясом, и чувствовала огромную нежность.

Обо мне никто никогда так не заботился!

На Земле я всегда была на грани. Оно и понятно, ведь становиться наёмницей и убивать людей не будешь от хорошей жизни! Сейчас мне очень хотелось забыть то, как стала настолько циничной, что приняла предложение Виктора и пошла работать в его охранное агентство «Витязь». Изначально ведь я шла защищать клиентов. Это со временем поняла, что клиенты порой не охрану заказывают, а кое-что иное. Но к этому моменту была уже крепко повязана с ребятами, да и деньги, казалось, перебивают собой всё. После нищеты и вечного голода очень легко потеряться в огромных гонорарах… и совесть молчит. Я старалась делать всё, чтобы она молчала: придумала себе принципы, тщательно изучала объект, чтобы не лишать жизни хорошего человека.

Да — это сложно. И, конечно, неправильно. Самой определять: кто достоин жизни, а кто нет… Наверное, Бог, в которого я так не хотела верить, вывел Вивиан на меня. Выгнал из своего мира… а может, наоборот — закинул на Элерон, чтобы я применяла свои навыки, но уже для защиты людей. Как всегда и хотела!

«Надеюсь, я всё делаю правильно».

Глава 4. Морская жизнь

Месяц плавания на рыбацком кораблике стал для меня настоящим испытанием, полным трудностей, открытий и улётного восторга.

С первых дней, когда мы покинули родной порт, холодный океан встретил нас своей суровой красотой. Ветер свистел в парусах, а волны, разбиваясь о борт, поднимали брызги, словно приглашая в мир приключений.

Каждое утро начиналось с раннего подъёма.

Я вставала до восхода солнца, когда небо ещё было окутано тёмными облаками, отжималась, качала пресс и… начинала свой день с работы.

Анхель сначала сопротивлялся, краснел, когда с мостика огромного фрегата ловил в свою сторону испепеляющий взгляд надменного Ашира Орли, но «АЛЁ»! Я в крепости белоручкой не была! И здесь не собиралась ею становиться!

Не до фанатизма, естественно, но я помогала морякам в поднятии парусов, и мои крепкие руки быстро привыкли даже к тяжёлой работе.

Да-да! Ужасно тяжёлой!

Знаете, за недели, которые я была вынуждена болтаться в северном океане, я стала фанатом моряков! Они же как те полубоги Греции, о которых написано столько мифов! Ха! Если раньше я считала, что в космонавты берут лучших, то, пожив рядом с этими юркими, но очень сильными матросами, я поняла, что отбор в их профессию должен быть ещё жёстче!

Вестибулярный аппарат уровня «супергерой» — РАЗ! Безупречная координация движения — ДВА! Хорошая форма, позволяющая выполнять тяжёлую