— Зачем мне это?

— Потому что ты вредная дрянь.

— Ага. Я-то, может, и дрянь, но Дрейк умчался за тобой за полчаса до заката. А значит, Возгорание застало его в пути. А значит, он подох вне гнезда. Далеко вне гнезда. А значит, он уже никогда не воскреснет. И вместе с ним угас род фениксов. И это перо — последняя их реликвия. А теперь, хватит уже болтать, — Алексия угрожающе протянула руку с огненным шаром на ладони в мою сторону. — Либо достань мне перо, либо я убью тебя.

Глава 41

— Вот дурында, не буду я ничего делать, если хочешь — убей меня. Я всё равно воскресну, — ухмыльнулась я.

— Ты глупая или бесстрашная? Хотя это одно и то же. Ты не воскреснешь, феникс сдох, — нагло рассмеялась Алексия.

— Врёшь ты всё. Специально. Чтобы загнать меня в угол и заставить сделать то, что я не хочу, — холодно заявила я в ответ.

— Пффф. Да больно надо! Твой ненаглядный умер, и у меня есть доказательства. Это вот перо феникса, — женщина указала на колбу. — Знаешь, какими свойствами обладает оно?

— Нет.

— Ха! Дрейк неподражаем. Был. Как всегда, хитрил! — весьма мерзко улыбнулась Алексия. — Якобы любит, а о важном не говорит. Перо позволяет сохранять молодость вечно. Ну, точнее, пока не появится новое перо.

— Ха! — передразнила я противную женщину. — Поэтому ты заявилась сюда.

— Ага. Вот только, милочка, взять его из этой дурацкой колбы может только та, из чувств к которой это перо появилось. С прошлым артефактом у меня не было проблем, а тут не удалось перехитрить природу.

— Ещё бы, — хмыкнула я.

Ага, значит, эта мымра без меня никак не сможет достать перо. Ну и отлично. Ни в жизни не подарю ей вечную жизнь!

— Но у фениксов бывает и другой артефакт, — наклонив голову вбок, сказала мерзавка. — Доводилось ли тебе видеть, как сгорает Дрейк?

— Да, — кивнула я.

— Пепел видела? — прищурившись, задала следующий вопрос Алексия.

Я судорожно соображала, чем же мне её одолеть?

Если бы завязалась потасовка, то, наверное, шансы у меня бы были.

Но эта стерва владеет магией, а пока феникса в своём междумирье (так я назвала то странное пространство, где оказалась после смерти), у меня магии нет.

А врукопашную лезть на мага глупо и бессмысленно.

Что же делать?! Продолжать тянуть время?

Ну когда там уже воскреснет Дрейк?!

— Угу, — хмыкнула я.

— Так вот, пепел возникает тогда, когда феникс сгорает в гнезде. До того, как трахнул очередную «возлюбленную», — последнее слово Алексия буквально выплюнула.

Я промолчала и наверняка густо покрылась румянцем. По ощущениям щёки пылали.

И даже не столько от смущения, сколько от гнева.

Не её это дело!

Алексия в очередной раз мерзко ухмыльнулась. Вот тварь самодовольная!

— Но если феникс погибает все гнезда, то способ вернуть его только один, — Алексия многозначительно замолчала, выжидая моей реакции.

Что же, помолчим.

Я осмотрела комнату ещё раз. Только дурацкие книжки!

Ну почему у Дрейка в библиотеке нет какого-нибудь захудалого меча или арбалета?!

— И какой? — спросила я, когда пауза стала излишне затянутой.

— Что, интересно всё-таки? — ухмыльнулась женщина.

— Нет, так. Для общего развития, — постаралась я сказать как можно равнодушнее.

— Я тебе расскажу, как вернуть твоего Дрейка, а ты достанешь для меня это перо. И отдашь его мне, — самоуверенно заявила Алексия.

— Похоже на какой-то шитый белыми нитками обман. А тебе зачем возвращать Дрейка? Ты его вроде как ненавидишь, — протянула я в ответ, тоже выдержав значительную паузу, якобы раздумывая над предложением стервы.

— Ненавижу, — подтвердила бывшая любовница феникса с поразительным равнодушием. — Но он последний феникс, и если у него не будет детей, то и перьев больше не будет. А жить я хочу долго. Очень долго. А чтобы его вернуть, понадобится осколок сердца феникса. И если ты мне поможешь, я скажу, как его найти и активировать.

— Давай так: ты мне рассказываешь свою идиотскую байку, а я, так и быть, по доброте душевной, когда Дрейк вернётся, уговорю его тебя не убивать, — ядовитым тоном предложила я свой вариант.

— Он не вернётся, — стальным голосом ответила мерзавка.

— Вернётся, — в тон ей ответила я.

— Кажется, диалог зашёл в тупик, и мне надоело тратить тут время, так что ДОСТАНЬ МНЕ ПЕРО.

Последнюю фразу Алексия произнесла изменившимся голосом. Одновременно холодно-жёстким и вместе с тем манящим.

В голове заиграла странная мелодия.

Чарующая.

Манящая.

Сгибающая любую стальную волю.

Заставляющая подчиниться.

В этой колдовской музыке зазвучал женский голос.

Мягкий и нежный, будто голос матери, поющей колыбельную.

Властный и беспрекословный, будто команда генерала.

Голос в голове твердил: « Сделай, как я говорю. Подчинись. Ты сделаешь мне приятно. Я буду счастлива ».

А внутри меня зародилось непонятное и незнакомое желание угождать этой женщине.

Такой прекрасной, величественной, благородной.

Это колдовской зов лисицы, поняла я.

Мама рассказывала, что, становясь старше и опытнее, приобретаешь новые способности, вроде нескольких хвостов, позволяющих создавать иллюзию себя или зова.

Я ими, к сожалению, ещё не владела.

И как этому сопротивляться, тоже не знала.

Мой разум вопил мне остановиться, но руки сами тянулись к колбе с пером.

Твою мать, Мэри, соображай, что делать?!

Ты же справилась с двумя насильниками-убийцами без толики магии, неужто с одной вредной бабой не справишься?!

Не справлюсь, понимала я.

Не могу.

Этот зов сильнее меня.

Эта противная рыжая баба умнее и сильнее меня.

Что я могу сделать?!

И когда моя рука почти коснулась колбы, раздался до боли знакомый низкий баритон Дрейка:

— Мэри, остановись.

Глава 42

Слова Дрейка подействовали на меня, будто звонкая пощёчина.

Я очнулась от колдовства Алексии, и, встрепенувшись, обернулась.

Сзади во всей красе голого, едва воскресшего тела феникса, по обыкновению прикрытого полотенцем, стоял Дрейк.

И улыбался от уха до уха, как самый настоящий влюблённый дурак.

На моём лице самопроизвольно начала возникать ответная идиотская улыбка.

Дрейк рванул ко мне и сгрёб в охапку, с такой силой, что, мне кажется, у меня затрещали кости.

— Тише-тише, ты меня задушишь, — пропищала я.

— Ты? Но как?! Ты же... ты же… умер?! — раздался со спины ошеломлённый голос Алексии. — Как такое возможно?!

— А что не так? — надменно ухмыльнулся Дрейк и поцеловал меня в лоб. — Ты что, не рада меня видеть, Алексия?

— Ну ты и живучая скотина! Как ты умудрился обмануть свою природу?! — презрительно фыркнула Алексия.

— Так, ну что, шанс взять перо я тебе дал, но ты им не воспользовалась, как я вижу, — гораздо более