– Да? Мне кажется, я уже достаточно от вас наслушалась. И если вы ещё не придумали очередную гадость…

– Я люблю тебя, Яна, – прозвучал тихий, но уверенный голос темного, вынуждая меня заткнуться и застыть с открытым ртом. Пара секунд на осмысление услышанного хватило для того, чтобы зайтись в приступе неудержимого нервного смеха. Всё то время, что понадобилось мне для того, чтобы успокоиться, дракон прилежно стоял и просто смотрел на меня с каменным выражением на лице.

– Ты что, прости? Серьёзно? Ты думаешь, я поверю в этот бред? После всех твоих слов, в которых ты буквально втоптал меня в грязь? После того как хотел сделать из меня мишень, чертову грушу для битья ради своей собственной мести? Да не пошел бы ты к чёрту, придурок. – злые слова сами стали вырываться одним сплошным потоком. Пелена праведного гнева застилала разум, заставляя магию вырваться на волю чистой незыблемой энергией, снося всё на своём пути. А на пути у неё был лишь один чешуйчатый, что, стиснув зубы, без единого писка рухнул на колени, похоже, и не думая сопротивляться. Гримаса боли на лице дракона в купе с четким осознанием, что ещё немного и я убью своего декана, кажется, отрезвили. Сил больше не было. Внутри лишь пустота и боль. И лишь один вопрос вертелся в мыслях. – Неужели тебе мало той боли, что ты уже причинил?

– Не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь меня простить. Единственное, о чём прошу – выслушай.

Прозвучал хриплый и словно безжизненный голос мужчины. Он так и стоял на коленях, опустив голову ниц. А я… Я не в силах была что-либо говорить или делать. Прислонилась спиной к стене и медленно сползла вниз, садясь на пол. Стоять тоже не было сил. Может виной алкоголь? А может, я просто устала? Неважно. Точно могу сказать лишь одно. Моя последняя нервная клетка держится на честном слове.

– После смерти родных твой отец стал для меня настоящим братом и в какой-то степени заменил для меня родителей. Он стал для меня практически всем в этом мире. Он вернул меня к жизни. Знаешь, твой отец каждую ночь приходил ко мне и сидел рядом, когда я, мелкий, с криками просыпался в холодном поту, видя вновь один и тот же сон. Очередной кошмар. И когда появилась ты, я был обязан поддержать его, был обязан стать для тебя любимым дядей. Был обязан быть рядом. Нет, скорее даже не обязан. Я желал этого всем сердцем. Я хотел разделить с ним радость обретения семьи. Но, взглянув на тебя, понял, что не смогу. Я долго пытался понять, что же со мной происходит и почему меня к тебе тянет. Я боялся, что ты окажешься моей парой, и до боли желал этого. Не знал, как отнесется к этому Рон. Не знал, смогу ли уберечь тебя, если ты окажешься моей парой. Мне казалось, я близок к разгадке того, кто стоит за всеми этими прорывами. Но если допущу ошибку, все рухнет. И вы с Элизабет попадёте под удар. Пол года я не появлялся в ледяном замке, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Я каждую ночь вижу твой облик. Тот, в котором увидел тебя впервые – в гуще тварей другого мира. Каждую ночь до мельчайших подробностей воссоздаю его в своих снах. Твои глаза цвета морской волны, полные решимости, несгибаемой воли. Твои непослушные волосы, развивающиеся от малейшего дуновения ветра. Упрямо-вздернутый носик. Каждую ночь представляю, как я кружу тебя в танце. Как в моих руках оказывается твоя хрупкая фигурка. Как ты даришь мне свою нежную улыбку. И каждое утро вновь запрещаю себе думать о тебе. Но наступает ночь и всё повторяется. На балу в вашу с Элизабет честь я хотел признаться Рону в своих чувствах к тебе. Однако опоздал. Слова о твоей помолвке с оборотнем и твои глаза, в которых я читал лишь страх и непонятную неприязнь по отношению ко мне, заставили молчать. Каждый раз, глядя на тебя рядом с ним, я сходил с ума. Каждый шарсов раз хотелось выдрать ему глотку и утащить тебя в какую-нибудь пещеру, подальше ото всех. Но я запрещал себе думать об этом. Всякий раз твердя: «Она не моя». Я не понимал, что со мной происходит. Временами мне казалось, что ты и в правду моя истинная. Может от того, что я больше всего на свете желал этого. Но твой страх постоянно сбивал. Истязал меня, уничтожал, давил на корню любую надежду. Ведь не может твоя душа испытывать страх к своей паре. В такие моменты пытался внушить себе, что так даже лучше. Лучше, что ты не моя пара. Так безопаснее для тебя. И всё-таки я оказался прав. Ты моя пара, Яна. Наш поцелуй и сплетение нашей магии все поставил на свои места. Именно тогда я, наконец, смог все понять. Понять причину твоего страха.

– И именно тогда ты заставил мое сердце покрыться коркой льда… Видимо, от большой любви, – покачав головой, криво усмехнулась я. – И в чем же причина моего страха?

– Он не твой. Как мы уже оба поняли. Страх твоей магии легко объяснить тем, что скорее всего свет и тьма противоположности. Наша магия отличаются от стихийной магии. Может быть, именно в этом и причина. А разговор… Ты не должна была слышать тот бред. Прости, – как-то незаметно дракон переместился ближе и также сел у стены, вытянув свои длинные ноги.

– Но я слышала. И что бы ты мне сейчас не сказал, я вряд ли смогу простить тебе твои слова.

– Знаю. И я готов до конца дней своих молить тебя о прощении. – тихо сказал он. На что мне оставалось лишь молча переваривать сказанные темным слова. Что тут, собственно, можно было ответить? С радостным криком «Ура-а-а» броситься в объятия? Нет, я не могла так. Хотя и стали отчасти понятны все его странные поступки с обнимашками, и как теперь понятно, ревностью. Но… что было у библиотеки он так и не сказал. Да и где гарантия, что все сказанные слова не ложь?

– Ты ведь знаешь, что на остров темных драконов напали твари другого мира. И знаешь, что в живых осталось только двое. Я был совсем ребенком. Но уже тогда понимал, что вряд ли кто-то станет меня слушать. Поэтому молчал. Яна, я видел у портала, от куда