Вломившись к Айсору, я мигом осмотрелся по сторонам, на случай если тут будет западня, но мой слуга опередил меня.

— Владыка?! — ужаснулся он, подлетая ко мне, используя свою магию дымки. Его глаза метали гром и молнии, как если бы это была полностью моя вина за содеянное, и частично это так, но Дарина осталась со мной, а это многое значило для нас двоих.

Я уложил свою жену (как непривычно для меня это слово, а уж значение), убрал с лица прилипший к щеке локон, выбившийся из собранной прически. Кожа Дарины была ледяной, и я начинал понимать, что душа моей любимой совсем держалась за ниточку, едва уловимую. Впервые в жизни я был взволнован тем, что мог потерять любимую. Дарина украла мое сердце, завладела моей душой, а теперь намеревалась оставить меня… Нет! Я не позволю ей так поступать со мной! Я ее люблю, а разве я был способен на это чувство?! В том-то и дело, что нет. Только благодаря Дарине во мне проснулись неизведанные мне прежде чувства. Это как сверхновая, которая зародилась в моей черной дыре, и разорвала темную материю в клочья, заселяя пространство мириадами сияний звезд.

— Почему она не дышит? — взволнованно глянув на Айсора, я ждал от него нечто сверхъестественного, будто он в одночасье мог исправить ситуацию. Слуга прощупал пульс, затем, закрыв глаза, начал шептать магические заклинания, водя ладонями над бездыханным телом Дарины. Мое терпение иссякало. Я был на взводе, а так же держал ухо в остро, ведь Сиятельство не угомонится, он еще приведет свою армию и попытается заставить меня склонить голову перед его могуществом и превосходством.

— Она впала в забытье, — холодно сказал он, когда заклинание не сработало. — Что произошло в приемной? Почему все пошло не по плану? — Айсор наседал с вопросами.

Я замотал головой, и, аккуратно положив Дарину, отошел, закинув руки на затылок. Меня одолевали крайне яростные эмоции, грозившиеся вылиться в агонию мщения. Но я не мог… отец — он совсем себя плохо чувствовала. Увядал на моих глазах, а мама плакала и даже ее магия, которой она владела с юности, не спасала и не придавала жизненных сил ее мужу. Мама любила отца. Она бы все отдала, если бы только можно было этим шансом воспользоваться.

— Как долго это состояние продержится? — я посмотрел на Айсора, а тот уныло покачал головой.

— Сложно сказать точно, Владыка. Зависит от того, что стало стимулом к такому эффекту, — он нежно посмотрел на Дарину, судя по всему, проникся к землянке.

— Она осталась со мной, — глухо выдал я, и слуга с пониманием кивнул, — Айсор, Дарина осталась со мной, когда как я просил ее оставить меня и уйти в безопасное место. Мы хотели понять, кто же крылся за маской старейшин, и вместо этого я подверг ее опасности. Сиятельство что-то скрывает. Он забеспокоился, когда я упомянул о бабушке Дарины. И тут же появились ищейки, которым он отдал приказ забрать у меня любимую.

— Вас не смогут разлучить, — вдруг сказал Айсор, никак не прокомментировав мой монолог, напротив, он был увлечен рукой Дарины, которую взял в свою кисть и провел по кольцу-артефакту.

— Айсор, она в опасности, — заупрямился я, недоумевая, отчего он так уставился на обручальное кольцо, вмиг превратившееся в золотой ободок, украшенный осколками звезд. Артефакт освободил Дарину, и теперь она законная жена Владыки Тьмы.

— Теперь Дарина под защитой сил Тёмных, — Айсор выглядел крайне озадаченным, а я отказывался видеть очевидного. Если Дарина унаследовал дар Тёмных, то вкупе с силой ведьмовской крови, она стала бы самой могущественной среди моего народа. Может поэтому Сиятельство боялся ее? И меня будто током прошибло, когда осознание само собой подсказало путь.

— Мне нужно спрятать Дарину, — засуетился я, и, подойдя ближе к своей жене — такой нежной, беззащитной и только моей. Взяв ее руку в свою, я переплел наши пальцы, скрепляя их в крепкий замок. — Не оставляй меня, слышишь? — я поцеловал ее руку в тыльную сторону кисти, затем накрыл свою щеку ее ладошкой. Закрыл глаза, вдыхая любимый аромат ее духов, смешанных с ее ароматом кожи. Это настоящее произведение искусства — созданное мирами, которое способно как разрушить, так и возродить из пепла.

— Вам надо поговорить с отцом, Роланд, — прервал меня Айсор, напоминая о реальности. Мы в крайне опасном мгновении, когда на кону столько родных душ. — План сработал лишь на половину, но теперь вы несете ответственность за девушку.

— Да, — тихо сказал я, взглянув на слугу лишь раз. Я видел его взволнованный взгляд, и то, как Айсор нервно поглядывал на двери. В любую секунду могли ворваться ищейки и отобрать у меня Дарину, но мои псы на стрёме. Я отдал им приказ не впускать в мой замок старейшин, ибо разговаривать я намерен только с его Величество. Из всей троицы — он единственный, кому я все еще доверял. — А пока Дарина будет в моих покоях под защитой псов-сторожил. Я призову к помощи свою мать. Возможно, с помощью ее магии мы сумеем вывести из забытья Дарину, — затараторил я, составляя план действий. — Главное, чтобы она согласилась. Боюсь, многое придется объяснить ей, ведь я так и не признался матери, что по-настоящему влюбился в землянку.

— Такова ваша судьба, Владыка. От нее не сбежать, и столько еще будет испытаний, — выдохнул Айсор, относясь с пониманием к ситуации.

Мы затеяли всю эту игру не ради любви или чувств, а ради того, чтобы освободиться от ведьмовского проклятья. А вместо этого я угодил в ловушку любви. И, глядя на Дарину, я не жалел о таком исходе. Эта девушка значила многое для меня — даже больше, чем моя собственная жизнь.

Оставив Дарину в своей спальне, я долго не мог расстаться с ней, боясь вдруг ее отнимут у меня и все окажется сном. Она дала обещание, на которое я дал ответное свое — быть только ее. Быть верным ей. И потому я сделаю все, чтобы она была счастлива со мной.

— Я прям-таки слышу, как ты думаешь, Роланд, — змеиный голос Сейны возник из ниоткуда. Я как раз вышел из своей спальни и приказал псам глядеть в оба. Чуть что — сразу поднимать вой и призывать к помощи. Айсор в свою очередь наложил