— Сами мастерские выполнены из крепкого камня, а снаружи обложены деревом, которое со временем практически истлело. Мастерские простоят ещё сотни лет.

— Я беру их. Назовите цену, прошу.

— Так как от них каждый раз отказывались на протяжении долгих лет, цена упала до критической отметки. Сейчас цена старых мастерских составляет десять золотых монет.

— Это в два раза дороже, чем моя усадьба, — пробубнила я. — Но я и не рассчитывала, что они будут стоить дёшево.

— Я согласна. Едем оформлять документы.

Всего на участке было три довольно больших мастерских и два склада. Как раз то, что мне нужно. Попрошу Ронни заняться подбором рабочих. Тех, что у меня работают, не хватит на большое производство.

Документы мы оформили быстро. Градоначальник никак не мог поверить, что я снова избавила ратушу от баласта.

— Вы чудо, леди. У нас в продаже имеются ещё старые шахты и древняя свиноферма. Может, посмотрите?

— Вынуждена в это раз вам отказать, лорд. В ближайшее время я не планирую разводить свиней и добывать металл.

— Не металл, милочка. В этих шахтах добывали алмаз.

— Алмаз, говорите? — задумалась я. — Но его, наверное, весь выработали. Если бы там действительно был алмаз, то шахту давно бы уже купили.

— Алмаз там есть. Но на шахту много десятилетий назад наложила проклятье леди Мориль, та чью усадьбу вы недавно приобрели.

— Зачем мне проклятая шахта? — возмутилась я.

— Но вы так успешно справились с нечистью, что я подумал, может, и проклятье вам по плечу?

— Что за проклятье?

— Каждый, кто попадает в шахту, исчезает навек.

— Нет уж, простите, лорд эль Фан. Но проклятая шахта мне точно не нужна. Я не умею снимать проклятья.

— Эх, жаль, — искренне расстроился градоначальник. — Но вы подумайте, леди Алия. Шахта достанется вам за бесценок.

— Я подумаю, лорд эль Фан. А теперь прошу простить меня.

— Конечно, леди, конечно. Ступайте, — мужчина неуклюже махнул рукой, чем вызвал у меня невольную улыбку.

Мы с Лексой докупили продуктов и отправились домой, где меня ждало нечто.

* * *

Во дворе хозяйничали незнакомые мне мужчины. Они брали с огромной кучи мусор и грузили его в огромные повозки.

— Что здесь происходит? — устало спросила я.

— Дык, э… Генерал эль Миран распорядился очистить двор. Вы же не против, леди? — проголосил поджарый мужичок лет сорока.

— Н-нет, продолжайте.

Не слишком ли много себе позволяет несносный дракон. Поселился в моей усадьбе. Хозяйничает здесь. Ещё и развод аннулировать пытается. А вдруг у него получилось! Что тогда будет?

Войдя в дом, я ахнула. Гостиная больше не была пустой. В ней стоял шикарный мягкий диван, обитый зелёным дорогим материалом, позади резная консоль, покрытая лаком, а на ней красивые статуэтки и ваза с цветами. Красота!

— Нравится? — довольно произнёс Лоран.

— Зачем это всё? — обвела я рукой пространство.

— Раз уж я здесь живу, решил внести свой вклад. У тебя даже сидеть негде.

Я тяжело вздохнула, борясь с желанием заехать дракону по его наглой, ухмыляющейся морде.

— Ладно, — процедила я сквозь зубы. — Приму как компенсацию за моральный ущерб. Есть ещё что-нибудь, о чем мне нужно знать?

Лоран отрицательно покачал головой и вышел во двор.

— Вы сегодня толком ничего не ели, леди Алия. А у вас ребёночек. Пройдите в столовую, — ворковала надо мной Мила.

Я послушно села за стол и нехотя съела рисовую кашу с мясной подливой. После чего прошла в гостиную и удобно устроилась на новом диване. Мой взгляд упал на рояль, и я не удержалась. Как же давно я не играла.

Заботы и хлопоты захватили меня с головой. Времени ни на что не остаётся.

Открыла черную глянцевую крышку, присела на мягкий стул, и пальцы привычно стали перебирать длинные клавиши.

«Лунная соната» Бетховена заполнила пространство. Я закрыла глаза и полностью погрузилась в музыку. Нежная мелодия унесла меня далеко за пределы этого мира. Несколько соленых слезинок скатилось по моим щекам, когда нахлынули воспоминания о родине, о близких, о маме… Мамочка, как же я скучаю. Уж не свидимся больше. Представляю, как ты плакала, когда сообщили о моей гибели. Прости меня, родная.

«Лунная соната» плавно переросла в «Турецкий марш» Моцарта. И вот уже мои ноги приплясывают в такт. От слез не осталось и следа, а лицо озарила счастливая улыбка.

— С каких пор ты играешь?! — разрезал пространство гостиной грозный бас Лорана.

— А это важно? — закрыла крышку рояля и вернулась на диван. — Нас, кроме будущего ребенка, ничего не связывает. Играю я или нет, тебя, Лоран, не касается.

— О, родная, ещё как касается! Когда я брал тебя в жены, твоя покойная бабушка уверяла, что музыка неподвластна тебе. Как ты это объяснишь?

— Да ладно, Лоран! — воскликнула я и встала с дивана. — Откуда бабушке было знать, что мне подвластно, а что нет, если я жила с тремя сестрами вместе с родителями, а к ней переехала уже будучи взрослой.

— Разве? А мне она говорила совсем другое. Что растила тебя с раннего возраста.

— Бабушка была стара. Для неё и сейчас мой возраст показался бы ранним. Прошу меня простить, Лоран. Пойду отдыхать.

— Конечно. Тебе нужно как можно больше отдыхать, Алия. Я провожу тебя.

— Ну уж нет, Лоран! Я сама как-нибудь дойду.

— Как знаешь, как знаешь.

Он выглядел задумчивым. Неужели я поселила в нем сомнение? Лоран не глуп, а что, если ему не составит труда сложить два и два? Я так и не выяснила, как в Эльмуре относятся к попаданкам.

Долго отдохнуть в своей комнате мне не удалось. Прибежала Лекса и сообщила, что пожаловал лорд Вязем, а Лоран не желает пускать его в дом. Говорит, что нечего ему к генеральской жене клинья подбивать.

Я поспешила вниз, пока лорд не отчалил. Не хочется снова ехать в Пон-Абен. Всё-таки дороги мне уже тяжело даются.

— Какие у вас могут быть дела с моей женой?

— Ты мне не муж, Лоран. Прошу, оставь нас, — вмешалась я в мужской спор.

Глаза драконы гневно сверкнули, а я испугалась.

— Я буду присутствовать при каждом вашем разговоре. Хоть ты мне более и не жена, но ты носишь моего ребенка, Алия. Поэтому будешь слушаться! — голос дракона звучал грозно, пальцы сжались в кулаки, а меня обуял гнев.

С трудом усмирив его, пригласила лорда Вязема в дом. Лоран последовал за нами. Мила заварила ароматный чай, и мы, устроившись в гостиной, обсуждали будущее моего проекта под названием «плуг».

— Я показал ваше устройство некоторым крупным землевладельцами, и они в один