Меня не сломить, ледяные твари.

Не сломить! Я — огненная лисица из древнего магического рода оборотней. Я не сдамся.

А кто может быть опаснее загнанного зверя?! Только загнанная в угол женщина-зверь.

Да, я могу ошибаться. Глупить. Плакать. Страдать.

У всех есть право на ошибку или на проявление чувств. В конце, концов, я женщина, а значит — существо эмоциональное.

Да, я могу себя даже пожалеть временами.

ВРЕМЕНАМИ.

И, пожалуй, это время закончилось. Пока собрать мозги в кучу и начать действовать, отринув эмоции.

Этот мерзкий кровопийца явно врёт о том, что я лишена магии. Ведь когти-то вылезли, когда я рыдала, лёжа на земле!

Почему тогда магия частично сработала, но не работает полноценно сейчас?

Не знаю.

Может быть, потому, что я поверила этому клыкастому ублюдку? Поверила, что лишена магии.

Как можно отнять то, что является моей сущностью?! Никак.

Самый простой ответ зачастую и есть правильный.

Можно запретить мне колдовать, да. Можно заблокировать. Можно убедить меня, что я лишена магии.

Мысли летели галопом. Я вдруг осознала, что от проснувшейся холодной ярости, я наконец чётко поняла, что происходит. И что я могу сделать.

Превратиться полностью у меня не вышло и тогда, в Академии под действием проклятия, так сказал Дрейк.

Не то чтобы у него нет причин врать (про портрет-то он мне правду так не сказал! Пока), но ему явно верю больше чем этим синим ублюдкам.

Дрейк — рядом. Даже если он умер, во что я всё-таки не верю. Мой упрямый муж — феникс, а значит, практически бессмертный. А ещё это Дрейк — хитрый, умный, сильный. На сто шагов всё продумывающий вперёд.

Он знал, что на него могут напасть. Неужто за сто лет не научился себя защищать?!

Он точно выберется из этого айсберга.

А значит, мне просто нужно продержаться как можно дольше. Он вернётся и порвёт этих подлых вампиров на куски. Я верю в это.

Или я ошибаюсь, и он действительно умер? Но тогда я обязана отомстить за него и забрать с собой хотя бы одного клыкастого, а лучше всех.

Моя магия — в моей крови. А эта мерзкая тварь её сейчас пьёт, лишая меня жизненных сил.

Но при этом, по сути, отравляя себя моей кровью.

Моя кровь обладает способностью гореть. А значит, мне просто нужно сделать так, чтобы она воспламенилась. Прямо в нём.

Но мне почему-то не хватает магической силы. Возможно, она действительно заблокирована. Как бы мне достать до неё?!

Вдруг плечо обожгло в том же месте, что и тогда на свадьбе, а я почувствовала прилив сил.

Вампир вдруг резко дёрнулся, оторвавшись от моей шеи.

С изумлением он уставился на меня и зашёлся в кашле. У остальных монстров появилось растерянное выражение лица от происходящего с их предводителем.

Главный вампир начал задыхаться и скрести пальцами горло. Его кожа начала темнеть и дымиться. Ха! Как знакомо. Больно тебе, тварь клыкастая?!

— Что ты со мной сделала, ведьма? — прохрипел вампир.

— Я? Ничего, — с фальшивой улыбкой на губах сказала я.

— Ты умрёшь вместе со мной, стерва рыжая, — просипел дымящийся вампир и что-то скомандовал на своём лающем языке.

Тот мерзавец, что держал цепь от ошейника, резко дёрнул за «поводок», и я с размаху упала на землю так, что у меня аж искры брызнули из глаз от резкой боли.

Теперь уже и я, хватаясь за горло, волочилась по земле, увлекаемая цепью к своему пленителю.

Мерзкая жижа, непонятно откуда взявшаяся на земле, пропитала одежду.

Дрожа всем телом не то от холода, не то от очередного приступа страха, с отчаянием раздирая пальцы в кровь, я пыталась засунуть их под ошейник.

Но прокля́тые шипы впивались в горло, причиняя нестерпимую боль, от которой в голове была полная каша.

Я задыхалась от удушения. В глазах начало темнеть.

Сквозь застилающие глаза слёзы я увидела, как один из магов, уперев свой посох в землю, начал опять что-то скандировать.

Видимо, плёл очередное смертельное заклинание.

И тут, неожиданно для всех, раздался ужасно громкий хруст, как будто бы сломали гигантскую стеклянную вазу.

Натяг цепи уменьшился, и я смогла вдохнуть воздух.

Вампиры, все как один, со страхом в глазах уставились на айсберг. Даже тот, кто скандировал заклинание, прекратил.

Глыбу льда раскололо пополам трещиной, которая увеличивалась с каждой секундой. Сам айсберг начал, как будто бы оплавляться, проседая.

Только сейчас я поняла, что жижа, в которой я испачкалась, скорей всего натёкшая из айсберга вода.

Потому что он таял.

Ну сейчас вам Дрейк задаст, мрачно ухмыльнулась я.

Глава 26

На поляне перед домом феникса творилось невообразимое.

Вампир, напившийся моей крови, дымился. Его кожа чернела и съёживалась, будто бы он горел изнутри. Монстр вопил, шипел и корчился от боли.

Знакомо, знакомо. Поделом тебе, клыкастый урод.

Остальные трое магов отошли назад, встали треугольником и, снова уперев посохи в землю, начали скандировать заклинание на своём непонятном языке.

Ещё двоим вампирам тоже было плохо — они хоть и не дымились, но тоже упали на землю, извиваясь в муках.

Тут я вспомнила, что вампиры «работают» в связке из трёх бойцов — атакующего, защищающего и мага-ритуалиста. Видимо, эти двое «напарники» главаря. И между ними, действительно, есть какая-то связь.

Шестеро оставшихся встали в пары: один с возникшими из ниоткуда мечами призрачно-голубого цвета (будто горный хрусталь), второй в паре держал в руках круглый щит и короткое копьё из того же материала, что и мечи.

Видимо, ледяные монстры наколдовали себе оружие, хмыкнула я.

Цепь от моего ошейника пленитель прицепил к своему поясу, и я оказалась за спиной врагов.

Глупо, клыкастые. Глупо.

Осознание того факта, что Дрейк не умер, а сейчас вылезет из этой ледяной глыбы и надерёт десяток морозных задниц (а я в нём не сомневалась!) невероятно окрылила меня.

И, пока все отвлеклись, я снова вцепилась в ошейник, вливая в него всю свою пылающие ярким пламенем радость и ярость.

Раздался едва слышный щелчок и ошейник расстегнулся.

Вот так вот, морозные уроды.

В этот раз я решила снова перекинуться в лисицу. Должно́ же это сработать теперь?! Ведь тогда в церкви сработало, а мы уже были женаты!

Я зажмурилась и представила процесс превращения так живо, как могла.

Вот лицо вытягивается и превращается в морду. Вот сквозь кожу прорастает густая рыжая шерсть…

Айсберг лопнул окончательно, разлетевшись миллиардами ледяных осколков.

Сквозь разрушенное окно был виден феникс во