Брови герцога подскакивают и приземляются гораздо выше привычной для них линии роста.

— У вас с мужем… странные отношения.

— Так и есть, — пожимаю плечами. — Мне было нужно попасть в этот дом, чтобы забрать важные документы.

— Вы их забрали?

— Да. И теперь могу развестись с мужем… наверное.

— Наверное? — переспрашивает герцог.

— Я взяла папку с документами, там есть и наш свадебный договор, но я его еще не читала. Только после того, как ознакомлюсь с документами, смогу сказать точно.

— Развод? Вы уверены?

— Только не нужно вот эти жалостливых фраз о том, что после развода я никому не буду нужна и все от меня отвернутся. Переживу. А вот семейную жизнь с Амудсеном я могу и не пережить, так что…

— Он вас бил? — герцог напрягается.

— Что? Нет! Но разве больно можно сделать только физически?

Смотрит внимательно, словно впервые видит.

— Да, пожалуй, вы правы. Душевная боль бывает посильнее физической. Вам нужен адвокат. Хороший. У меня как раз есть такой. Сейчас…

Герцог встает с кресла, ставит свой бокал на столик и принимается шуршать на полках. А потом достает толстую тетрадь. Листает, а потом достает кусочек картона и передает мне.

— Вот. Адвокат. Уверен, он все сделает в лучшем виде.

— Почему вы мне помогаете? — спрашиваю прямо.

Глава 11-1

— А почему бы и нет? — отвечает вопросом на вопрос.

— Это не ответ, — я категорична.

— Вы, случайно, на дознавателя не учились? — герцог пытается шутками запудрить мне мозги.

— Случайно — нет. И все-таки, я бы хотела услышать прямой ответ на прямой вопрос.

— Хорошо. Вы мне нравитесь. С нашей первой встречи. Вы красивая, умная и явно переживаете непростые времена. А я иногда люблю помогать дамам, попавшим в беду. Такой ответ вас устроит.

— Пока — да.

— Значит, вы воспользуетесь моим советом и возьмете адвоката? — спрашивает хозяин замка.

— Конечно. Я не настолько наивна, чтобы думать, будто смогу сама организовать весь процесс.

— И это меня восхищает. Правильно оценивать свои силы и согласно им выстраивать стратегию — качество гораздо более редкое, чем многие думают. И тем более достойное, если мы говорит о дамах, которые чаще полагаются на эмоции, чем доводы разума.

— Возможно, вы не с теми дамами были знакомы, — говорю.

— Возможно, — усмехается.

— В любом случае, спасибо вам за помощь, но мне пора.

— Мы же еще увидимся вечером, на карнавале? — спрашивает герцог.

— Конечно, — лгу, даже не моргнув глазом.

— Я буду ждать, — дарит мне обаятельную улыбку, обозначив ямочку на щеке.

— Вам полезно, — отвечаю и, не дожидаясь, пока он встанет и проводит меня, сама открываю дверь и выхожу в коридор.

Вернувшись в апартаменты, первое что делаю — закрываю дверь в свою спальню, подпираю ее креслом, и, усевшись на кровати, достаю все бумаги из папки.

Итак… что мы имеем? Документы. Мои. Свидетельство о рождении. Имена родителей. Ричард и Ребекка Боннем. Их свидетельства о смерти. Завещание отца. Быстро пробегаю глазами. Родовое имение, недвижимость в нескольких городах, дом в столице, две деревни где-то на краю географии. Неплохо, однако. Счет в банке на мое имя. А вот это вообще отлично. «Империал». Надо запомнить и зайти.

Далее… Свадебный договор. А вот и он! Открываю. Сначала идут стандартные оговорки, потом — суть. Муж обязан заботиться обо мне и моем здоровье. Я обязана в течении двух лет родить ему наследника. Если будет девочка — повторить весь процесс до нужного результата. Он обязан, и тут начинается интересное, хранить мне верность. Впрочем, я тоже должна беречь честь свою и мужа.

В случае развода по причине его неверности, супруг обязан вернуть мне документы на родовое имение и прочую недвижимость, а также выплатить неустойку, сумма которой приводит меня в дикий восторг.

Если же развод потребует муж — он опять же должен вернуть мне недвижимость, но все золото, что я принесла в приданое — остается у него.

Если родится ребенок — все движимое и недвижимое имущество, кроме дома в столице, достается ему, но только по достижении совершеннолетия. До того времени, имуществом распоряжаюсь я, как единственный опекун.

Теперь понятно, почему Амудсен не хотел детей!

В случае смерти одного из супругов, все имущество и счет в банке достаются второму. А вот это уже интересно. Странно, что Амудсен не попытался стать единоличным владельцем всего. Хотя… одно дело быть изменником и абьюзером, и совсем другое — убийцей. На подобное не каждый способен. Тут особый менталитет нужен.

Ладно, все, что нужно, я узнала. Пора и честь знать. Быстренько достаю два чемодана — по одному в каждую руку, и сумку, которую можно повесить за спину. Собираю все необходимое.

Часы показывают пять утра, когда я выхожу из замка герцога. Для Вирджинии я оставила записку у слуги, он передаст.

— Леди, вам подать карету? — возле меня останавливается еще немного заспанный лакей.

— Да, пожалуйста.

— Куда ехать изволите?

— Это я скажу кучеру. Благодарю вас.

А когда подъезжает экипаж и слуги помогают мне в него погрузиться, я бросаю последний взгляд на замок. Извини, герцог, но у меня сейчас другие планы и глупые маскарады в них не вписываются.

За мной закрывается дверца, и конюх запрыгивает на козлы. Ну что ж, вперед в новую жизнь, Алла Тимофеевна, она же Алария!

Глава 11-2

Спустя всего-то несколько минут я выхожу возле адвокатской конторы. Утро раннее, птички поют, дворники улицы метут. Воздух свежий, наполненный ароматами разных цветов. День обещает быть чудесным!

Счастливо улыбнувшись, прощаюсь с кучером, и ставлю свои чемоданы на лавку в сквере, напротив нужной мне конторы. Понятное дело, адвоката еще нет, рано. Но ничего, я подожду.

Спустя более трех часов, когда я уже перенюхала все цветы в округе, пересчитала все гнезда птичек и выбоины в брусчатке, к конторе подходит сухонькая женщина в строгом костюме и пенсне. Вряд ли это адвокат. Наверное, секретарь.

А через непродолжительное время подходит и низенький, пухлый господин с шикарными напомаженными усами и совершенно лысой головой. Решив подождать еще несколько минут, чтобы адвокат уселся поудобнее в своем кресле и был в хорошем настроении, дабы взяться за мое дело, пропускаю момент, когда в контору заскакивает молоденькая девушка, до этого стоявшая под деревом и делавшая вид, что она не к адвокату.

Непорядок! Я вообще-то, первая была! Беру свои чемоданы и сумку, и переваливаясь уткой, тоже захожу в контору.

В приемной только секретарша. Та самая, строгая на вид женщина средних