Один из поварят подбежал к нам и жестом велел следовать за ним. Он отвёл нас в дальний угол, выделил рабочее место и показал, где лежат продукты. Большего и не требовалось. Кот взял всё под свой контроль, завязал фартук на себе, затем помог мне. С караваем мы провозились пол вечера, но результат радовал глаз. Румяный, ароматный, он одним своим видом приносил мне столько удовольствия, что я готова была сама его съесть. С такими заданиями я скоро стану образцовой хозяйкой. И Кот похвалил, сказав, что может быть я и не безнадёжна.

Укутав румяный хлебушек в рушник, мы отдали его квакушке и, уставшие, по утру поплелись в тронный зал. Народ уже потихоньку собирался, готовясь вновь оценить дары невест.

В этот раз наша претендентка выступала первой. Царь похвалил наш каравай, приказав раздать по кусочку каждому из собравшихся. Дар второй невестки особо монарха не впечатлил. Он скривился от первого укуса и решил, что такому караваю не место на царском столе. Третья же невеста преподнесла царю пирог небывалой красоты. Украшенный цветами и листьями из теста, каравай больше походил на скульптуру, нежели на то, что положено есть. На вкус, конечно же, он тоже был восхитительный, от чего царь пришёл в восторг.

- Что ж, и в этот раз почти все мои невестки справились с задачей превосходно. Осталось лишь наградить их за старания, поэтому завтра состоится бал, на котором официально будет объявлено о помолвке моих сыновей!

Раздались аплодисменты. Царевич, бледный, как мел, пошатнулся и с трудом оторвал глаза от своих сапог. Я хотела ему помочь, но могу ли? Душа разрывалась от противоречивых желаний.

Мы с Котом рухнули в постель, как только добрались до своей конуры. Мысль о том, что мы поступаем неправильно, терзала мои мысли, но лишь до того, как голова опустилась на подушку. Закрыв глаза, я уже знала, как должна буду поступить.

Глава 10

Пир начался после заката. Мы долго спорили, стоит ли мне туда идти, ведь заклятие облика вновь спало, и я выглядела, как раньше. Путём долгих уговоров, удалось убедить помощников, что ничего опасного не произойдёт, и я могу выйти в свет. Тем более, мне до жути хотелось посмотреть, как же проходят эти самые пиры, где музыка, танцы, наряды.

Так как бытовая магия теперь была по плечу, я под присмотром блюдца сумела соорудить более-менее пристойный наряд, и теперь кружилась в ярко зелёном сарафане, любуясь узором по кромке юбки.

Был у моего похода на пир ещё один смысл. О нём я решила умолчать, не зная, как отреагируют остальные.

В зал мы зашли под песнь балалайки. Кто-то уже задорно отплясывал в кругу, размахивая платочками. Царь сидел на троне, подле него стояли трое сыновей, все нарядные, в расшитых золотом кафтанах. Двое из них улыбались, третий смиренно ждал своей участи.

Было поразительно, как музыка, атмосфера и танцы стремились захватить моё настроение. Гости были разодеты по случаю, я же выглядела, как простушка, случайно попавшая в приличное общество, но плевать. Праздник был, что надо: столы ломились от яств, мед тек ручьями, гости веселились и танцевали, я бы даже покружилась в хороводе, но царь встал и хлопнув в ладоши, призвал всех к тишине. В миг веселье улетучилось, нужно было собраться, решалась судьба человека.

- Гости дороги, я рад объявить, что сегодня мы с вами станем свидетелями исполнения давнейшего ритуала. Когда наш род пришёл к власти, мой пра-пра-прадед выпустил свою первую стрелу, отыскав себе невесту и положив начало давней традиции. Помня о предках и почитая их завет, все мужчины семьи стали прибегать к тому же способу.

Я фыркнула, е сдержалась. Ну глупость, ей богу. Избегать надо такие традиции, вон, царевич еле дышит.

- Мои сыновья, - царь с гордостью кивнул царевичам, - Смогли отыскать трёх, - монарх замялся, - Достойных кандидаток, которых я с радостью сегодня, при всех вас могу назвать дочерями.

Толпа одобрительно загудела, невесты засуетились, Квакушка даже подпрыгнула от счастья, а я незаметно протиснулась ближе к трону.

- Что ты задумала?!- зашипел Кот, почуяв неладное.

Я не ответила, лишь дождалась, когда к царю подойдут три невесты и ринулась вперёд.

- Стойте! - крикнула, виляя сквозь толпу. Кот тащил меня обратно, но я была сильнее, и полна решимости. - Вас обманули! Стрела не настоящая.

- Кто вы? - изумился царь, высокомерно вздернув подбородок.

- Стражники преградили мне путь, нацелив в грудь копья. Мило, об охране я как-то не подумала.

- Это неважно. Главное - я знаю правду.

Гости тихо перешептывались, царевичи тоже. Квакушка сверлила меня ненавидящим взглядом и буквально на глазах становилась пунцовой.

- Посмотри на свою стрелу внимательнее, добрый молодец, - обратилась я к младшему царевичу, надеясь, что мне не вспарят брюхо прямо здесь. В глазах юноши блеснуло непонимание, следом появились признаки мыслительного процесса и спустя пят мучительных минут, он вскинул голову и громок приказал:

- Принесите стрелы!

Внесли три стрелы, покоившиеся на бархатных подушечках. Толпа изумленно ахнула, когда их взору предстала картина, которой не ожидала даже я. Все три стрелы были совершенно разные. Как так?

Одного взгляда на невест хватило, чтобы понять- не только квакушка промышляла обманом. Ни одна из невест в действительности не ловила стрелу, а царевичи даже не потрудились проверить.

«Подлог! Обман! Всех на дыбу!» скандировала толпа, и я решила, что пора делать ноги. Но далеко сбежать мне не дали, запястье обхватила крепкая рука и дернула на себя. Опешив, я развернулась и встретилась нос к носу с младшим царевичем.

- Теперь ты станешь моей женой? - с придыханием воскликнул тот.

Я замотала головой, и постаралась освободиться, но он держал крепко.

- Нет, нет. Уверена, ты найдёшь девушку получше, если поищешь сам, а не доверишься случайности.

Завидя нас с царевичем, лягушка окончательно вышла из себя.

- Это всё не клевета! - воскликнула бывшая счастливая невеста и, подобрав юбки, выскочила вперед, тыкая в меня пальцем, - Она ведьма, пробралась во дворец, чтобы околдовать принца и женить на себе.

Царь хмыкнул, сдвинул брови, оглядел творящийся беспорядок и спокойно произнес:

- Взять её.

- Что? - испуганно вытаращилась я на подступающую стражу. В груди как-то резко стало тесно от страха. Люди расступались, давая солдатам подобраться ближе, бежать не получалось, вырваться из крепких тисков тоже.