Моя температура продолжала расти, бедра пришли в движение, чтобы потереться скользкой киской об альфу — там, где я обвила его ногой, — и я заскулила. Я надеялась, что у меня будет хотя бы полчаса бодрствования перед тем, как мы снова бросимся в этот омут. Ну, знаете, выпить кофе, позавтракать? Может, сходить в душ? Но мне никогда так не везло. Если я не спала, значит, я нуждалась.

Вот так уж проходили мои течки.

Я соскользнула с кровати и, пошатываясь, быстро направилась в ванную. Плеснула немного воды в лицо, собирая волосы в хвост, чтобы убрать потные пряди с лица. На этом моя забота о себе закончилась: колени опасно подогнулись, а растущая температура предупредила, что я близка к очередному приступу бездумного умоляющего скулежа.

И хотя присутствие альфы поблизости определенно помогало, это не решало всех проблем. У меня всё еще была эта глубокая, до самых костей, потребность, которая скреблась под кожей. Где-то в глубине души я знала, что именно может ее по-настоящему утолить, ради чего я вообще сюда пришла… но я не была уверена, смогу ли я на это решиться.

Я правда планировала подождать.

Дрожащей рукой я взяла воду и потягивала ее, наблюдая за спящим Чарли.

Как бы мне ни хотелось подождать… отчасти дело было в том, что я просто не хотела, чтобы эта часть моей жизни была связана с каким-нибудь мудаком, который хотел просто «сорвать цветок невинности сладкой омеги»; да, именно так мне однажды и сказали. В реальной жизни.

Но Чарли не был обычным альфой.

Я знала, какими они могут быть. Я общалась с достаточным их количеством во время стримов, чтобы понимать: им просто нужна дырка для доминирования, и больше их ничего не волнует.

Этот альфа казался… другим. Он определенно был альфой — я успела разглядеть этот гигантский узел прошлой ночью, пока вежливо притворялась, что не смотрю на его член, заставляя себя выпить воды и немного поесть. Он был гораздо более заботливым и добрым, чем я ожидала. И хотя временами он был более напористым, это никогда не заставляло меня чувствовать себя некомфортно.

С Чарли, как бы трудно мне ни было в это поверить, я чувствовала себя в безопасности.

Мои мысли переключились на его нежные руки и внимательность. На то, как его пальцы в моих волосах успокаивали меня, вместе с его запахом, пока я не смогла уснуть.

Я забралась обратно в постель, прижимаясь к нему. Когда я это сделала, его руки инстинктивно обвили меня, и он уткнулся лицом в мои волосы.

Он что… вдыхал мой запах во сне? Это ведь не должно быть так горячо, правда?

То, что этот гигантский, неуклюжий альфа хотел использовать меня как объект для утешения во время сна.

Еще одна волна интенсивного жара пронзила меня.

Мне был нужен этот мужчина — это я знала наверняка.

От одной только мысли о его руках на мне, смазка начала собираться лужицей.

Когда я подумала о его члене, твердом под тонкой простыней, которую он натянул на нас, мне пришлось сжать бедра и крепко стиснуть челюсти, чтобы не заскулить.

Я больше не могла ждать. Он был нужен мне сейчас.

Его вкус, то, как он ощущался… то, как он дергался на моем языке, когда я делала то, что ему нравилось…

Я скользнула вниз по его телу, исчезая под простыней, чтобы целовать его кожу по пути. Он не был качком из спортзала, но был подтянутым, мускулистым и определенно крупным.

Мои губы скользнули по его груди и редким волоскам на ней, к ребрам, к его рельефному животу, где я задержалась, чтобы покусывать его тазовую кость. Я повела языком ниже, скользнув по его тазу, пока не добралась до члена.

Я обхватила рукой его ствол, медленно двигая ей вверх-вниз, наблюдая, как он дергается в моей руке. Его узел увеличивался по мере того, как он возбуждался всё сильнее, быстро становясь больше моего кулака.

Каждая клеточка моего существа хотела, чтобы я попыталась вобрать его в себя, но это казалось уже чересчур.

Даже если я собиралась попросить его трахнуть меня.

Нерешительно я высунула язык, проведя им по вене, тянущейся по нижней части его члена, которая привлекла мое внимание еще прошлой ночью, даже сквозь густой туман течки.

Он дернулся в моей руке, несколько капель предсемени сорвались с его головки.

Я проследовала по своему пути до самого верха, собирая их языком, прежде чем они успели бы пропасть зря на простынях. Его по-летнему ягодный вкус, смешанный с мускусом, удовлетворял так же глубоко, как и вызывал привыкание.

Я втянула головку в рот, упиваясь ею, как леденцом, описывая круги языком. В каком-то смысле так оно и было, учитывая его сладкий вкус. Это напомнило мне жевательные конфеты Hi-Chew, которыми я иногда любила перекусывать между играми, пока ждала нового лобби.

Несколько мгновений спустя одеяло надо мной приподнялось, вернулся тусклый свет: Чарли смотрел на меня сверху вниз. Взъерошенные волосы выдавали его сонливость, но глаза? Они пылали.

— Что ты делаешь, малышка? — спросил он. В его голосе не было ни капли злости, только сонное веселье, приправленное похотью.

— Бужу тебя, — невинно ответила я, для верности еще раз мягко присосавшись к головке его члена.

— Это лучшее пробуждение в моей жизни, — он провел рукой по моим волосам: не грубо, а ровно настолько, чтобы удержать меня, пока его пальцы запутались в моем хвосте. Его движения были нежными: он лениво насаживал меня на свою длину, словно мы никуда не торопились. Так оно и было: мы просто могли не спешить и изучать друг друга.

Я вобрала его так глубоко, как только смогла, протолкнув к задней стенке горла, прежде чем сглотнуть вокруг него. Я застонала, обхватив его ствол, позволяя вибрациям сделать всю работу; он выгнул спину, свободная рука зарылась в его волосы.

Глубокий, удовлетворенный стон сорвался с его губ, когда я отстранилась, стягивая губы с его члена до самого конца. Я собиралась продолжить, но не успела: меня внезапно подняли и уложили на спину, и теперь мой альфа нависал надо мной, тяжело прижимаясь своим теплым телом к моему.

Его рука ласкала мой подбородок, пока его глаза бегали, жадно впитывая каждый дюйм. Намордник всё еще был надежно закреплен на его лице, но, если бы его не было, я бы притянула его губы к своим.

Я была уверена, что он отлично целуется — так и должно было быть. Никто не смотрит