— Господин граф, поймите правильно. — Я не сводила глаз с Мелихова, понимая: сейчас решает он один. — Сегодня я увидела вас впервые в жизни, да и в целом знаю о вас чуть больше, чем ничего. А ваше намерение жениться буквально на первой встречной… Согласитесь, оно весьма странное. Насколько бы ни было сложным моё положение в доме Марфы Ивановны, я бы не хотела попасть из огня в полымя.

— Сложное положение! — без промедления взвилась Кабаниха. — Неблагодарная! Да ты как сыр в масле катаешься!

— Я понял ваши сомнения. — Полностью игнорируя барыню, Мелихов смотрел на меня даже не изучающе, а препарирующе. — Пожалуй, я смогу развеять ваши сомнения, но прежде хотел бы услышать слово Марфы Ивановны, как вашей старшей родственницы. Марфа Ивановна, — он перевёл взгляд на Кабаниху, — вы согласитесь заменить Елизавету Алексеевну Екатериной Васильевной, но уже в открытую? На тех же условиях брачного контракта?

Кабанихино лицо застыло маской: похоже, там, за ней, неприязнь к Кате боролась с… Чем? Жадностью? Тщеславием?

— Маменька! — плаксиво выдохнула Лиза и сжала ладони перед грудью. — Вы не можете так поступить! Я, я должна была выйти замуж! Почему Катя?..

«Потому что Дорохов предложил тебе побег, — хмуро подумала я, — и ты согласилась, забив на свадьбу с графом. Расхлёбывай теперь».

— Цыц! — Дочкины причитания отвлекли Кабаниху от внутренней борьбы. — Помалкивай!

Затем она устремила взгляд на меня, и столько отвращения было в нём, что дурак понял бы: барыня буквально наступает себе на горло.

— Соглашаюсь, господин граф, но снова говорю: хуже пару вы выбрать не могли. Катька ленивая, бестолковая, дерзкая девица без малейшего понятия о приличиях…

— Спасибо, Марфа Ивановна, — перебил Мелихов. — Ваша точка зрения мне ясна. А теперь, если не возражаете, я бы хотел переговорить с Екатериной Васильевной. Полагаю, это вполне допустимо приличиями, коль она моя невеста.

«Между прочим, я своего согласия ещё не дала», — холодно заметила я в мыслях. Но моё мнение здесь если и волновало кого, то только Мелихова, и то поскольку постольку.

— Конечно, господин граф. — Кабаниха сделала невнятный жест. — Идём, Лизка. Мне с тобой много о чём надо поговорить.

Лиза испуганно втянула голову в плечи и бросила на бывшего жениха умоляющий взгляд. Однако на этот раз граф остался равнодушен к громам и молниям, которые должны были пасть на голову бедовой девицы. Потому Лизе ничего не оставалось, как с видом идущей на казнь под конвоем Кабанихи оставить гостиную.

Мы с Мелиховым остались наедине. Я по-прежнему сидела на краешке стула, примерно сложив руки на коленях и не сводя с графа испытующего взгляда. Мелихов же, будто нервничая, поднялся и подошёл к каминной полке, уставленной безвкусными безделушками.

Молчание затягивалось, тем не менее я не планировала его нарушать. В конце концов, кто кого здесь должен убеждать? И неважно, что для меня отъезд из Кабанихиного имения был не менее жизненно важен, чем для Мелихова — срочная женитьба.

— Екатерина Васильевна, — наконец заговорил граф. — Вы сказали, что почти ничего обо мне не знаете. В таком случае начну с краткого представления. Георгий Мелихов, подполковник от инфантерии, сейчас в отставке. Обстоятельства сложились таким образом, что ко мне перешло старое имение в Задонском уезде. Состояние его, не буду скрывать, плачевное; потребуется много усилий, чтобы вернуть имению былой блеск. Сам я, к сожалению, не смогу заниматься им в должной мере, а управляющие в девяти случаях из десяти — бессовестные воры. Вот почему мне необходима супруга, которая сможет взять на себя заботы об имении.

Я посмотрела на Мелихова с крайним скептицизмом. Связать жизнь с какой-то левой девицей исключительно затем, чтобы использовать её, как бесплатного и честного управляющего? Какой-то неравноценный обмен, ведь с разводами, если мне правильно помнилось, в это время всё было очень грустно.

Тем не менее Мелихов, похоже, закончил своё объяснение, а значит, требовалось что-то ответить.

— Господин граф, — начала я, подбирая слова, — я с огромным удовольствием возьму на себя хлопоты об имении, однако не вижу необходимости выходить для этого замуж. Вы могли бы нанять меня экономкой…

— Не мог бы, — прервал меня Мелихов. — К экономке меньше почтения, чем к хозяйке. И потом, для молодой незамужней девушки это неприлично.

Кхе.

— Екатерина Васильевна, — между тем продолжал граф, — даю вам слово чести быть хорошим мужем и отцом…

А вот последнего вообще не надо! Он, конечно, не урод, но ввязываться в супружеский долг с человеком, которого и суток не знаешь… Нет, в прошлой жизни среди моих знакомых были такие, кто мог бы выскочить замуж (или перейти сразу к постели) спустя и час после знакомства. Однако я для этого была чересчур старомодна.

—…прошу вас поверить мне, Екатерина Васильевна.

— Верю, — спокойно ответила я. — И тем не менее соглашусь на ваше предложение при одном условии: наш брак будет полностью фиктивным.

Глава 14

Такой ответ Мелихову не понравился. Ещё бы: граф, подполковник, герой, а какая-то бесприданница носом крутит.

И он попытался возразить:

— Екатерина Васильевна, я не буду настаивать на, м-м, регулярном исполнении обязанностей мужа и жены, однако в семье нельзя без наследника.

Угу, а если родится наследница? И что насчёт высокой детской смертности? «Десятерых родила, пятерых похоронила» — разве не обычная картина для этого времени?

— Граф. — Для пущей весомости я встала на ноги. — Понимаю ваши резоны, но принять их не могу. Компромиссом предлагаю развод по истечении выбранного вами срока.

У Мелихова дёрнулась щека.

— Развод — дело грязное и хлопотное, — не без резкости возразил он. — Уверены ли вы, что хотите именно этого?

— Уверена, — твёрдо ответила я (имея, впрочем, достаточно смутное представление, на чём настаиваю). — Или наймите меня экономкой — право, граф, это самый простой и бесхлопотный вариант.

Однако Мелихову, похоже, нужна была именно жена (и я сильно сомневалась, что услышала главную причину этого). Потому он скрепил эго и после недолгой паузы отрывисто произнёс:

— Хорошо, Екатерина Васильевна. Даю слово чести,