Катрин Алисина
Отвергнутая. Хозяйка лавки «Карамель и Шоколад»
Пролог
Голова все еще кружилась. Во рту пересохло. И каждый вдох отдавался в груди жуткой болью. Но я старалась держаться.
На меня разъяренно смотрел незнакомый мужчина. Темные волосы, серые глаза. Значит, это и есть мой муж?
— Проваливай, — рыкнул он, вставая из кресла. — Ты достала меня!
Я оторопело уставилась на него. За этим меня позвал? Прогнать? Унизить?
Пару секунд я разглядывала незнакомца. Старинный камзол. И брюки такого же кроя. На белой шелковой рубашке — золотые запонки с небольшими кристаллами. Они едва заметно светились.
Я украдкой оглянулась. Комната была богато обставлена: добротная мебель, дубовые книжные полки, кресла обитые бархатом. Камин.
Огонь в нем уютно потрескивал, щедро отдавая тепло и даря приятный аромат дров.
В деньгах в этом доме не нуждались.
В кресле ехидно улыбалась незнакомая девушка. Копна белых волос по пояс. Злые глаза. Роскошное бархатное платье. Тот же старинный крой.
— Что? — я перевела взгляд на мужчину. Отчаянно хотелось спросить: “Что здесь происходит?” Но задавать подобные вопросы я опасалась. Только выдам себя.
Оставалась довольствоваться теми крохами информации, что он сам мне выдавал.
Мужчина, мой вроде как муж, размашистыми шагами подошел ко мне.
— Не строй из себя дуру.
Муженек оказался на две головы выше. Навис надо мной, обдавая запахом пота и разглядывая злыми глазами.
Я невольно поморщилась.
Он нахмурился. По уголкам губ и глаз тут же пролегли презрительные складочки.
Мужу было лет сорок на вид. Но образ жизни явно испортил когда-то красивое лицо и неплохую фигуру. Черты поплыли, кожа посерела. Через кожаный пояс перевешивалось мягкое брюшко. Которым он теперь уткнулся в меня.
Стало неприятно.
Я на автомате шагнула назад и уперлась спиной в стену. Попыталась юркнуть вправо, но муж меня остановил. Поставил руку, не давая пройти. Наклонился еще сильнее.
— Про-ва-ли-вай из этого дома, — процедил он мне в лицо, дохнув ароматом чеснока.
Тьфу.
Нестерпимо захотелось и правда убраться отсюда подальше.
— Напомню. Если забыла. Ты нарушила брачный договор, — процедил мужчина.
— Я?
У нас еще и брачный договор!
— Так что сама теперь разбирайся с долгами своей семьи, — презрительно бросил муж и резко оттолкнулся от стены. — Я тебе ни медяка не дам.
Отошел, позволяя вдохнуть, глотнуть свежего воздуха, а не тонуть в этом чесночном омбре.
Так значит, кроме неприятного мужа, я теперь еще и по уши в долгах? Уж попала, так попала. Зато это объясняет, почему за него замуж выскочила, — невесело хмыкнула я про себя.
Убраться подальше из этого дома, брака — отличная идея. Не предложи этого муженек, я бы и сама настояла.
Я задумчиво провернула колечко на пальце. Нагретый теплом тела металл давал надежду. Прожить — найду на что. Долги… с долгами разберусь.
Но этот внезапно всплывший брачный договор меня нервирует. Что я еще по нему обязана? Боюсь, мой муж меня так просто не отпустит.
Не верю я этому… удоду. Ни одному слову не верю.
А мужик точно уверен, что без него не справлюсь, не выживу. Ждет, что начну умолять.
Ой, даже не рассчитывай, муженек. Но дерзить сразу не стоит. А то выдам себя.
Я потупила глазки. Сделаю вид, что боюсь молить.
На всякий случай я даже всхлипнула.
Послышался смешок. Отлично. Поверил. И это мне на руку.
Ты меня не знаешь, удодик.
— Она ведь погибнет, если вышвырнуть на улицу, как котенка, — прозвучал женский голосок.
Я все еще смотрела в пол, но кому голос принадлежит — не сомневалась. Миловидная девушка в кресле. Она пыталась придать тону жалости. Выходило бездарно.
Эти двое что-то задумали.
— Да-а, — с презрением протянул муженек. — Но в этом доме я эту убогую не потерплю. Куда же тебя отправить? Подальше отсюда… — он помахал ладонью в воздухе.
Девушка в кресле у камина захихикала. Я подняла взгляд и присмотрелась к ней внимательнее. Невысокая, хорошенькая. Светлые волосы, объемная грудь, тонкая талия и пухлые губки.
Сердце неожиданно сдавило от боли. На глаза навернулись слезы. Где-то на краю сознания пронеслось, что это — моя родная сестра.
И моя сестра смотрела на моего мужа с нескрываемым обожанием. Чуть приоткрыв ротик. А муженек на сестричку с вожделением голодного пса.
Надо же, какие у них тут высокие отношения.
А затем все прошло. Чувства как отрезало.
Я должна чувствовать себя преданной. Сестра все таки. Мужа увела.
Только вот ее я тоже не знаю.
Я не из этого мира. Я — попаданка в чужом теле.
С мужем, настоящим своим мужем, я развелась. Детей не нажили. Я осталась одна.
Но оказавшись здесь я поняла, это — мой второй шанс. И я его не упущу. Начну жизнь сначала. И никакие мужья и сестры предательницы мне не помешают!
Глава 1
Двадцать лет в браке, три неудачных попытки эко. Но я бы сделала это снова и снова, лишь бы хоть шанс появился родить ребеночка. И теперь я услышала от мужа только:
— Ань, ну тебе уже сорок пять. А ей двадцать. Она беременна, пожалей девочку!
Я растерянно вытерла о передник руки испачканные в муке. И оглядела пару, стоящую на пороге нашей квартирки.
Муж, лысеющий, с обвисшим брюшком — развел руками. А у самого лицо довольно лоснится. Рядышком стояла “девочка”, которую нужно пожалеть. Ангельское создание с голубыми глазами и округлившимся животиком.
Впечатление портило только презрение и доля ехидства на ее лице. Мол, ты ему не родила, вот он тебя и бросил. А я рожу.
К сердцу подступила острая, сдавливающая боль. Я бессильно ухватилась за дверной косяк.
Неужели так бывает? Я делаю эко, а он развлекается на стороне. Я мучаюсь от боли — беременеть в моем возрасте сложнее, а он выбирает белье новой, молодой, подружке.
— С тобой разведемся, давно уже не любим друг друга, — презрительно произнес муж. — Признай.
Давно?
К глазам медленно подступали слезы.
— Ты же все в кастрюлях своих ковыряешься, не интересуешься ничем больше, — насмешливо добавил он.
Я покосилась на свои руки в муке. Эти двое как раз застали меня за раскаткой теста.
Раньше я работала заведующей кондитерского цеха. Теперь у меня был свой маленький бизнес — торты на заказ.
Сначала пыталась отвлечься от постоянных неудач с эко. Подзаработать — денег не хватало. А затем… увлеклась.
Теперь вечерами пекла на заказ. И сейчас,
