«Смешно, Уля. Вам далеко не пятнадцать, чтобы вести себя как малолетние нашкодившие дети».

Выпрямив спину и решительно шагнув из класса тут же носом упёрлась в грудь Витали.

— Виталий Викторович, здравствуйте, — отшатнувшись поздоровалась я с ним. — Что-то произошло на уроке с моими учениками?

— Привет. Поговорим?

— Если это не касается рабочего процесса, то вынуждена вас огорчить, я спешу.

— Куда? — сложив на груди руки спросил он, приподняв бровь и загородив своей мощной фигурой проход.

— В столовую. Обед всё-таки, кушать знаете ли очень хочется.

— Пойдём, — резко разворачивается и кладёт мою руку к себе на сгиб локтя, лишая меня возможности отказаться или ретироваться. — Нам в любом случае следует всё обсудить, убегая от разговора, ты ничего не решишь.

— Мне нечего с вами обсуждать. Ничего особенного не произошло, а если бы и произошло, то больше никогда не повторилось.

Бойцов резко остановился, и я по инерции шагнувшая вперёд, чуть опять не впечаталась в его грудь.

— Решила спрятать голову в песок как страус и делать вид, что всё так и должно быть⁈ — едва не повышая голос, возмутился мужчина.

— Не кричи, — зашипела как кошка на мужчину я и улыбнулась проходящим мимо школьникам. — Ты привлекаешь к нам ненужное внимание. Да, я считаю, что всё на этом должно закончиться.

Сверкнув глазами и, не говоря больше ни слова, он аккуратно снял мою руку с локтевого сгиба и развернувшись в обратную сторону зашагал прочь. Моё глупое сердце обливалось кровью, билось в такт его шагов и умоляло прямо сейчас догнать мужчину.

Но врождённое упрямство заставило меня продолжить путь в столовую. На ватных ногах я добралась до пункта назначения и со стеклянными глазами остановилась у буфета.

— Миленькая моя, ты чего такая бледная? Плохо что ли? Давление или ученики довели? — тут же засыпала меня вопросами заботливая Людмила Захаровна.

— Всё хорошо. Устала немного.

— Я тебе по секрету новость расскажу. Взбодрю немного так сказать, — женщина подалась ко мне корпусом и заговорщически понизила голос. — В этом году корпоратив праздновать в школе будут.

— Да? Почему? Неужели денег на аренду кафе не нашлось?

— Прям-таки. Элла Фёдоровна просто сказала, что не хочет позора как в прошлом году и поэтому сор из избы выносить не будет.

— Неужели что-то серьёзное произошло? — теперь уже я подалась вперёд от любопытства.

— Историк напился, англичанка к физруку приставала прямо там, на танцполе, — щедро делилась информацией наша заведующая ложками да поварёшками.

— Какие страсти! Приставания-то увенчались успехом? — на душе тут же заскребли кошки и полоснула ревность. Я прекрасно понимала, что та самая англичанка приставала к одному из «моих» физруков. Пусть это было почти год назад, но ведь нет ни одной гарантии, что такое не повторится и в этом году. — Зато вам теперь весь праздник обломают. Будете в очередной раз у плиты стоять.

— Нет, что ты. Начальство сказало нам всё из ресторана доставят, — пропустила мимо ушей фразу о приставаниях и отмахнулась от слов про готовку Людмила Захаровна. — Но присутствовать мне всё же придётся. Разве я могу свою кухню без присмотра оставить. Натворят тут дел ещё без моего ведома.

— Так и без этого разве стоит упускать возможность хорошо отдохнуть? — игриво подмигнула этой словоохотливой женщине я.

— Ну вот, теперь и у тебя глазки загорелись. Ты давай самое красивое платье одевай. Глядишь физрук ещё сам к тебе приставать полезет. О, Валера, лёгок на помине.

У меня же по спине вновь прошёл электрический ток и затылок опалило его дыхание. Он не приближался вплотную, но я каждой клеточкой своего тела чувствовала его присутствие. Словно даже если я закрою глаза пойму, куда он смотрит или решит дотронуться.

— Ох, Ульяна Романовна, заболтала я тебя. Что кушать будешь моя ты тростиночка?

— Кофе и булочку, — едва выдавила из себя, пытаясь бороться с нахлынувшими чувствами.

— Поговорим? — как только буфетчица отвернулась, чтобы выполнить мой заказ спросил Валера.

— Нет.

— Ульяна, не строй из себя недотрогу. Я знаю, что тебе всё понравилось. Пострадала немного и хватит.

Всё это он говорил, находясь за моей спиной. Возвышаясь словно гора и морально подавляя не только своей мощью, но и запахом. Нос уже давно жадно втягивал аромат его тела смешанный с парфюмом. У Валеры он был более резкий, я бы сказала хищный, у Витали наоборот, терпкий, пряный и головокружительный.

— Приятного аппетита, — подала мне заказ Людмила Захаровна. — Валер, тебе как обычно?

— Да.

И вот надо же было Колесникову выбрать именно этот момент, чтобы шагнуть вперёд. По всем законам жанра, я не ожидающая такого поворота событий едва не врезалась в мужчину и дёрнула рукой, в которой была чашка кофе. Конечно же, я благополучно пролила его себе на блузку. Новую, первый раз надетую вещь!

— Заррраза! — вскрикнула я, понимая, что кофе был довольно горячим.

— Ульяна! Больно?

Валера вынул из кармана спортивных брюк платок и, потянув за пуговицу часть блузы, стал оттирать с неё кофе.

— Валерий Сергеевич, неужели вы не видели, что я иду в вашу сторону с чашкой кофе в руках! — шипела я от возмущения и лёгкого жжения в районе груди.

— Не думал, что так получится, — виновато взглянув мне в глаза, продолжал тереть ткань многострадальной блузы.

Тут к нам подоспела буфетчица, в руках которой было небольшое махровое полотенце. Сунув в ладони Валере она начала причитать про то, что у меня там, наверное, ожог и мне нужно срочно к медику.

— Да нет, не переживайте. Всё хорошо. Блузку только жаль, — пыталась я успокоить взволнованную происшествием женщину.

— Валера, ну-ка проводи девочку в медпункт. Живо!

— Слушаюсь и повинуюсь Людмила Захаровна!

Мужчина тут же подхватил меня под локоток и сунув в руки полотенце, что предоставила буфетчица повёл на выход из столовой. Хорошо, что в это время там уже почти никого не было.

Глава 10

Ульяна.

— Валера, куда ты меня тащишь? — возмущённо спросила мужчину, быстро перебирая ногами и пытаясь подстроиться под его размашистый шаг.

— В медпункт. Вдруг там, правда, ожог.

— Всё там в порядке. Блузку только испортил, — буркнула я, а мой провожатый резво остановился.

— Я бы сейчас не только блузку твою испортил, но и с удовольствием разорвал трусики, что на тебе надеты. Повернул бы к себе спиной, при этом нагнув вон на тот подоконник и пару раз шлёпнув тебя по аппетитной заднице, вогнал бы член по самые яйца. Чтобы не только брыкаться перестала,