Таким жалким голос Алексея я не слышала никогда.

Он, поняв, что я колеблюсь, быстро добавил:

– Завтра я встречаюсь с ними. Если твой отец согласится похлопотать обо мне, то я всё расскажу ФСБ. Они смогут устроить там засаду…

– Ты хочешь, чтобы я помогла тебе спастись? – я не верила своим ушам. – После всего, что ты сделал?

– Не мне. Нам. Лена, они не остановятся. Даже если меня убьют, они всё равно попытаются добраться до "Кристалла". И до тебя. До Таи. Я расскажу всё, что знаю. Сдам всех, кого знаю. Дам любые показания, – он говорил быстро, нервно. – Только защитите меня. Они убьют меня завтра, если я не привезу документы.

– Какие документы? – утчонила я.

– Доверенность от тебя с разрешением подписывать бумаги за тебя. Или справку о том, что ты признана недееспособной и я получил право подписи.

– Хорошо, – выдохнула я, – я попрошу папу ходатайствовать за тебя.

– С-спасибо, Лена, – облегчённо прошептал он.

В итоге моему бывшему мужу пообещали смягчение приговора в обмен на сотрудничество со следствием.

Встреча с Алексеем была назначена в ресторане "Панорама", в двенадцать ноль-ноль завтрашним днём. Будет присутствовать Дмитрий и сам Гранкин.

Глава 9

12:00, ресторан «Панорама»

Майор Соколов занял столик в основном зале, изображая обычного посетителя с газетой. В микронаушнике потрескивала связь:

– Орёл-1 на позиции. Объект проследовал на второй этаж, VIP-зона.

– Орёл-2 готов. Снайперская позиция занята.

– Группа захвата готова. Контролируем все выходы.

Алексей Рогожин поднялся по мраморной лестнице на второй этаж, где его встретил охранник в чёрном костюме и проводил в роскошный кабинет "Империал" с панорамными окнами и кожаной мебелью. Микрокамера, закреплённая на его пиджаке, транслировала изображение в мобильный центр управления, который был припаркован в переулке.

– Связь есть, но сигнал слабеет, – доложил техник. – В кабинете установлено оборудование подавления.

– Звук держится? – спросил полковник Волков, стоявший за спиной оператора.

– Пока да, но если включат глушилки на полную мощность…

12:05

В кабинет вошёл Дмитрий Вайновский. Высокий, подтянутый, с холодными серыми глазами. Осмотрелся, достал небольшое устройство и включил его.

– Генератор белого шума. На всякий случай, – хмыкнул он, садясь за массивный стол из красного дерева. – Теперь можем говорить откровенно. Надеюсь, у тебя есть хорошие новости?

– Дима… я старался, но Лена сбежала из клиники. Кто-то ей помог…

– Я знаю, – отрезал Дмитрий. – Виктор Львович будет здесь через пять минут. Готовься объяснять неудачу.

В мобильном центре звук стал приглушённым, с помехами.

– Усиливайте сигнал, – скомандовал полковник. – И готовьте штурмовую группу.

12:15

Виктор Гранкин появился в кабинете через служебный ход, который вёл с парковки через кухню ресторана. Среднего роста, в сером костюме и очках – на вид обычный бизнесмен. Но полковник знал: за этой серой внешностью скрывается один из самых опасных криминальных авторитетов.

– Алексей Владимирович, – голос Гранкина был тих, но отчётливо слышен в звукоизолированном кабинете. – Расскажите о ваших проблемах.

– Виктор Львович, моя жена неожиданно вернулась, застала меня с Марией, всё пошло не по плану…

– Досадно, – кивнул Гранкин. – Но исправимо. У вас есть сорок восемь часов.

– Но что я могу сделать? Лена под охраной, у неё адвокат…

– Кира Львовна Петрова, – спокойно сказал Гранкин. – У неё есть дочь. Студентка, живёт одна. Очень уязвимая позиция.

– Нельзя трогать детей! – побледнел Алексей.

– Двадцать лет – не ребёнок, – усмехнулся Гранкин. – Несчастный случай. ДТП или передозировка. После этого гражданка Петрова пересмотрит приоритеты.

В мобильном центре полковник Волков зло сжал кулаки:

– Довольно. Начинаем операцию.

– А если это не поможет? – тем временем прошептал Алексей.

– Тогда несчастье постигнет других, – пожал плечами Гранкин. – Вашу дочь, например. Тринадцать лет – опасный возраст для суицидов. Особенно после смерти матери.

– Всем группам – к действию!, – прозвучала команда главы операции и бойцы пошли в наступление.

12:30

Группа захвата бесшумно поднялась по служебной лестнице на второй этаж. Впереди шёл майор Соколов с тремя оперативниками, за ними основная группа из шести бойцов.

Но в коридоре перед VIP-кабинетами их уже ждали.

– Стоп! – рявкнул охранник Гранкина, выставив руку. – Частная территория!

– ФСБ, операция по задержанию! – майор показал удостоверение. – Отойдите!

Охранник сделал шаг назад, рука потянулась к пиджаку:

– У вас нет права…

– Лежать! – заорал оперативник, но было поздно.

Бандит выхватил пистолет. Коридор взорвался грохотом перестрелки. Первый выстрел прогремел оглушительно в замкнутом пространстве, пуля срикошетила от мраморной колонны рядом с головой майора.

– В укрытие! – Соколов нырнул за декоративную колонну, выхватывая пистолет.

Из-за угла выскочили ещё трое охранников Гранкина. Началась перестрелка: гулко хлопали выстрелы, звенели осколки разбитых зеркал, сыпалась штукатурка с потолка.

– Группа захвата, поддержка! – закричал в рацию майор.

Один из бандитов попытался обойти оперативников с фланга, но лейтенант Крылов заметил манёвр:

– Справа!

Автоматная очередь прошила грудь нападавшего. Он рухнул, захрипев кровью, пистолет выпал из ослабевших пальцев.

– Прикрывайте! Иду к кабинету! – майор Соколов рванул вперёд под прикрытием огня товарищей.

Оставшиеся бандиты, поняв безнадёжность ситуации, начали отступать к окнам, но снайперы на соседних зданиях уже заняли позиции.

– Бросайте оружие! – заорал майор. – Здание окружено!

Последний из телохранителей Гранкина, раненный в плечо, выбросил автомат и упал на колени:

– Не стреляйте! Сдаюсь!

12:45

Майор Соколов рванул дверь VIP-кабинета. Внутри за столом сидели Гранкин, Дмитрий и бледный как смерть Алексей.

– Виктор Львович Гранкин! – автомат был направлен прямо в лицо криминального авторитета. – ФСБ! Руки на стол!

Гранкин даже не вздрогнул. Медленно поднял руки:

– Предъявите ордер.

– Вот, пожалуйста, – майор бросил документы на стол. – По подозрению в организации преступного сообщества и угрозах убийством.

– Я требую адвоката.

– Получите.

Дмитрий Вайновский вскочил из-за стола:

– Это провокация! Мы обсуждали деловые вопросы!

– Расскажете следователю, – оперативник надел на него наручники.

Алексей сидел, дрожа всем телом:

– Я думал… когда началась стрельба… думал, что меня убьют…

– Операция завершена, – сказал майор. – Ваши руки, – и надел наручники на бывшего мужа Елены. –