— Мамочка… — пискнула Арли, когда этот рослый незнакомец быстро шагнул и подхватил ее на руки. — Адрэа-а… Адрэа! Ой, что ты делаешь⁈ И как ты сюда попал⁈

— Ти-ихо! Не шуми, а то охрана примчится тебя спасать.

Арли тут же осеклась, а он легонько подбросил ее в воздух, беззвучно рассмеялся, когда услышал в ответ тихий взвизг. Но ловко поймал, поставил наконец на ноги и, присев на корточки, хмыкнул.

— Порталом пришел. А координаты старый друг подсказал.

— Как же ты сюда добрался? От столицы же далеко, — испуганно замерла маленькая провидица. Но Адрэа только отмахнулся.

— А у меня практика сегодня началась. Тут, неподалеку, в крепости Ровная. Мы только сегодня приехали. Ну так вот, когда все потопали спать, я портал открыл и сразу к тебе.

— А… а зачем? — неуверенно переспросила Арли.

— Как, зачем? — изумился он. — Разве я мог тебя не поздравить⁈

С этими словами Адрэа порылся за пазухой и достал оттуда небольшую белую коробочку, обвязанную золотой лентой.

— С днем рождения, маля… хотя нет. Тебе уже восемь. Совсем большая стала. А значит, ты теперь не малявка, а малышка. Держи. Исправляюсь, так сказать, сразу за два прошедших года.

Арли неловко переступила, когда он аккуратно наклонился и чмокнул ее в щечку, а потом заглянула в коробочку и ахнула: там лежал изумительной красоты браслет с крупными сильмаринами и такие же красивые сережки. Причем сильмарины были необычными, не просто желтого, а желтовато-зеленого, весьма редкого оттенка, который очень подошел бы к ее кулону. Поэтому при виде такой красоты маленькая лэнна сначала заулыбалась. Потом чуть не расплакалась. Но все же взяла себя в руки. Гордо вскинула голову. А затем потянулась вперед, деликатно коснулась губами его бритой щеки и тихо-тихо сказала:

— Спасибо.

— Нравятся? — улыбнулся Адрэа, когда она все-таки зарделась и прижала заветную коробочку к груди.

— Очень.

— Ну и славно. Сейчас, может, еще рановато, но, когда вырастешь, никто не запретит тебе их носить.

Арли так же смущенно кивнула.

Да, ушки она себе пока не проколола, мама сказала, что раньше десяти лет не позволит, поэтому какое-то время сережкам придется полежать в тайнике. Да и браслет просто так будет не надеть, иначе взрослые непременно спросят, откуда он взялся. Но иногда, когда никого не будет рядом, его все-таки можно будет примерить и тайком полюбоваться на красивые переливы. Ну а потом она и правда станет взрослой, и тогда даже бабушка Иэ не посмеет запретить ей надеть подаренные Адрэа украшения.

Арли еще немного постояла, не зная, что сказать, но Адрэа сам все решил и, окинув быстрым взглядом ее комнату, в которой, к счастью, никто не додумался поселить соседку, после чего снова подхватил девочку на руки, в два шага добрался до ближайшего стула. И, усадив ее к себе на колени, деловито сказал:

— Ну а теперь рассказывай.

— О чем? — растерялась Арли, так и не выпустив подарок из рук.

— Обо всем. Как ты тут живешь. С кем учишься. Какие у тебя преподаватели, чем вы занимаетесь по утрам и вечерам…

Арли при виде его подчеркнуто серьезного лица так же тихо рассмеялась. Но потом спохватилась. Вспомнила о важном. Расстроилась, конечно. И, тяжело вздохнув, ответила:

— Да я бы рада, но тебе нельзя здесь находиться.

— Пустяки. Если будем говорить тихо, никто не узнает.

— Дело не в этом, — девочка аж губу закусила с досады. — Нам нельзя. Правда. Я не могу тебе сказать всего, но если мы будем видеться… в общем, будет плохо.

— Кому плохо? — нахмурился Адрэа.

— Нам. Тебе. И я… прости, не могу об этом говорить! — вдруг взмолилась маленькая провидица. — Это запрещено! И тебе сюда приходить тоже запрещено. Не потому, что школа, а потому что… короче, нельзя, Адрэа. Ты… тебе нужно уйти!

Он скептически на нее посмотрел сверху вниз.

— У тебя что, предвидение было?

— У меня — нет, — с несчастным видом отозвалась девочка. — Но бабушка Иэ сказала…

— Ах, бабушка Иэ… Давай так, — хмыкнул Адрэа. — Если ты не хочешь меня видеть, то я не буду приходить. Если тебе духи предков сказали, что мое присутствие несет для тебя угрозу, я тоже тут не появлюсь. Но если ты хочешь меня выгнать лишь потому, что кто-то что-то там себе напридумывал…

— Но ведь бабушка Иэ лучше знает!

— Не уверен. Так ты хочешь, чтобы я ушел?

— Н-нет, — отчаянно покраснев, прошептала Арли. — Но я боюсь, что когда-нибудь это принесет нам много проблем.

Адрэа ласково погладил ее по голове.

— Все твои проблемы я решу. Не бойся. Никто тебя не обидит. Веришь?

— Верю, — несмело улыбнулась девочка.

— Ну тогда рассказывай. Пара рэйнов у меня еще есть, так что я готов с тобой посидеть.

Арли откровенно заколебалась, но в нем было столько уверенности, от его рук исходило ощущение тепла и такой же спокойной силы. Рядом с ним было хорошо и невероятно уютно. А еще спокойно. Защищенно. Причем настолько, что она настороженно прислушалась к себе, но, вопреки ожиданиям, ничего плохого не ощутила и подумала: ну и дайн с ней, с бабушкой Иэ и ее вечными наставлениями. Адрэа здесь. И это главное. Поэтому маленькая лэнна собралась с мыслями и действительно начала рассказывать, радуясь тому, что хоть кто-то готов ее выслушать.

Причем говорила она довольно долго. О том, что нравилось и не нравилось. О тех, кто ее окружал. О школе. Об уроках… да и вообще обо всем на свете, наконец-то получив возможность излить душу и поделиться тем, что наболело. А когда все-таки выговорилась, ее глаза начали сами собой слипаться, на тело навалилась запоздало проснувшаяся усталость…

Какое-то время маленькая лэнна еще пыталась с ней бороться, чтобы подольше не спать и как можно больше времени провести с важным для нее человеком. Но ей было всего восемь. И она действительно устала от сегодняшних тревог и переживаний. Поэтому довольно скоро со вздохом уронила голову на грудь Адрэа и с улыбкой на губах все-таки уснула, держа его за руку, слыша в голове одобрительный шепот и второй рукой прижимая к груди свой самый дорогой, памятный, самый ценный подарок, с которым, как