«Так-то у меня была партнёрша, да у неё оказались срочные дела. Ну ничего… завтра я с ней обязательно увижусь».

Забавно, что примерно то же самое говорил именинник, когда его спрашивали, чего это главный герой сегодняшнего дня один-одинёшенек.

— Александр, — обратилась ко мне Анна, когда мы отошли от небольшой кучки наших одногруппников, в которой как раз сейчас блистали Лапищев и Медведев.

— Внимательно слушаю, — кивнул я. Хотя голос Анны заставил меня насторожиться.

— Почему, когда Николай Игоревич с придыханием и лучезарным взглядом упоминал свою занятую сегодня партнёршу и говорил о предстоящей встрече с ней завтра… он посмотрел на Ивана Ивановича, говорившего ранее то же самое?

— Эм… — протянул я. Анна глядела на меня с милой улыбкой.

Правда, от этой улыбки некоторые монстры в Проклятых Землях полегли бы замертво.

— Вы говорили, что будете откровенны со мной, — мягко добавила она. — У наших сударей завтра совместное мероприятие с их сударынями?

— Вероятно… — ответил я, мысленно костеря и Лапищева, и Медведева.

— Понятно, — легко ответила Анна.

Я почти расслабился, как вдруг…

— Но непонятно, почему после этого Николай Игоревич посмотрел на вас тем же взглядом, что и на Ивана Ивановича? — спросила Анна, снова повернувшись ко мне.

— Хм… — напоказ задумался я, пытаясь решить, что ответить. — Действительно, почему же…

Мы с Анной не помолвлены и даже не встречаемся. И всё же мне не хочется прямо отвечать на её вопрос. К чему расстраивать девушку лишний раз? К тому же, она и сама многое понимает…

Смысл про это ещё и вслух говорить?

— О! Смотрите! — указал я на вазу с цветами, стоявшую возле одной из колонн. — Подойдём поближе.

— Вы хотите уйти от разговора? — удивилась Анна, следуя за мной.

— Прежде всего я хочу показать вам эти цветы. — Я улыбнулся, когда она увидела вазу. — Белые розы. Ваши любимые. Знаете, я хотел взять с собой букет и встретить вас с букетом. Но всё-таки перед приёмами это не принято. Мешать будет.

Анна остановилась возле вазы и заворожённо смотрела на бутоны.

— Красивые… — прошептала она.

— Но не настолько красивы, как вы, — улыбнулся я.

Она посмотрела на меня с лёгким укором и покачала головой.

— Будем считать, я забыла про свой прошлый вопрос, — проговорила она, буравя меня взглядом.

Я чуть опустил веки, принимая её ответ.

Тут ведь какая ситуация… Мы оба понимаем, что, если она будет требовать от меня ответов, добром это не кончится. Прежде всего потому, что тогда наши «особые дружеские отношения» зайдут в тупик. Придётся либо сдавать назад и делать вид, что разговора не было. Либо…

Заканчивать всё.

Анна явно непростая дворянка. Хотя даже и «простая» не может распоряжаться своей судьбой полностью. Вспомнить ту же Ольгу Извольскую!

Если я предложу Анне сбежать вместе — она откажется.

Если позову её замуж — результат будет тот же.

— Я… поражена, что вы запомнили про белые розы, — проговорила она, снова уставившись на цветы.

— Я запоминаю всё, что вы рассказываете о себе.

— Звучит жутко, — хмыкнула она.

А затем повернулась ко мне и заглянула мне в глаза.

— Спасибо за этот приём. Вы справились с миссией, которую возложили на свои плечи. Я в самом деле смогла расслабиться и отдыхаю на этом празднике.

Она едва заметно улыбнулась.

— Всегда пожалуйста, — ответил я. — В будущем, надеюсь, смогу и дальше устраивать вам отдых.

Она выдержала мой взгляд, а затем молча кивнула, дав понять, что услышала мои слова.

Отказываться сразу она не стала.

Как и развивать эту тему.

Вот и правильно! Пока не стану князем, никаких серьёзных отношений.

— О, музыканты на сцену выходят, — заметил я. — Пойдёмте, послушаем?

— Пойдёмте, — грациозно кивнула Анна. — Сегодня выступает очень хорошая кавер-группа. Легальная.

— А бывают нелегальные? — удивился я, пока мы шли к сцене.

— Бывают те, кто не платят отчисления правообладателям, — строго заметила она.

Мы плавно шли к сцене, наслаждаясь моментом. Анна в самом деле почти расслабилась. И это несмотря на то, что по пути на приём на наш кортеж напали, а потом девушка рассказывала мне страшные вещи про пропавших студентов.

Эти исчезновения в самом деле не дают ей покоя.

Тогда, в машине, я попросил Анну по возможности держаться подальше от «змеевидцеев» и сильно не рисковать.

— Вы предлагаете мне оставить этих мерзавцев? Чтобы они и дальше творили то, что им вздумается? — вспылила она тогда.

— Нет, — отвечал я. — Я просто прошу вас не рисковать и держать под рукой мой телефон с моим номером. Я сейчас в Москве и, если вам потребуется помощь, приеду незамедлительно.

Тогда в машине мы ещё немного поговорили про исчезновения студентов, а затем подъехали к месту проведения праздника, и тема сошла на нет.

И мне не хочется возобновлять её. По крайней мере, сегодня с Анной.

Пусть и дальше отдыхает.

— О, смотрите, бояре Птичниковы, — шепнула мне Анны, взглядом указав на одну пару, стоявшую недалеко от сцены. — Надо будет к ним подойти, познакомиться. Может быть, для вас это знакомство станет полезным, ведь они занимаются продажей запчастей для тяжёлой техники. «Уралов», броневиков.

— Интересные гости, — задумчиво произнёс я, глядя на эту парочку. — Самые высокородные после нашей баронессы и княжича? — усмехнулся я.

— Видимо так, — степенно кивнула Анна. — Род их очень быстро развивается. Их уже можно называть влиятельными боярами, но при этом они продолжают охотно сотрудничать с небольшими родами. Полагаю, они рассматривают возможность выйти на рынок Новониколаевска через Лапищевых.

Я одобрительно взглянул на свою спутницу. Не в первый раз она уже даёт мне краткую характеристику на тех или иных гостей.

— Впечатлён вашими познаниями, — признался я.

— Аристократке должно многое знать, — парировала она, чуть вздёрнув носик.

Мои слова ей были приятны.

И в доказательство этого Анна решила развить успех:

— А вообще, с Птичниковыми связана одна занимательная история. Ещё задолго до того, как они получили статус боярского рода, существовал дворянский род Голубевых. И в этом роде глава поссорился со своим младшим сыном. Он велел ему выйти из рода. Сам не выгнал, так что юноша остался дворянином и создал свой род. Род