просто, очень, о-очень грустно-о-о, — девочка вытерла очередные выступившие слёзы и снова посмотрела на нижние этажи.
— Ну что ты, в самом деле. Почему тебе грустно? Не раскисай, Ханна, ты же сильная, со всеми трудностями справишься… — с каждым словом я приближался всё ближе, — ты, главное не прыгай, хорошо? Можно же всё решить иначе, давай я тебя развеселю? — ещё один, два шага…
— Но я хочу полетать! А как ты меня разве…. — прыжком я кинулся к девочке, и рывком сбросил ту с перил на саму лестницу.
— Держите её! Ну же! — крикнул я остальным, стараясь зафиксировать положение девочки. Однако она столь яростно этому сопротивлялась, что я чуть не сломал ей руку в процессе.
— Я хочу лета-а-ать! ХОЧУ ЛЕТА-АТЬ! — кричала и извивалась Ханна, даже когда её скрутили пять учеников.
— Ханна! Что с тобой? Почему ты себя так ведёшь? — пыталась докричаться до подруги Сьюзен.
— Отойди, — сказал я девочке, — это, возможно, не совсем Ханна, так что твои вопросы бессмысленны.
— То есть, как, не совсем Ханна…
Задержка Ханны Аббот утром в уборных, где стоят те самые умывальники… Назвала меня красавчиком, а это выражение я слышал только от одного существа… От духа школы, из того зеркала.
— Нужно это проверить. Ведите её к гостиной Пуффендуя, и следите только, чтобы она не вырвалась и не сиганула вниз.
С трудом, но мы смогли добраться до кучки больших дубовых бочек, что являлись замаскированной дверью в обитель барсуков.
— Открывайте, ну! — сказал я нерешительным пуффендуйцам, отчего они, наконец, отмерли и постучали в правильном порядке по бочкам. Часть их раздвинулась, и открылся проход, — ведём её к умывальникам!
Старшие курсы Пуффендуя провожали нашу процессию взглядами со всевозможными эмоциями, но, как обычно, никто к нам не подходил и все они являлись простыми наблюдателями.
Я быстро обошёл зеркала в умывальне, выискивая хоть какие-то намёки, и, как ни странно, нашёл. На одном из зеркал виднелся чёткий отпечаток детской ладони. Я попробовал его стереть, но у меня ничего не получилось. Это оно!
— Тащите её сюда! — группа гриффиндрских и пуффендуйских мальчиков несла беснующуюся девочку к стеклу.
— Нет! Красавчик, не н-надо-о…
— Дайте её руку, и держите крепко, — я с силой распрямил фаланги пальцев девочки, и поднёс её раскрытую ладонь к зеркалу. Повозился ещё немного, чтобы расположение совпадало с отпечатком. И…
В зеркале появился тот самый дух школы под личиной Ханны, который вскоре исчез, а реальная девочка прекратила дёргаться.
— Что… Что произошло? Отпустите меня! Вы чего меня держите? — Ханна пришла в себя и сильно занервничала, обнаружив себя в уборной вместе с кучей мальчиков.
— Ханна? Это ты? Ты в порядке? — сквозь толпу первокурсников пробилась к подруге Боунс.
— Сью! Что они все здесь делают? И почему большинство из вас в каких-то красных пятнах?
— Ты ничего не помнишь?
Ханна в ответ недоуменно покачала головой.
— Ну, — я почесал затылок, — своё дело мы сделали. Гриффиндор, пойдём на выход, нам ещё в гостиную до отбоя надо успеть. И, это касается всех — не слушайте собственные отражения в зеркалах!
Глава 8. Суббота
И тогда, наверняка, полетим мы в облака, И красавица обучит всех нас чарам…
Мы то живы все пока, хоть и ранены, слегка,
А неделя то кончается кошмаром…
* * *
Полёт на мётлах
Утро выдалось зябким, с резко противной погодой в виде сильного ветра и сплошной пелены густых серых облаков на небосводе. Солнечный свет, если и присутствовал где-то поблизости, то умело от нас скрывался за этой пасмурной действительностью.
Богатые на события дни в Хогвартсе пролетали всё быстрее. Казалось бы, совсем недавно я сидел с распределяющей шляпой на голове, а вот, уже прошла почти неделя.
Суббота. День дополнительных занятий. И в этот, между прочим, выходной день, мы — сонные и измотанные чередой нескончаемых уроков, сразу после завтрака направились на урок полётов на метле. Ну а столь мерзкая погода лишь усиливала наши чувства и ощущения, никому по итогу не прибавляя хотя бы толики радости.
В руках мы несли те самые мётлы, на которых будем «парить в небесах».
Занятие должно было происходить не где-то, а, на секундочку, на квиддичном поле! Большой овальный стадион с прямоугольными башнями-трибунами должен был произвести на нас грандиозное впечатление. Только вот при выходе из замка он виднелся издали, а топать до него оказалось не меньше полумили.
— Не сметь никому взлетать! Вы ещё первый урок не прошли, а уже норовите убиться при помощи гравитации? Всем идти пешком!
Мадам Трюк. Сопровождала нас прямиком на свой урок, можно сказать — вела за ручку. Неприятная особа: слишком мужиковатая, слишком резкая, да ещё и голос у нее противный. Достаточно плохой учитель по стандартным меркам. Выше среднего по меркам Хогвартса.
— Мадам Трюк, а если я умею обращаться с метлой, можно мне долететь до стадиона? — заискивающе спросил юный Нотт, прижимая метлу к своей груди.
— Вот когда переживёшь год моих уроков, тогда и сможешь говорить о своих умениях. А до тех пор, даже не вздумай без команды отрываться от земли! Повторяю, пока не дойдём до стадиона, это касается всех вас!
И почему не позаниматься на одной из многочисленных лужаек поблизости, или в том же внутреннем дворе? Зачем к стадиону то идти!?
— По какой причине она так противно орёт? — шепнул мне в ухо Симус, — я готов отдать десять баллов за затычки для ушей.
— Взрослые всегда орут на детей, чтобы самоутвердиться, — ответил я негромко приятелю, — они кажутся себе очень крутыми и значимыми в эти моменты.
Симус хмыкнул, и мы пошли дальше.
Всю дорогу во мне боролись разные интересы: я хотел посмотреть на стадион, но в то же время желал укрыться от непогоды в каком-нибудь тёплом помещении; я собирался попробовать полетать на метле, но небезосновательно беспокоился о безопасности сего мероприятия.
Весомым фактором моего недовольства стала удалённость от Хогвартса. Вот сломает себе кто-нибудь из учеников кучу хрупких косточек при падении. Кто его до замка нести то станет? И как долго? Нет, будет просто замечательно, если в случае увечий, мадам Трюк отвезёт бедолагу в больничное крыло, проделав столь длинное расстояние на метле. Только вот я что-то очень сильно сомневаюсь в подобном альтруизме со стороны преподавателя. А ученики… Реально ли вообще одиннадцатилетке перевезти аналогичную тушку, удерживая ту на метле? Не думаю, что подобное вообще возможно, уж точно