Таким образом у меня появилось около четырех сотен солдат, которые могли зажать бунтующих сразу с двух сторон, с замка и непосредственного въезда в город. Впрочем, давить толпу грубой силой я по-прежнему не собирался. Солдаты нужны были для контроля, а не для кровопролития. Бунтовщики по большей части — обычные горожане, злые и напуганные, а не вражеская армия. Если начнем их рубить, то сами же потом огребем последствия. Не хотелось мне спустя месяц после коронации прослыть кровавым тираном.

— Перекройте все основные выходы из центральных кварталов, — приказал я Синицыну,который прибыл с колонной из Штейнбаха. — Людей не трогать, но выпускайте только тех, кто хочет разойтись по домам. Обратно на площадь никого не пускать. Без моего прямого приказа оружие и магию не применять

— А если полезут?

— Щиты, древки, кулаки. Стену держите, но чтоб без увечий.

— Понял, Ваше Величество.

Я не то чтобы многое знал о подавлении бунтов, но кое-какие сведения имелись. Нужно разогнать основную массу и охладить пыл у особенно горячих голов. И если все сделать правильно и обезвредить лидеров, то толпа не сможет реорганизоваться.

Синицын козырнул и убежал раздавать команды. Через него дело шло куда быстрее, чем через местную стражу, те и без того были перепуганы происходящим и не особо горели желанием лезть в гущу событий, что в целом было неудивительно. На постах остались самые бестолковые, а вот толковых ребят я использовал для других целей.

Сам я тоже не стал просиживать штаны в замке, а отправился в город, собираясь наблюдать за подавлением беспорядков с крыш. Солдаты растянулись цепочкой вдоль ключевых перекрестков, перегородив улицы щитами и броневиками. Сами машины тут играли, скорее, роль баррикад, впечатляющих своим видом. Да и пулеметную очередь предосудительного огня в случае чего могли дать.

И в целом всё шло просто замечательно. Народ, конечно, злился и пытался нападать на солдат, но среди прибывших из Штейнбаха было много одаренных, которые по физическим возможностям превосходят простых людей. Да, среди бунтовщиков попалось несколько «богатырей», но их было заметно сразу, и, получив мое разрешение по рации, Синицын дал добро открыть огонь по конечностям.

Это немного переполошило толпу, и те, кто был самым трусливым, стали рассыпаться и уходить прочь от основного места столкновений. Уже через пару часов мы смогли отбить городскую управу, да и большую часть бунтовщиков разогнать. Осталось несколько очагов, в которых самые упертые укрепились и сопротивлялись чуть ли не до смерти. Но разобраться с ними было вопросом времени. Я же получил передачу из замка и поспешил вернуться.

Там невидимка из Чащи уже ждала меня с первым из координаторов бунта.

Мужик лет тридцати, одетый как торговец, но с мозолями на руках явно не от прилавка. При нем нашли кошель с тридцатью золотыми и записку с инструкциями.

— Этот самый крикливый был, — сообщила Лилия. — Ещё двоих я нашла, но они оказались шустрее. Пришлось обездвижить.

— Живы?

— Относительно. Ходить смогут. Когда-нибудь.

Я давал приказ на устранение, но три живых руководителя восстания лучше, чем один. Я давал первый приказ, думая, что девушке в одиночку будет тяжело найти и притащить в замок больше. Видимо, я её немного недооценил.

Допросить первого захваченного я поручил Карлу. Полувампир, при всей его сдержанности, умеет быть очень убедительным, когда хочет. Не знаю, что именно он там делал, и не хочу знать, но уже через час у нас были имена. Как я и подозревал, координаторами оказались люди Артара. Засланцы просочились в город ещё до коронации и тихо ждали подходящего момента. Ритуальные убийства были их работой, причем жертв они выбирали специально. Дети, молодые девушки — те, чья смерть вызовет максимум гнева у простых людей.

— Мрази, — выругался я, когда Карл изложил результаты допроса.

— Согласен, — кивнул он. — Но метод работает. Люди видят принесенных в жертву и звереют.

— Сколько ещё таких тварей может быть в городе?

— Неизвестно. Схваченный утверждал, что их ячейка единственная, но я сомневаюсь, что он знал полную картину.

Паршиво. Значит, даже после того, как мы уберем этих, нет гарантии, что завтра не всплывут новые. Но бунт хотя бы немного выпустил пар самым озлобленным, в то, что другим заговорщикам так легко будет собрать народ, я уже не верил. Да и необходимость перебросить сюда часть гарнизона и ввести военное положение стало очевидным.

Но одно я знал точно: как только мы покончим с Артаром и кланом Даммерхэрен, всё закончится.

Глава 15

Неделя после бунта прошла в привычном ритме. Порталы, мастерская, совещания с Карлом, снова мастерская. Военное положение в городе мы оставили, и улицы патрулировались усиленными нарядами. Ночью был введен комендантский час, да и днем следили за тем, чтобы люди не собирались большими группами.

Отдельной головной болью стал ущерб городу. Одиннадцать лавок сгорели, ещё с десяток были разгромлены, ара мастерских и один жилой дом, к счастью, пустой. Городская управа осталась цела, но внутри погромщики успели перевернуть всё вверх дном и частично уничтожить архивы.

Ну и конечно, людские настроения. Тут было сложнее всего.

Я не стал устраивать публичных казней и показательных расправ, хотя Карл на них настаивал. Вместо этого мы провели открытый суд над схваченными координаторами бунта, которых к моменту этих самых судов стало гораздо больше, чем трое. Лилия притаскивала новых зачинщиков чуть ли не несколько раз на дню. И по той же причине мы почти каждый день кого-то вешали. На первой казни я присутствовал, но вот дальше оставил эту «честь» кому-нибудь другому.

Вторым делом после суда стала организация тайной стражи. Идею подкинул Карл, и на этот раз я с ним был полностью согласен. Нельзя снова допустить ситуацию, когда вражеские агенты месяцами сидят у нас под носом и готовят бунт, а мы об этом узнаём, только когда город уже горит. Но если Карл предлагал сделать главой такой тайной стражи «достопочтенных мужей», то вот Лилия, которую я тоже решил позвать на это совещание, учитывая её вклад в поиски бунтовщиков, придерживалась противоположного мнения.

— Лучше привлечем к этому делу подпольных воротил, — предложила она. — Преступники всё равно никуда не денутся, но… если мы привлечем их на свою сторону,