— Думаешь, почему Плио на тебя кинулась? Свой кинжал искала, тот был на неё завязан, она была его хозяйка. Потому‑то у неё с Виталиано такой союз и был: он пел Песню, а кинжал принадлежал Далии. Когда ты ведьму привязанным к ней оружием ударила, то связь эта прервалась. Плио сдохла в муках, а тебе часть её силы досталась, понимаешь? Ты, Кара, в тот миг пелену прорвала, но не заметила, поди, уж больно момент был… напряжённый.

— Так я уже тогда была полноценным магом⁈ — выдохнула я, чувствуя, как внутри всё переворачивается.

— Ага, — кивнул Кудей и посмотрел на небо. — Однако, уж полдень близится, пора бы нам и отдохнуть. Вон рощица виднеется, давай туда свернём. Чую я, там родничок бить должен, уж больно зелено.

— Нет, погоди, рано же ещё, — я нетерпеливо дёрнула поводья. — Ты посмотри на лошадей, они даже не вспотели.

— Карина Александровна, — укоризненно протянул Кудей. — У нас долгий путь впереди, не надо торопиться. Есть время для движения, есть для привала.

Вот же старый хрыч. Нисколько не изменился! Ну ничего, сейчас расположимся, я из тебя всю душу вытрясу.

Нет, вы только подумайте! Я, оказывается, магичка? И мне, оказывается, вовсе не нужно было терпеть весь этот кошмар последних дней? Не надо было стоять голой, привязанной к столбу в юрте Варона, не надо было терпеть горящий пепел, от которого вылезли волосы, не надо было строить из себя безмолвную дуру и игнорить лапанье Щера… Ничего не надо было делать!

Если Кудей проник в логово колдуна и справился с десятками вооружённых слуг, что ему стоило так же поступить со слугами Варона? Уверена, захоти, он бы кончил их всех! Ладно, оставил бы в живых щербатого проводника, чтобы дорогу показал. Уж ему‑то Кудей язык бы развязал, я в этом не сомневаюсь. Так нет же, сидел себе в кустах, пока я задом кверху на лошади тряслась и рисковала оказаться на пыточном столе безумной японки.

Обиходить десяток лошадей оказалось нелегко. Пока возились с ними, было не до разговоров, но вот пришло и время беседы по душам.

— А кто напал на Варона? — запоздало поинтересовалась я, когда мы уселись у небольшого костра и принялись за еду. — И как его нашли, он ведь, кажется, тоже маскировался?

— Не он сам, а проводник. У этого прохиндея был амулет сокрытия. Помнишь, у Ламара был подобный?

— Помню.

— Ну вот. А напали на них люди Волока, я им весточку послал с голубем.

— А…

Вопросов было так много, что я запуталась, какой задать первый. В голове крутилось всё сразу: предательство, манипуляции, судьба друзей, собственная роль в этой игре. Потом плюнула на хитрость и спросила прямо:

— Так ты меня использовал, Кудей? С самого начала?

— Ага, — кивнул маг. — Из всей вашей компании только двое подходили в качестве живца — ты и Валерий. Я выбрал тебя. Никто другой не был так привлекателен для колдуна. Да и баронесса Плио должна была быть уверенной, что сможет выжить. Я предложил ей такой способ, и она с радостью наложила Метку.

— Почему я? Почему не Проц? — мой голос дрогнул, но я заставила себя смотреть ему в глаза.

— Потому что Далия подмяла бы парня под себя, — удивился моей непонятливости Кудей. — Она Игоря легко совратила, что ей бестолковый пацан, только и знавший в жизни, как на клавиши нажимать? Вот только он на пороге прорыва стоял, ему любой стресс был в помощь, а у тебя до первого уровня тогда далеко было. К тому же молодая попаданка — товар более ценный.

— Но… Я же тоже могла прорваться через «пелену»? Ты же со мной специально занимался… — я запнулась, и кусочки пазла встали на места. Я заговорила быстро, чтобы не потерять мысль: — Ты не хотел, чтобы я прорвалась! Далия говорила, что есть зелья, которые помогают при прорыве, снижают боль, повышают силы. Не зелье Прорыва, а просто… магический обезбол, или как его назвать? Я могла стать магом ещё… Где? В Транье? В Старгороде?

— Я сдерживал твою инициацию лишь последние дни, — откровенно признался старик, пряча взгляд и копаясь в своей сумке. — В Транье ты была ещё никем, личинкой. В Старгороде превратилась в гусеницу, а бабочкой могла стать во время казни Вершинина. Не наложи Плио на тебя Метку, ты бы поехала в Китеж вместе со всеми, а мы продолжили бы искать ветра в поле.

— Вот же ты скотина! — прошептала я, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. — Ты же меня сам под колдуна подложил, так? Так. Меня, значит, на жертвенный камень, а сам омолодиться задумал! И ведь ты не один это придумал, верно? Кто из князей — Барбашин или Котырев? Или оба?

— Борис был не в курсе, — мотнул головой предатель. — Слишком уж горяч и нетерпелив. Лазарь знал лишь часть плана, про второй кинжал, которым я Вадима убил, он и не догадывался. Так что Барбашин мне лишь голубя дал, чтобы я его отправил, когда логово колдуна найду, но не верил, что у нас получится с ним самим разобраться. Что может сделать умирающий старик и не проснувшаяся магичка?

— А у тебя получилось, — я вытерла слёзы и зло взглянула на сидящего напротив мага. — Сволочь. Интересно, что скажут князья, когда увидят тебя в таком виде? Котырев тебя на костёр потащит?

— Этот может, — невозмутимо кивнул Кудей, поднимая взгляд от сумки. — Да только вот какое дело, Карина. Маг Кудей погиб, сражаясь с колдуном. В живых осталась только ты, но ты ничего не вспомнишь.

С этими словами он протянул на раскрытой ладони флакончик из цветного стекла. Жидкость в нём казалась чёрного цвета, но я знала, что она фиолетовая. Я уже видела этот флакон, когда собиралась по-пьяни переспать с Игорьком.

— Нет. Я никому не скажу, честно.

— Конечно, не скажешь, Карина, — мягко и настойчиво произнёс Кудей. — Так уж сложилось, прости. Я должен был умереть, но судьба дала шанс, и я встретил того самого колдуна. Это всё изменило. О том, что произошло, знаем только ты и я, и я не собираюсь полагаться на твоё слово. Выпей.

— Нет, — замотала я головой, отворачиваясь от флакона. — Не