— Но что с ними происходит в конце концов? Разве их не хранят в каком-то центральном хранилище?

— Это потребовало бы какой-никакой организации, а мы не организованы. Мы бы не осмелились! Я никогда не задумывался о том, что в конце концов происходит с этими вещами. Возможно, они оседают в бумагах какого-нибудь старого мечтателя вроде меня. Достаточно и того, что они подарили нам несколько мгновений счастья!

— Нет, недостаточно! — горячо возразил Вальтер. — Это величайшее расточительство! Как вы собираетесь что-то улучшать таким образом?

— А кто пытается что-то улучшать? Люди на Земле довольны, а те из нас, кто не совсем… ну, у нас есть наши маленькие подпольные радости.

— И это всё, чего вы хотите?

— А есть что-то ещё?

Рассердившись, Вальтер вскочил.

— Я убеждён, что есть, — и думаю, вы тоже! — резко бросил он. — Если нет, зачем вы взяли меня на то собрание вчера вечером и пригласили сюда сегодня? Зачем отправили меня одного с Марией?

Вилли лишь улыбнулся, но под шёлковым халатом его круглое брюшко затряслось от беззвучного смеха.

— Вы глупый молодой человек… а иногда и не такой уж глупый! Сядьте. Да сядьте уже…

Он подался вперёд в кресле, и лицо его стало серьёзным.

— Пожалуй, старику трудно подходить к закату жизни с мыслью, что красота, любимая им, никогда не вырвется из своей гробницы. Пожалуй, старому маэстро, ценящему талант и очарование молодой женщины, тоже трудно сознавать, что она может так никогда и не понять истинный смысл своего дара. Пожалуй, старик еще может грезить о том, чего юноше не постичь…

Тугой узел у Вальтера в животе медленно начал развязываться.

— Значит, вы мне поможете, — тихо сказал он.

— Да, я помогу вам… если смогу… а вы поможете мне!

По предложению Вилли они решили сначала поговорить с Дайджестером, вынесшим главу из «Дон Кихота».

— Из всех наших друзей он добился наибольших успехов, — сказал Вилли. — Возможно, он согласится организовать группу Дайджестеров, способных выносить вещи для копирования и возвращать их обратно. Хотя я сомневаюсь, что вы сможете многое скопировать здесь, на Земле.

— Тогда мы вывезем их с Земли! Самый дальний мир этой галактики — по крайней мере, насколько мне известно — это Алден IV. Он технически хорошо развит и служит пунктом связи с нашей галактикой.

Вилли позвонил маленькому лысому Дайджестеру, и тот пришел сразу после ланча. Но его реакция на предложение Вальтера оказалась совсем не такой, как они ожидали.

— Это… это ужасная ошибка! — пролепетал он. — Это… это слишком масштабно, слишком! Сейчас, проявляя осторожность, мы можем наслаждаться нашими маленькими совместными вечерами. Но если мы прогневим людей из «Счастливого Времени, Лтд.», мы потеряем всё!

Вилли нетерпеливо щелкнул пальцами.

— А что нам терять? Возможность поиграть в бунтарей за чашкой чая! Этот молодой человек даёт нам шанс действительно сделать что-то ради того, во что мы якобы верим!

Дайджестер выглядел удручённым.

— Мы уже кое-что делаем, — запротестовал он. — Разве не я принес девятую главу «Дон Кихота»?..

— Принес, и мы получили удовольствие! Но что, если бы мы могли вдохновить возрождение искусства в масштабах целой галактики, вместо того чтобы развлекать друг друга нашими мелкими богемными интрижками?

Маленький Дайджестер на мгновение попытался совладать с этой мыслью, но тут же с содроганием отмахнулся от неё.

— Это слишком масштабно, — с несчастным видом повторил он. — Пожалуйста, забудьте об этом, Вилли, — наш путь лучше. — Он бросил взгляд на Вальтера, и его отчаяние сменилось гневом: — Предупреждаю вас, юноша… не создавайте нам проблем! Если вам не по душе земные порядки, возвращайтесь туда, откуда прилетели!

Он протянул Вилли дрожащую руку.

— До свидания, Вилли… Я пойду. — Он помедлил, а потом добавил с робостью маленького мальчика, ожидающего похвалы: — Через две недели я принесу вам ещё одну главу!

Вилли лишь пожал плечами, и маленький Дайджестер, отвернувшись, с грустным видом вышел из комнаты.

В течение следующих двух дней Вилли связался с несколькими другими друзьями-Дайджестерами. Все они, так или иначе, отказались ему помогать. К концу недели лишь двое самых молодых Дайджестеров из богемной среды согласились на сотрудничество, да и те старались не обещать слишком многого.

— Такими темпами, — угрюмо заметил Вальтер, — на сбор сколь-нибудь значимого количества материала уйдут годы, а у меня всего шесть месяцев! Неужели нет других вариантов?

Вилли покачал головой.

— Мне о таких неизвестно.

— Они должны быть! — настаивал Вальтер. — Вы хотите сказать, что во всех домах Земли не осталось ни одной заветной семейной реликвии из прошлого? Ни книг? Ни картин? Ни записей?

— О, уверен, они есть, — согласился Вилли. — Но как до них добраться? Мы ведь не можем дать объявление в газете.

Он умолк, заколебался, потом внезапно щёлкнул пальцами.

— Постойте… может быть, есть вариант… ещё более незаконный, чем ваше первое предложение, но всё же вариант…

— Какой?

— Вчера я использовал слово «подполье», говоря о нашей богемной компании, но на самом деле существует и настоящее подполье… своего рода криминальный мир, промышляющий в основном спиртным. Ограничение на продажу одной порции в одни руки никогда не соблюдалось слишком строго. — Вилли приподнял сиденье банкетки, стоявшей у фортепиано, и достал бутылку. — Если у вас есть деньги, вы всегда можете купить контрабандный алкоголь.

— Какое отношение алкоголь имеет к искусству?

— За определённую плату это подполье может согласиться торговать произведениями искусства, литературы и музыки… в дополнение к алкоголю!

Вилли передал весточку через одного бутлегера, снабжавшего некоторых оперных певцов их любимыми напитками. На следующую ночь, после финального занавеса, седеющий джентльмен в очках и вечернем костюме, выглядевший весьма представительно, встретился с Вилли и Вальтером в пустой гримерке за кулисами. Он говорил на сжатом английском, и Вилли переводил:

— Он говорит, что у него есть друзья, которые могли бы заинтересоваться вашим предложением, если оно будет подкреплено достаточным количеством денег.

— Передайте ему, что денег будет достаточно, — мрачно ответил Вальтер.

Вилли обдумал его слова, а их собеседник скептически улыбнулся.

Вальтер, не привыкший к тому, что его финансовое положение ставят под сомнение, сам обратился к мужчине и спросил:

— Сколько денег вам нужно?

Мужчина понял тон Вальтера, даже если не разобрал слов. Немного поразмыслив, он назвал сумму, шокировавшую Вилли. Тот в смятении повернулся к Вальтеру:

— Десять тысяч кредитов за каждое произведение