А Псих, не успокоившись на достигнутом, подхватил пулемёт, зажал гашетку и с воплем:

— А-а-а-а-а-а!

Пошёл прямо по хрустящим телам к окну, поливая потоком стали, продолжающий протискиваться внутрь здания рой насекомых. Развернулся, швырнул в коридор ещё одну гранату, дождался взрыва и нырнул туда, продолжая и продолжая стрелять.

— Хич, псих долбанный, ты куда⁈

Нам, естественно, никто не ответил, да и какой смысл? Наше положение было нисколько не лучше его. Два окна закрыты, но третьего вполне хватало, чтобы за минуту набить комнату вплотную мечущимися телами.

Я высадил в рой последний рожок, отбросил автомат к стене, ударил по кнопке на каске, выдвигая защиту для лица из плексигласа, активировал Потрошитель.

— Я пустой.

— Пустой.

— Давно, хотя моя Марусенька, моя лопаточка со мной.

— Все спиной к стене, отбиваемся как можем.

Последние слова мои вряд ли кто услышал, до нас добрались и добрались всем скопом. Сначала в нас ударил поток воздуха, а затем и вал тел. Я закрыл с собой Анну, приказав Фракиру бить только тех, кто уже добрался до моего тела, и просто без затей начал потрошителем рубить воздух перед собой крест на крест.

Рядом раздались первые крики боли. Хотя противник был не слишком сноровистым, стоило ему добраться до тела, как он вцеплялся в него мощными челюстями, и начинал дёргать задними, усыпанными шипами ногами, пытаясь разодрать одежду и кожу, желая добраться до лакомой плоти. Благодаря Фракиру мне ещё удавалось отбиваться, он сминал тела севших на меня насекомых, швыряя их в сторону с такой силой, что по пути нередко забивал три-четыре твари, ломая им хрупкие крылья, однако другим я помочь никак не мог. Да и значимо усилиться тоже. Запас свободных наноботов небольшой, да если бы он и был, какую характеристику поднимать? Разве что выносливость поднять, а то рука рубить устала. Хорошо хоть разрубленные тела падают дождём, и уже по колено закрыли собой мои ноги, самое уязвимое моё место. Но если гора поднимется ещё выше, то она станет мешать мне рубить, а скоро я вообще утону в этих телах…

Этими отвлечёнными мыслями я старался заглушить боль от десятков рваных порезов и ещё большего количества сильнейших гематом, оставленных на мне мощными челюстями, а также от мыслей о боевых товарищах, которые умирали в трёх шагах от меня, а я ничем не мог им помочь.

Рука уже одеревенела от усталости, в ушах барабаном билась кровь, и я не сразу услышал раздающиеся с улицы громкие щелчки, а когда услышал, не сразу осознал, что они значат.

Понял только, когда рядом со мной уже не осталось противников, все недобитки развернулись и строем полетели на выход, повинуюсь непонятно чьему приказу. Остался только один, который никак не мог разжать свои челюсти, сомкнувшиеся на моей ноге. Наконец, это у него получилось и лишенный половины конечностей и крыльев уродец пополз вслед за остальными.

— Куда пошёл? Я тебя никуда не отпускал.

Пришпилил сегментированное тело к куче таких же тел, мутным взглядом обвёл заваленное горами трупов помещение, из которого только что упорхнули последние противники и бессильно плюхнувшись на пятую точку.

— Фуф…

И тут же был поднят на ноги возбуждённым Фракиром, который в первый раз за всё это время был накачан энергией по горлышко. Повинуясь смутным образам, зародившимся в голове, я шагнул вперёд, забираясь на груду шевелящихся тел в которую тут же влепилась голова Фракира, разрождаясь сетью серых молний. Груду пронзило насквозь и тела под моими ногами затихли. Над ними поднялось настоящее облако из серебристой пыли, которое будто пылесос всосал в себя Фракир, начавший метаться из стороны в сторону, ударяя и ударяя в ещё наполовину живой ковёр, пронзая его молниями и впитывая себя пойманные души. Мне пришлось пройти по всему залу пока Фракир окончательно не насытился. Или здесь просто не осталось доступных жертв? Вполне возможно. Система устала посылать сообщения о убитых противниках просто увеличивая и увеличивая их число в последней строчке.

Я получил тридцать шестой уровень в начале зала и тридцать седьмой в его конце. А также новое, ещё не виденное мной сообщение о том, что моё сопряжение с энергетическим хлыстом под кодовым названием Фракир улучшено.

Через десять минут мы всё ещё сидели в той же комнате. Стоило стае саранчи убраться, как с базы прибежало шестеро бойцов, двое почти сразу отправились обратно с наскоро изготовленными носилками из пары водопроводных труб и двух курток. На них домой отправился майор, на котором после схватки живого места не осталось. Отбиваться от таких тварей обычным ножом, то ещё занятие. Впрочем, сознания он не потерял и три сотни единиц наноботов в пять пар рук быстро собранных нами с набитых насекомых, теперь плескались в его венах. Я строго наказал ему пустить минимум сотню на остановку крови и скорейшее исцеление. Не хватало нам ещё на ровном месте лишиться начальника.

В ответ он пробормотал что-то типа:

— Семи смертям не бывать, а одной мы скажем: не сегодня…

И уехал лечиться. Четверых оставшихся мы припахали потрошить наноботы и ингры. Крылья и жвала некоторых из них являлись составляющими для некоторых эликсиров, рецепт которых придется найти Тощему. Вот он обрадуется новому заданию…

Злорадный, сидя в углу, курил уже третью сигарету, я пытался втолковать Миротворцу и Хичу, почему я совсем недавно наказал их, лишив половины дозы наноботов.

Да, Псих, которого мы мысленно уже похоронили, опять превратившись в Хича, вернулся практически сразу как улетела саранча.

На наши радостные и изумлённые возгласы, он ответил, что помнит всё смутно, помнит, что дрался, что сломал об особо уродливое насекомое неубиваемый приклад пулемёта, а теперь, глядя на меня мутным взглядом, втыкал в моих слова.

— Вот, посмотрите, — я передал им артефакт в виде совковой лопаты, — такие во множестве я находил на трупах пауков, которые, проигнорировав мой приказ, вы так и не успели обобрать. Такой артефакт даёт возможность скрыться под землёй на десять минут. Будь такие у всех нас, Майор бы сейчас не превратился в освежёванный труп, половина твоего уха сейчас бы не лежала в желудке одной из этих тварей, а твоё лицо не выглядело бы так, будто кто-то ножом играл на нём в крестики-нолики. Сейчас мы в сотне метрах от базы и всё равно пострадали из-за того, что вы вовремя не выполнили приказ.

— Мы осознали,