— Кстати, я с удовольствием принял ваше предложение выступить на вашей свадьбе. Госпожа Шанте позвонила, и я не смог отказать, — казалось, Пьер пытается сгладить углы, но это было невозможно.

— И я в который раз благодарю вас, — Верховная улыбнулась. — Что ж Лидия, рада, что всё позади и вы снова дома. Со своей семьёй.

Вряд ли кто-то из собравшихся смог уловить нотки ехидства в словах служительницы. Но я уловила. То, с каким презрением она сказала «семьёй» и то, что это был тот самый намёк.

— Госпожа Шанте, — приблизившись к её уху, обратилась я, — вы можете быть уверены, что я не претендую на Риэля. Я в курсе, что он спал с вами, когда мы были женаты. Рада, что у вас получилось добиться своего…

Мне хотелось увидеть на её лице ту самую трещину, но Верховная оставалась безучастной, лишь сжала губы в тонкую линию.

— Я не стану мешать вашему счастью, — я повернулась к Эребу. — Поговорим чуть позже?

Стикс согласился, но я заметила, с каким недовольным видом он косился на брата. Но это уже не имело значения, моя роль на этом вечере была выполнена. Жаль уезжать всё равно было рано.

Эрих принялся подводить ко мне каких-то политиков, представителей влиятельных первокровных и других незнакомцев, которым приходилось отвечать на банальные вопросы.

Я отвечала, улыбалась, кивала, пожимала протянутые руки и каждое движение давалось через силу. Мысли были не здесь. Они снова вернулись в комнату, где спала Габи... Я скучала по запаху её волос, по тому, как она причмокивала во сне, по маленькому телу на моих руках.

Сжимая пальцы на бокале с шампанским, я поглядывала на часы.

Очень надеюсь, что Шанте не затянет со своим следующим ходом… Иначе мне придётся самой подтолкнуть её.

32

Настроение главы: Florence + The machine — Seven devils

Лидия Морвель обладала удивительной способностью. Даже будучи моей, она умудрялась создавать впечатление, что это не так.

Я в который раз отметил, как она прижималась к певцу и искренне улыбалась. В то время как Калеб стоял у стены и просто следил за сестрой, Стикс младший ходил за ней хвостом.

Юриэль что-то говорила, я кивал, не слыша ни слова. Моё внимание было приковано к Лидии, которая смеялась над чем-то, сказанным Пьером, и этот смех резал по нервам похлеще плетей.

Она делала это намеренно. Я знал, но всё равно не мог остановить глухую, животную злость. Каждый раз, когда рука артиста касалась её локтя, когда он наклонялся к её уху, когда она отвечала ему улыбкой, которую я никогда не видел обращённой к себе, — во мне с хрустом что-то ломалось.

Мы все здесь должны были отыгрывать, но в своей роли я фальшивил…

Шепнув что-то Пьеру, Лидия направилась в сторону уборной. Мне следовало включить голову и заняться более важными вопросами, но я проигрывал магнетизму этой женщины.

Шанте разговаривала с руководителем ИКВИ и, кажется, не обращала на меня никакого внимания. Воспользовавшись моментом, я шепнул ей, что отойду покурить. Верховная поджала губы, но не стала спорить и навязывать свою компанию.

— Не спускай с неё глаз, — проходя мимо Калеба, бросил я.

Он сжал челюсть, но не сказал ничего, что могло бы меня вразумить, понимая, что это может привлечь ненужное внимание.

Змейка только вышла из уборной, стряхивая капли воды с рук, но я втолкнул её обратно.

Лидия распахнула глаза, собираясь что-то сказать, но я затолкал язык в её рот, не оставляя шанса возмутиться. Пальцы вцепились в мои плечи в попытке оттолкнуть, но было поздно и бесполезно.

Я повёл её к столешнице, вдавливая в край. Рука потянулась к крану, открывая его, чтобы шум воды скрыл то, что здесь происходило. Брызги полетели в стороны.

Пытаясь сопротивляться, змейка что-то шипела, но быстро сдалась, включившись в поцелуй. Пальцы, которые двенадцать секунд назад впивались в мои плечи, теперь скользнули вверх и сжали волосы.

Шум заполнял пространство, но я всё равно слышал её дыхание — прерывистое, сбитое, переходящее в стоны.

Обхватив её лицо ладонями, я оторвался, но всё ещё был слишком близко.

— Какого хрена… — осознав, что я сделал, Лидия метнула взгляд к двери.

— Почему он так на тебя смотрит? — перебил я.

— Что?

— Этот… артист… Он не отлипает от тебя. Даже когда ты отходила, он провожал тебя взглядом. Я считал… Четырнадцать раз за сорок минут. Не считая тех моментов, когда ты смотрела на него и улыбалась.

— Риэль, — Лидия покачала головой, словно это было чем-то неважным.

— Ты сказала, что хотела с ним переспать, или у вас что-то было? — руки сместились с её лица к ягодицам, до боли стискивая их.

— Это сейчас неважно. Соберись, чёрт возьми! Тебе надо следить за Шанте…

— Ответь, — процедил я, понимая, что от этого зависит… многое.

— Я не спала с ним, только поцеловалась один раз… Ой, да ладно, Кронвейн! Ты вообще переспал с Верховной и заделал ей ребёнка. Не надо смотреть с таким осуждением…

— Это было случайно, — сдерживаясь, напомнил я. — И я думал только о тебе...

— А я думала о себе, но не могла отделаться от тебя! — Лидия толкнула меня в грудь, вынуждая отступить. — Не ожидала, что эта твоя сторона окажется ничуть не лучше другой.

— Другая сторона, — повторил я, пробуя слова на вкус. — Про ту, которая держала тебя за горло?

— Именно, Риэль. Сейчас ты тоже не ждёшь, а врываешься, давишь и требуешь.

— А ты не требуешь? — я подался ближе, чувствуя её дыхание. — Ты не врываешься в мои мысли, когда я пытаюсь думать о другом? Не давишь, когда я пытаюсь забыть? Не требуешь, чтобы я смотрел только на тебя, даже когда ты смотришь на него?

— Давай сосредоточимся на более важных вещах…

— Ты самое важное, Лидия! Я не могу думать ни о чём, пока вижу, как ты заигрываешь с другим…

— Риэль…

— Я не могу дышать, когда тебя нет. А когда ты рядом — задыхаюсь от того, что не могу тебя коснуться. Это сводит меня с ума… И когда я