То есть либо убийца – гений, либо в Дознании крыса. Перспективы становились всё хуже.

Томас проводил меня практически до самого Управления и остановился за углом здания, чтобы коллеги не смогли случайно увидеть, с кем я пришла.

– Встретить тебя после работы? – учтиво поинтересовался он. Я не выдержала и хмыкнула.

– Скажи, почему все пытаются отвести меня домой вечером, но никто не вспоминает, что по утрам до Управления я хожу одна и без охраны?

Томас рассмеялся весело, открыто, став на секунду таким, каким я его очень давно не видела. Каким он был до Смуты. До ритуала…

– Я бы сказал, провожающие лелеют надежду, что ты не захлопнешь дверь у них перед носом. – Явная шпилька в мой адрес, но мне не стыдно. Я вчера, вообще-то, в гости никого не приглашала. – Но я тебя понял, грёза моя, – Томас поцеловал мне руку и пообещал на прощанье: – Зайду за тобой завтра утром.

Возразить, что я не это имела в виду, я не успела – дознаватель отступил всего на шаг и расплылся перед глазами, становясь неприметным. Неинтересным. Неважным. Я едва глаза не сломала, пытаясь удержать на нём внимание, но куда мне против такой силы. Наследие высших вампиров в действии. Демонстративно пренебрежительно фыркнув в ту сторону, где, как мне казалось, должен был стоять этот позёр, я поспешила в Управление, с трудом удерживая бесстрастное выражение на лице – Том, скрывшись с глаз, наверняка продолжал за мной наблюдать, а я даже себе боялась признаться, насколько приятно оказалось вновь ощутить его поддержку и защиту. Поняв, что вопреки собственному желанию счастливо улыбаюсь, я поспешила в Управление. Нужно срочно отдать Освальдсону отчёт, иначе завтра будет сложно объяснить осведомлённость Томаса о текущем статусе расследования. Официально корпус Дознания в дела Управления не вмешивался, однако случались исключения, если в расследовании мелькало что-то, представляющее серьёзную угрозу, как, например, засекреченное и опасное зелье. Удивительно, что нынешнее дело Том решил разделить с Управлением, а не забрал себе целиком.

Составив отчёт с примерным описанием зелья, я поднялась в кабинет Освальдсона. К моему удивлению, кроме полугнома, внутри никого не было.

– Есть результаты? – недовольно поинтересовалось начальство.

– Вот, – протянула я ему отчёт и не удержалась: – А где все?

– Шоль и Морриган ещё не вернулись, Герцен в больнице, – пробурчал Освальдсон, не отрываясь от моих записей. Я поспешила присесть.

– Как «в больнице»?! – Неужели что-то нашёл и убийца… его одолел? Да быть того не может!

– Думать надо, где ходишь и с кем разговариваешь, – помрачнел полугном. – Этот дурень к подругам Ирмы Ревван подошёл и вопросы начал задавать, не представившись. Девочки после пропажи Ирмы и так запуганные, а тут ещё этот… нависает, нервничать заставляет. В общем, они не выдержали и кинули в Герцена «пчелиным роем». До завтрашнего утра из больницы его не выпустят, я уже узнавал.

М-да… Наран, конечно, на знатока женской души не тянет, но так сглупить… Не ожидала даже от него. А девочки-то молодцы. «Пчелиный рой» – артефакт специально для самозащиты, слабый, но обеспечивающий массу неприятных ощущений в соответствии со своим названием. Инструкция простая: «активируй, брось в обидчика и беги», справится даже ребёнок.

– Подруг второй раз допрашивать Морриган пойдёт, – вынес вердикт Освальдсон. – Хватит с Герцена подвигов.

– Но как Наран с одного «роя» в больницу попал? – не поняла я. Да, эффект от него неприятный, но не настолько же!

– А я разве сказал про один? – устало буркнул полугном. – В него сразу три швырнули, слаженно и одновременно.

Я едва слышно хмыкнула. Хорошие девочки, сообразительные. Оборотня завалить не каждому дано.

– Всё, иди, – отпустил меня Освальдсон. – Морриган сказал, он что-то для тебя везёт, так что завтра не опаздывай.

Кивнув, я убедилась, что мой отчёт попал в зачарованную папку с делом, а значит, копия его появилась на столе у Тома. Теперь у палача были развязаны руки.

Глава 6

«Как ты смотришь на то, чтобы отпраздновать твоё возвращение? – через связник услышала я веселый голос Нара, как только вошла в дом. – Только ты, я и лучшее линтарское вино».

«Если к вину будет прилагаться что-нибудь вкусное, то не против», – согласилась я, понимая, что отпираться бесполезно.

«Тогда пропусти меня, пока твоя защита меня не спеленала», – попросил маг. Я поспешно выбежала на улицу и за руку провела друга сквозь свои чары. Подумать только, вчера я впервые за много лет встретила сначала Нара и сразу же за ним – Тома. Сегодня я пила вино с Томасом, и вот уже Линард у меня на пороге с той же целью. Сумасшествие, но что самое примечательное – мне это нравилось. Как в старые добрые времена, только горы трупов не хватает… Вспомнила голову в морге и поняла, что всё правильно – трупы тоже есть.

Нар себе не изменил: в наполовину расстёгнутой синей рубашке, тёмных брюках, с казавшимися взъерошенными даже в косе волосами, он держал в руках большую корзину, из которой торчало горлышко бутылки и доносился чудесный аромат выпечки. Кажется, со смородиной.

– Прекрасно выглядишь! – услышала я второй раз за день оригинальное приветствие. Переодеться в домашнее я не успела, так что Линард тоже смог оценить выбранное для меня Ровеной платье.

– Откуда ты знаешь мой адрес? – Я указала Нару на пространство между розами и домом, в котором поместились столик и глубокое плетёное кресло. Конец лета баловал Роден тёплыми вечерами, и сидеть в четырёх стенах мне не хотелось. – Второе надо вынести из дома, – ответила я на вопросительный взгляд.

– У Ровены спросил. – Линард послушно поставил корзину и направился за креслом.

– Кхм, – закашлялась я. – Мне точно завтра не попытаются вырвать волосы?

– Гарантирую. – Нар исчез в доме. – Рона застряла со своим следователем в каком-то замке в двух часах езды от столицы, – донёсся до меня его голос. – Я так и не понял, что у них случилось с машиной, но починят её только завтра к обеду. Морриган предложил Роне использовать аварийный телепорт и вернуться домой одной, но моя леди отказалась упускать возможность на законных основаниях проспать работу и сама отправила меня к тебе.

При собственническом характере Ровены это было неожиданно, и я почувствовала, как становится теплее на душе. Кажется, подруга всё-таки смогла поверить и принять, что я ей не конкурентка и не соперница. Это было замечательно. Мои мысли прервали грохот и сдавленные ругательства, и на крыльце появился ещё более взъерошенный, чем всегда, Линард с креслом в руках.

– Что сломал? – с подозрением поинтересовалась я.

– На меня вешалка упала.

Вздохнув, я отправилась