— Вопрос денег и заказа, — хмыкнул я, не согласившись с хозяином кабинета. — И у меня еще вопрос.

— Слушаю, — подошел ко мне Бург и рассеянно оглянулся по сторонам. — Что же еще надо сжечь? — буркнул сам себе.

— Как насчет других путей из крепости? Только не говорите, что их нет.

— Есть, почему не быть, — пожал плечами мой собеседник. — Два из них давно завалено, один приказал три дня тому назад обрушить. Там не пройти при всем желании.

— Жаль, — вздохнул я. — Ладно, как насчет того, чтобы передать мне казну крепости?

— Без проблем, но она почти пуста, всего-то тысяча золотом, — он выдвинул ящик письменного стола и выставил на стол несколько увесистых мешочков. — Забирайте, вам деньги могут понадобиться, а вот нам уже они без надобности.

— Сейчас расписку напишу, — я взял лист бумаги, но Бург меня остановил:

— Не тратьте понапрасну время, это не бог весть какие большие деньги, а бумагу вашу все равно придется сжечь, чтобы врагу не досталась. Да, господин Айлексис, планирую подземный ход, по которому покинете крепость, завалить, так что назад путь будет отрезан.

— Господин полковник, — я внимательно посмотрел на военного, — не уверен, следует ли биться до последней капли крови. Возможно, вам придется вывесить белый флаг и сохранить жизни воинов и свою. Обещаю сделать все возможное и при первом случае освободить из плена. Не думаю, что орки придут в восторг, если таких хороших защитников, столько времени оказывавшим им достойное сопротивление, захотят казнить. Переговоры ведите именно с одним из вождей, не с командиром северян. Это моя вам настоятельная просьба.

— Боюсь, не смогу принять ваш совет, — помедлив, ответил полковник. — Простите, но привык следовать зову чести. Постараюсь унести с собой как можно больше врагов.

— Вы один стоите сотен, а то и тысяч рядовых. Империи еще пригодитесь живым, мужественно встретив суровые испытания, — медленно произнес я, а потом добавил: — В крепости есть сугубо гражданские лица, пожалейте их. Мы с вами недавно были на стене и оба знаем, что больше двух штурмов не отбить. Как только подземный ход за нами завалят ваши бойцы, то сразу же приступайте к переговорам. Если потянете время, то буду благодарен. Ну, а если не получится, то ничего страшного.

— Господин Айлексис абсолютно прав, мой старый дружище, — вошел в кабинет полковника Журбер. — Честно говоря, хотел тебя тоже убедить так поступить и все время подбирал слова, и набирался храбрости, чтобы такое сказать. Надеюсь, мы еще встретимся, — хлопнул он по плечу Бурга.

— Не обещаю, — буркнул комендант крепости, но в его ауре уже нет всполохов негодования и злости.

Мы еще некоторое время пообщались, а потом поспешили к поджидающим нас людям, с которыми пришли в крепость. Правда, их осталось намного меньше, но каждый готов исполнить свой долг и не обсуждает приказа. Нашлись и те, кто отказался отправиться с нами к горцам и решили остаться в крепости до последнего. Эти люди из нашей обслуги, вольнонаемные и им приказывать не могу. Целитель же передал через Шипку, что не готов бросить своих коллег и тяжелораненых воинов, которые без его магической подпитки умрут.

— Командир, — подошел ко мне лейтенант Пунгелов, — отряд готов к выполнению задачи. Из пятнадцати воинов у семерых легкие ранения, но на скорость передвижения отряда это не скажется. Провизии на три дня пути, болтов по десять штук на каждого, остальные оставили защитникам крепости.

Я кивнул офицеру, чтобы тот отошел со мной в сторону и когда убедился, что нас не услышат, то сказал:

— Гаррай, вот наш маршрут, — я отдал офицеру карту, которую позаимствовал у полковника и успел выбрать один из вариантов, обведя линию предполагаемого движения. — Запомни и если со мной что-то произойдет, то доведи отряд до горской столицы. В приоритете жизнь графини Иштании и герцога Журбера. Без них двоих миссия окажется под угрозой.

— Понял, — коротко ответил тот, не став задавать уточняющих вопросов.

— Поспешим! — повысив голос, объявил я собравшимся и первым направился к спуску в подземный этаж, где в одном из залов начинается подземный ход.

Как-то так получилось, что воины меня оттеснили в центр отряда. Судя по переглядываниям Гундбаря, Зурбы и Гаррая, то это их идея. Так как проход не слишком широкий, то мне не осталось выбора, а спорить не стал. Жаль только невозможно обсудить сложившееся положение с Журбером, в каменном тоннеле слышимость изумительная.

— Сейчас будет уже, — предупредил один из проводников полковника, — подходим к реке.

С потолка тут и там капель, под ногами лужи, а потом и вовсе местами все водой залито. Кое-где стоят подпорки, валяются груды камней и глины. Подземный ход требует ремонта, но вскоре тут и вовсе никто не пройдет. Даже если не получится обвалить каменную кладку, то природа и вода свое возьмет. Зря полковник переживал, что этот секрет может достаться оркам или северянам. К тому же, от него им нет практической пользы. Если только крепость не восстановят и будут ее использовать по прямому назначению.

— К стенам и балкам не прикасаться, идем друг за другом, — негромко произнес проводник.

Уже гуськом двигаемся, местами пригибаемся, а последние метров пятьдесят и вовсе с трудом между глыб пробираться приходится.

— Уходите отсюда, через полчаса мы обрушим подземный ход, из входа в пещеру полетят камни, а река, скорее всего, на какое-то время поднимется и все тут затопит, — сказал мне проводник и обвел местность рукой.

Мы километрах в пяти от крепости, за горой не видно, что там происходит, но судя по работающим катапультам врага, то орки и северяне пошли или готовятся к штурму. Кстати, место, где оказались, можно назвать красивым. Вышли почти у самой реки, течение бурное, над водой небольшой пар поднимается, лучи солнца пробиваются между скал, птички поют. Вот только сейчас не до красот природы.

— Уходим, — кивнул на довольно-таки широкую тропу, уходящую в сторону возвышающихся гор.

Мы уже на территории горцев, незаконно пересекли границу и следует готовиться к любому повороту событий. Можно верить заверениям полковника, что тут нет сторожевых отрядов и границу никто не