«Если всё так продолжится… Мне придётся его убить, чтобы остановить.»

Холод пронзил всё тело. Пальцы, сжимавшие рану незнакомки, на мгновение ослабли.

«Нет! Я не могу! Не хочу»

Она бессильно мотнула головой, срываясь на короткий нервный вздох, пытаясь отогнать эту ужасную мысль, но руки дрожали всё сильнее. Внезапно слабые, похолодевшие пальцы Астры сжали её запястье, и Талли перевела взгляд на умирающую девушку: лицо той побелело до мраморной бледности, губы посинели, но в глубине потухающих глаз всё ещё тлела искра. Она что-то пыталась сказать, губы беззвучно шевелились, формируя слова, но из-за оглушительного грохота битвы, звона стали и рёва Бернара Талли не могла разобрать ни звука. Она склонилась ниже и прижалась ухом к её окровавленным губам, её собственные спутанные волосы упали на лицо незнакомки, смешиваясь с тёмными прядями и запёкшейся кровью.

— Моя… сестра… — прошептала девушка, и её голос был едва слышным прерывистым выдохом, — прошу… спаси… её…

Талли едва разобрала слабый угасающий шёпот, как лёгкий, почти неощутимый вздох вырвался из груди незнакомки и замер в воздухе. Её ладонь, лежавшая в её руке, дрогнула и обмякла, став тяжёлой и безжизненной, пальцы разжались, бессильно соскользнув с запястья, и мягко шлёпнулись на пол. Она вздрогнула, застывшим взглядом провожая эту руку, ещё секунду назад цеплявшуюся за жизнь, в широко распахнутых остекленевших глазах Астры не было ни страха, ни боли, только бесконечная вина — последнее чувство, что застыло в её взгляде, обращённом в никуда, губы остались чуть приоткрытыми, будто она собиралась сказать что-то ещё, но не успела. Талли глухо всхлипнула, её собственные губы задрожали, горло сдавил тугой, болезненный спазм.

— Она… умерла, — слова сорвались с её губ хриплым шёпотом.

Бернар услышал и замер на полпути, пропустив удар, в его глазах, ещё секунду назад пылавших алым безумием, мелькнуло внезапное замешательство. Меч Брайана, воспользовавшись моментом, скользнул по его предплечью, вспоров кожу и плоть до белой кости, но юноша даже не дрогнул, не отдёрнулся, не зарычал от боли, только глухо, с присвистом выдохнул, а в его голове, внезапно оглушённой тишиной, застучало: «Она мертва. Мертва. Мертва…»Он сделал неуверенный шаг назад, споткнувшись о собственные ноги, и густая багровая пелена в его глазах дрогнула, начала медленно рассеиваться, а из-под неё проступил знакомый голубой свет. Бернар медленно повернул голову, и его глаза распахнулись от шока: Талли, вся дрожа, прижимала к своей груди безвольное тело Астры, её лицо было испачкано кровью, руки, одежда — всё пропиталось алым. Он смотрел на эту картину, и его сердце сжалось в ледяных тисках, остановившись на мгновение, он моргнул, зажмурился, снова открыл глаза, но кошмар не исчезал — Астра, его Астра, лежала неподвижно в чужих, трепетных объятиях.

— Нет… — сиплый звук сорвался с его губ.

Он бросился вперёд, грубо оттолкнув Талли, даже не заметив, как она с тихим стоном ударилась о пол, и рухнул на колени