Его воспалённые, покрасневшие глаза лихорадочно, почти судорожно метнулись куда-то в сторону, и он, ни на секунду не сбавляя быстрого, решительного шага, бросил короткий, полный невыносимой боли и жадной тоски взгляд на знакомые окна второго этажа Дома Роз.

Её окна.

Широкая грудь снова сжалась от той самой знакомой, изматывающей боли, что, казалось, стала уже неотъемлемой частью его жизни. Деревянные ставни на них были плотно, наглухо закрыты изнутри, лишь самый краешек лёгкой занавески едва заметно колыхнулся от внезапного, резкого порыва ветра.

«Она сейчас там... Я точно знаю, что она там...»

Он замедлил шаг, почти непроизвольно останавливаясь, ноги сами начали замирать прямо посреди пустынной улицы, но тут же резко мотнул тяжёлой головой, с силой сгоняя с себя это наваждение.

«Нет... Сначала нужно найти Саймона. Я должен предупредить его о нашем скором отъезде, хотя он скорее всего и так уже знает. Должен попросить его... присматривать за ней, когда меня не будет рядом. Только ему... только ему одному я могу сейчас доверять».

Бернар выдохнул, с силой втягивая в разгорячённые лёгкие обжигающе холодный воздух сквозь крепко стиснутые до боли зубы. Всё его большое, сильное тело ныло и отчаянно протестовало против каждого шага прочь, каждая клетка внутри громко кричала, настойчиво требуя немедленно развернуться и со всех ног броситься обратно, туда, где за этими глухими ставнями осталась она. Но он упрямо, до хруста в суставах, сжал челюсть и заставил себя сделать ещё один шаг вперёд.«Она ни в коем случае не должна остаться там совсем одна...» — эта мысль нещадно жгла его изнутри, заставляя идти ещё быстрее, почти бежать, чтобы поскорее выполнить задание и немедленно вернуться к ней.

Юноша судорожно сглотнул тугой комок, вставший поперёк горла, и его глаза, ещё всего секунду назад полные невыносимой, разрывающей боли, вдруг ярко вспыхнули огнём решимости. Он резко развернулся на месте и, больше ни разу не оглянувшись назад, зашагал дальше по пустынной, вымершей улице, и его длинный, тёмный плащ тяжело развевался за широкими плечами.

Талли, неотступно следовавшая за ним, видела, как он внезапно замедлил шаг прямо у Дома Роз. Видела, как его широкие плечи дрогнули от беззвучного, тяжёлого вздоха, как его полный невыразимой тоски и глухой, бессильной ярости взгляд буквально пронзил насквозь закрытые деревянные ставни.«Куда же ты всё-таки идёшь, Бернар?— лихорадочно билась в её голове тревожная мысль.— Что ты такое задумал? Что ты так упорно скрываешь ото всех нас?»Она затаила дыхание до звона в ушах, продолжая бесшумно красться за ним по пятам, и её гибкая фигура полностью сливалась с тенями высоких домов, ловко петляла в узких, кривых переулках, ни на секунду не выпуская его из виду. И никак не могла избавиться