– Почему не рассказал раньше?

Орхо поднялся и шагнул к Луцию. Развернул, как куклу, и грубо поднял лицо, заставляя на себя смотреть.

– Поэтому, Эдера, – Орхо провел пальцем по его дрожащим желвакам, – вот именно поэтому. Ты верил, что твой отец был героем. Хотел быть достойным его. Ты узнал правду. Так скажи мне, ты счастлив? Стоила она того? Мой отец мертв, твой отец мертв – ничего не изменилось. Тебе просто больно.

– А тебе нет?! – Луций вырвался из его хватки, отступая на шаг. – Ты называешь меня его именем, ты смотришь на меня каждый день, ты…

– Мне плевать, – холодно перебил Орхо. – Для тебя это открытие. Для меня прошло двадцать лет. Все, что могло болеть, давно зажило. Тал не мстит за своих мертвых. Особенно тем, кто говорить не умел в тот момент, когда они погибли. Мне плевать на твою фамилию и нет дела, кем был твой отец, которого ты в глаза не видел.

Луций помотал головой и отступил, упершись спиной в складку шатра.

– Ты должен был сказать.

– Нет. Не должен, – отрезал Орхо. – Это мое прошлое, и мне решать, как им распоряжаться.

Луций сделал шаг в сторону, огибая Орхо. За грудиной что-то ныло и скреблось. От этого нужно было избавиться, пока ему не разодрало все нутро.

– А на что ты рассчитывал? – резко спросил он. Язвительность привычно легла на язык. – Мне просто интересно, какая у тебя была стратегия? Убивать каждого, кто заикнется о прошлом? Айлана тоже? Он ведь знал. Или ты намеревался держать меня подальше от Истреда всю жизнь? Кстати, сколько живут проводники, а?

Орхо повел плечами и отвел взгляд.

Луций шагнул ближе. Злость ураганом поднималась в груди. Он кормил ее, разгонял, подпитывал – и она благодарно крепла.

– Позволь мне рассказать тебе о тайнах, потому что я учился хранить их с детства. Тайны стоят дорого. Они делают тебя уязвимым. Тайны хранят бережно, потому что это – рычаг давления. И ты вручил его каждому, кто знает правду: Милошу, Айлану, нойонам Истреда. Целый народ был уничтожен из-за того, что ты дал в руки сокола эту власть над тобой. И ради чего? Чтобы сохранить фантазию в моей голове? Чтобы я продолжал кичиться отцовским именем и верить в него? – Луций наклонил голову и пристально взглянул в лицо Орхо. – Или ты боялся, что я решу пойти его дорогой до конца?

Орхо молчал, глядя в сторону. Луций ждал его ответа. Рука сама потянулась к перевязи на горле, пальцы теребили размохрившиеся ленты, сжимали изуродованную гортань.

Предатель. Все всегда ждали, что Луций станет предателем. Каково семя – таков и плод. Все верили в это. И Луций поверил. А Орхо не должен был верить.

Луций ждал, считая собственный пульс, и с каждым ударом тишина била по ушам все больнее.

– Ты идиот, Аэд, – тихо сказал он.

И тут земля дрогнула. Толчок ударил в ступни, подбросил пыль с ковра. Луций переступил с ноги на ногу, теряя равновесие – и тут же ощутил следующий толчок. Шатер качнулся. Натяжные канаты заскрипели. Ткань затрепетала на стыках.

Луций вскинул взгляд на Орхо – и едва успел поймать брошенную маску. Взгляд Орхо стал цепким. Он описал носком короткую дугу и быстро двинулся к выходу – и почти столкнулся с Санной. На ее наплечниках блестел снег, дыхание сбилось, волосы налипли на виски.

– Юго-восток. Около двадцати тысяч, идут сомкнув ряды, – выпалила она, не кланяясь, и кинула в руки Орхо комплект брони. – Полчаса ходу, не больше.

– Гасите костры, – коротко велел Орхо, – поднимаем отряды.

Санна скрылась за пологом. Музыка в лагере стихла – сменилась дребезжанием, топотом и короткими рыками команд. Орхо накинул броню на плечи и принялся перевязывать баску на поясе. Луций перехватил шнуровку его куяка.

– Как они прошли мимо разведки?

– Не знаю. Сейчас неважно. Марк и правда не идиот, раз бьет на упреждение, – процедил Орхо. – Борзый.

– Я думал, выманивать эдесцев из Йорда придется долго. – Луций пропустил шнур в крепления, быстро стягивая пластины. – Я не готовился к атаке. Мы заперты здесь. Не сможем бить в полную силу.

– Я разделил лагерь на такой случай. – Орхо вытянул волосы из-под горжета и поднял руку. – Двинешься в восточный сектор за холмом. Забирай два звена, выведи через низину. Обходной маршрут – вдоль ручья, к западной кромке. Отвлеки правый фланг эдесцев, втяни в преследование. Мы должны развести их.

Луций кивнул, затягивая шнуровку на ребрах.

– Центо поведет авангард. Он опытен, но легко выходит из себя. Дразни его короткими налетами: бей и отходи, срывай строй. Он взбесится и решит наказать тебя за трусость – поймаешь его на ошибке. И придержи пламя. Эдесцы не привычны к зиме. Не топи снег. Холод нам на руку.

– Если не протопить, мои нукеры не смогут использовать землю. – Орхо побарабанил пальцами по эфесу. – Решу по обстановке.

Луций рассеянно кивнул. Перед его глазами всплывали карты и маршруты. Если отвести по низине отряды Тамьяна, можно обходом увести преследователей к иверийскому пепелищу и прижать их к Мертвой Земле. Не попасться бы самим.

Война отрезвила голову.

– Я с тобой не закончил. – Луций рывком затянул шнур, перебив Орхо дыхание. – Так что не вздумай сдохнуть.

25. Стороны монеты

Волна огня ударила в землю. Орхо ощутил, как из-под его ног хлынул жар. Снег вскипел и вздыбился вверх плотным белым паром. На миг поле исчезло, растворившись в тумане. Но уже через мгновение туман разорвался тысячами ледяных игл – нукеры перехватили влагу, обратив ее в оружие. По ушам ударил свист. Ледяные иглы со звоном врезались в броню эдесцев. Крики легионеров потонули в гуле и топоте.

Орхо вскинул голову, вглядываясь в темноту. Темнота озарилась золотом.

– Заслон! – рявкнул он, перекрывая шум.

Он вбил пятку в землю. Гранитные глыбы разорвали почву, образуя щиты – и тут же затрещали. Золото печатей вспыхнуло над головами нукеров. Раздался хруст – глухой и тяжелый. Сломанные кости, вбитые в землю тела. Каменная защита треснула и осыпалась. Орхо вскинул руку, выбрасывая Белое Пламя поверх голов. Едва огонь прожег вязь заклинаний, он присел и приложил ладонь к земле. В породе уже ощущалась вибрация, но табун был еще далеко. Всех лошадей из временной стоянки забрал Луций, чтобы перебросить часть войска на второй – стратегический – фланг. Основным силам придется биться пешими.

В небе снова засвистели стрелы. На этот раз эдесцы