— В домашней обстановке.

Решив не создавать лишних проблем и не портить зазря отношения, чуть мягче добавила уже для всех собравшихся в коридоре:

— Спасибо за первично оказанную помощь. Но не тратьте финансирование на тех, кому это не нужно, — нашарив за спиной Славкину ладонь, крепко её сжала, подавая сигнал к бегству, и мы вдвоём припустили по коридору.

Ты никого и ничего не видел, мой монохромный друг*… Так, где-то по пути сюда я заметила дверь с табличкой "Выход" — полагаю, за ней находится лестница. Ага, вот и она, родимая…

— Третий этаж, — обратилась к болтающемуся в кильватере Славке. — Ты как, сдюжишь?

— Я тебе что, Белоснежка? — буркнул недовольный подросток и сам потянул меня вниз. К счастью, мозгов у местных специалистов хватило… Не бегать за нами с носилками наперевес.

Поэтому к приёмной на первом этаже мы вернулись своим ходом и без дальнейших приключений. Илья Витальевич сидел и дрожал. Стрешнев стоял уже с каким-то пакетом:

— О, моё шмотьё! — бодренько отозвался мелкий и мигом полез проверять. Вот уж кому глубоко насрать: ЗД не ЗД, лейтенант не лейтенант… Кивнула куратору, мол, наверху без жертв. Тот прикрыл глаза.

— Что я следователям скажу? — как-то тоскливо протянул эскулап, на минуту лишённый убойного внимания Димы.

— Что это внутреннее дело департамента, — отсутствующим голосом отозвался Стрешнев.

— А больничный лист? Они же у нас все наперечёт! По системным номерам! — схватился за голову внезапно осознавший страшное парень.

— Придумаете что-нибудь, — внезапно в ровных и, что уж врать, довольно приятных чертах Димы показался монстр… — Вам ведь не впервой, верно?

Мне показалось… Да нет, не показалось — точно личные счёты! Но не мои проблемы, пусть Стрешнев развлекается. По счастью, именно в этот момент придирчивый Славка закончил проверять наличие всех своих вещей и радостно прижал пакет к груди:

— Ключи, карточки и мобильник на месте, флешка с проектами тоже! Можем отсюда убираться! — В глазах Ильи Владимировича мелькнуло облегчение пополам со страхом.

Я сдержанно его поблагодарила, опять крепко взяла мелкого за руку, и мы вымелись из кабинета. Замыкал Дима. На повороте он нас обогнал, открыл передо мной массивную дверь — заработав чуть ревнивый взгляд пацана — и широким быстрым шагом направился к машине.

Малого усадила на заднее, укутала припасённым пледом и лично пристегнула. С территории больницы выезжали ещё с мигалкой — видно, у лейтенанта сработала вбитая намертво привычка перестраховываться. Затем, вырулив на оживлённую дорогу, Дима её вырубил и обратился лично к подростку, глядя в зеркало заднего вида:

— Вы же нормально себя чувствуете?

— Мне пятнадцать, — буркнул недовольный племяш. — Откуда "вы"? Нормально. Лиска же охотница…

— А если начистоту? — влезла в мужской разговор.

— Тошнит немного, и голова ещё чуть кружится. Хочу мыться и спать. Ну и пожрать бы не мешало, — Славка мечтательно облизнулся. Я усмехнулась:

— Хорошо. Вот теперь верим, что тебе нормально. Да, товарищ куратор? — Дима ухмыльнулся краем губ и кивнул. — На, попей. В палате не стала тратить время, а то нагрянет следователь, ещё с ним объясняться, время тратить…

— О-о! Води-и-ичка! — простонал малой, присасываясь к ёмкости. — Холо-о-одненькая! Я уж и забыл, как сильно пить хочется! Лиска, ты богиня…

Притормозив на ближайшем светофоре, Дима воткнул флешку в бортовой компьютер и ткнул в пиктограмму с наушниками. Первым в списке значился контакт "Бетельгейзе". Пошёл вызов по громкой связи.

— Альфа-Центавра на связи, — отозвался динамик голосом Светлова.

— Мы в дороге. С подключенной к борту флешки глянь сегодняшние данные, скинь копию всех медицинских заключений на одноразовый внешний носитель — его пришлёшь в кабинет к Немоляеву. С кем-то из наших. Дальше. Забери своего хорошо покушавшего червя и подрубись к отделению травмы на Фортунатовской. Во-первых, проверь, стёрты ли все записи по Вячеславу Тесину и Василисе Рощиной, во-вторых, зазеркаль нас троих на всех доступных записях с камер. По Тесину ищи записи, начиная с семнадцати тридцати. А на нас с Василисой — с девятнадцати сорока пяти.

— Понял, — отозвался Борис и заклацал по клавиатуре. И спустя пару секунд весьма странным тоном уточнил:

— Их принимал Порцев?… — Профиль Димы обледенел.

— Молчание — знак согласия, — буркнул современный волшебник. — Эта сволочь жива?

— Пока — да, — отрубил Стрешнев.

— Ну, это поправимо, — вздохнул мужчина и возобновил работу. — Ладно, если это всё, то я отключаюсь. Мне нужно сосредоточиться.

— Угу.

— Спасибо, — посмотрев на вновь превратившегося из симпатичного парня в каменного голема куратора, решила как-то предотвратить процесс. Заодно с опозданием вспомнила, что жрать-то дома кроме сырой картошки толком нечего, и полезла за смартом. Доставку ждать бессмысленно. Самая шустрая — у Азбуки Вкуса, но я не Макаров, чтоб у них что-то кроме тортов себе позволить. Что там у нас по дороге?… А, вот, Вкусвилл же возле дома есть. Чего тама нынче? Функция "закажи и забери"? Отлично, счас накидаем список…

— На Первомайке 34/16 тормозните, пожалуйста. Продукты выскочу оплатить и забрать, — Дима молча кивнул.

— Э-э… А можно для жирафов? — послышалось с заднего. — Что за режим конспирации?

Я потёрла переносицу. Не хотелось бы начинать этот разговор в машине, но до дома ещё минут десять-двадцать. Ладно…

— Сейчас объясню, только для начала ответь, пожалуйста, на пару вопросов. Первое: кто и где именно на тебя напал? Второе: во сколько точно это случилось. Третье: не замечал ли ты в последние дни чего-то нехарактерного, например слежки? — Славка тяжко вздохнул:

— Да вроде нет. Хотя что-то напрягало, да. Кажется, дня два назад возле нашей парковки какой-то чужой мужик крутился, мы как раз кросс вокруг школы сдавали…

— Что тебя в нём напрягло? — прямо спросил Стрешнев.

— Ну… наверное то, что он какой-то слишком молодой для отца — может, как вы с Лиской. А в нашем корпусе учатся только подростки. Откуда у такого дети лет двенадцати-пятнадцати?

— Учитывая то, как ты в недавнем прошлом обломался с вашим новым классруком… —