Все молодые люди повернули головы:

— Господин Е!

Юноша в черном вошел в гостиницу, спрятав руки за спиной. Его лицо в неровном свете свечей выглядело еще более красивым, чем при свете дня. Позади него стояла женщина в вуали, что оставляла открытыми только полные тревоги и кротости глаза. Конечно же, это была Сун Цютцун.

Стоило Мо Жаню увидеть ее, вены вздулись у него на лбу.

Враги всегда встречаются на узкой дорожке, но почему снова эта женщина...

Увидев Е Ванси, приспешники Наньгун Сы на мгновение застыли. Некоторые из них не смогли сдержаться и с отвращением скривились.

Е Ванси был приемным сыном первого старейшины ордена Жуфэн. Он был выходцем внутреннего подразделения ордена, отвечавшего за защиту всех семидесяти двух городов Жуфэн, которое называлась “темным городом”*. Как и следовало из названия, в “темном городе” тренировалась тайная стража. Глава ордена Жуфэн выбрал Е Ванси следующим Главой Темного города, но тело юноши не совсем подходило для путей совершенствования, которым следовала тайная стража, а сам он отличался незаурядным умом, поэтому со временем он переехал в главную резиденцию и стал правой рукой Главы ордена.

[*暗城 Ànchéng Аньчэн — темный/тайный/скрытый город].

Как тайный страж, Е Ванси держался в тени, и мало кто знал его имя, но старейшины ордена относились к нему с большим уважением. Последние годы по всему ордену гуляли слухи, что Е Ванси был незаконнорожденным сыном Главы. Возможно поэтому настоящий молодой господин терпеть не мог Е Ванси и часто конфликтовал с ним.

А если уж молодой господин не любил его, как же его последователи могли относиться к Е Ванси иначе?

Конечно же, младшие не могли позволить себе непочтительность по отношению к господину Е, но эти люди были приближенными Наньгун Сы и должны были отстаивать положение своего господина. После долго молчания в тяжелой атмосфере какой-то особо наглый последователь молодого господина усмехнулся и сказал:

— Пожалуйста, уходите, господин Е. Боюсь, что сегодня в этой гостинице для вас нет места.

— Господин, раз они говорят, что мест нет, тогда давайте поищем ночлега где-нибудь еще? — Сун Цютун схватилась за рукав Е Ванси своими тонкими нефритовыми пальчиками и с беспокойством прошептала: — К тому же это место слишком дорогое. Я не осмелилась бы просить господина...

Мо Жань наверху услышал ее и закатил глаза. Он подумал, что раньше уже попался в ловушку ее вызывающего жалость нежного голоска, а теперь это проблема Е Ванси.

Но когда Е Ванси собрался ответить, огромный белый силуэт вдруг выскочил из комнаты и рванул к нему.

— Берегитесь, молодой господин! — испуганно закричала Сун Цютун.

— Ау-у-у-у!

С громким воем белоснежный демонический волк начал носиться кругами вокруг Е Ванси.

Все молчали.

Е Ванси посмотрел на мохнатого зверя высотой в три человеческих роста, катающегося по земле, как маленький щенок, и удивленно спросил:

— Наобайцзинь?

Именно так звали демонического волка Наньгуна Сы. Его зрачки были красными, как агат, мех белым как снег, а кончики когтей отливали золотом. Поэтому его и назвали Наобайцзинь*.

[*瑙白金 Nǎobáijīn Наобайцзинь — бело-золотой/серебряный агат; также можно перевести браслет из агата].

И раз уже Наобайцзинь здесь, Наньгун Сы тоже должен быть где-то рядом. Е Ванси поднял руку, чтобы погладить белую нежную шерстку, покрывающую лоб волка, и оглянулся.

Послышался шорох.

Рука в расшитом золотом ярко-алом рукаве приподняла бамбуковую ширму.

С полным скуки и нетерпения лицом, Наньгун Сы одной рукой придерживал ширму, а другой держал кувшин с вином. Он посмотрел на Е Ванси и прошипел:

— Забавно, почему куда бы я не пошел, всегда натыкаюсь на тебя. Ты так настойчиво преследуешь меня? Ты специально провоцируешь людей на то, чтобы распускать сплетни о нас? Хочешь, чтобы я потерял лицо?

Автору есть что сказать:

Волчонок*: — Вот тебе пятьсот золотых и уходи!

Щенок**: — Не уйду!

Волчонок: — Я дам тебе тысячу, уйди!

Щенок: — Нет!

Волчонок: — Тысяча пятьсот! Ты уходишь ли нет!

Щенок: — В прошлой жизни этому достопочтенному принадлежал весь мир! Заткнись, полумертвый дохляк!

Волчонок: — Осмеливаешься оскорблять меня? *&#! &#@!!! Ау-у-у-у!

Щенок: — Гав! Ав-ав! Ав-в! Вууу! Овуууу!

Хозяйка гостиницы: — Алло! Это служба по отлову диких животных? В моей гостинице дерутся две бешеные собаки. Да, одна — хаски, а вторая — аляскинский маламут... Да-да! Да! Маламут еще притащил с собой самоедскую ездовую лайку по имени Наобайцзинь… да. И, кажется, ни одна из них не привита! Пожалуйста, спасите нас!

[*狼崽子 lángzǎizi ланцзайцзы — волчонок; в слэнг.: волк позорный;

**狗崽子 gǒuzǎizi гоуцзайцзы— щенок; в слэнг.: сукин сын].

Глава 86. Бывшая жена этого достопочтенного непростая мишень

Его слова явно задели Е Ванси, но он, скрыв обиду, спокойно ответил:

– Ты неправильно меня понял. Я не преследую тебя. Просто получил приказ уважаемого Главы посетить Палату Сюаньюань, чтобы купить кое-что.

Мо Жань и Чу Ваньнин переглянулись.

Божественное оружие?

Наньгун Сы помрачнел. Встряхнув кувшин с вином, он спросил:

– Если отец хотел что-то купить, почему отправил тебя? Что ты можешь сделать такое, чего не могу я? Неужели у меня нет рук или ног?

– А-Сы, я не это имел в виду.

– Кто позволил тебе называть меня так фамильярно? – Наньгун Сы оскорбленно сверкнул глазами и нахмурил брови. – Господин Е, не думай, раз отец слеп в своем желании держать тебя под рукой, ты можешь наглеть в моем присутствии. Самому-то не противно?

– Я называю тебя так, как приказал уважаемый Глава. Если тебе это неприятно, сам скажи ему об этом.

Е Ванси какое-то время молчал, а потом добавил:

– К чему злиться на меня?

– Не прикрывайся именем отца, принижая меня!

Наньгун Сы сделал глубокий вдох и заставил себя сдержать гнев. Только его черные зрачки блестели ледяным светом, как серебряная луна, отраженная в глазах волка.

– Господин Е, – проговорил он, нарочито делая акцент на этом обращении, – отец велел тебе называть меня по имени, потому что хотел упрочить твой авторитет в нашем ордене, но сам-то ты должен понимать истинное положение вещей. Имея три ведра краски, не станешь владельцем красильной мастерской. Так что, даже если бы ты выкрасился в цвета ордена, даже если бы родился в чане пурпурной краски, ты не смог бы сравняться со мной, не говоря уж о соперничестве.

Мрачная тень на мгновение накрыла